ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Отключи звук, – попросил Гатри. – Ничего умного он уже не скажет.

– Он всего лишь марионетка? – спросила Кира, выполнив просьбу шефа. – Как и все правительство?

– Не совсем, но очень к тому близко. Гм… Наши североамериканцы, Рейнальдо, Лэнгфорд, Раппопорт и прочие, – что с ними сталось? Молю Бога, чтобы все обошлось.

– Не думаю, что они пострадали, сэр, – проговорил Ли. – Авантисты будут избегать насилия. Возможно, кое-кого посадили под замок, чтобы сделать incommunicado* [Incomunicado ( исп.) – отрезанный от внешнего мира.], но не более того. Ведь так никто не узнает, вправду ли руководство «Файербола» добровольно согласилось на реквизицию.

– Насколько это правдоподобно, – спросила Кира, – и долго ли властям удастся морочить людям головы? Ведь те, кого вы назвали, шеф, если им представится возможность, вряд ли будут помалкивать, верно?

– Верно, – отозвался Гатри. – Но тут хватит нескольких дней, после чего арестованных можно будет спокойно отпускать. На то, что их рассказы кое в чем отличаются от баек Корригана, попросту не обратят внимания. Что касается остальных, не думаю, что шайка Сайре ожидает от них особых неприятностей. Для любого из партнеров «Файербола» наиболее выигрышный вариант сейчас – затаиться и ждать весточки от меня.

Словно в подтверждение слов Гатри, президент Корриган исчез, и на экране появилось новое изображение. Кира услышала голос диктора:

– Информационная служба Кито. Генеральный директор представительства компании «Файербол Энтерпрайзиз» на Земле Долорес Альмейда Кандамо сделала заявление, в котором охарактеризовала происходящее как нечто весьма странное. Она отказалась что-либо сообщить, за исключением того, что поддерживает связь с остальными филиалами компании, как на планете, так и в космосе. Все местные представительства «Файербола» также воздерживаются от комментариев.

– Правильно, – ворчливо одобрил Гатри. – Молодцы.

– …на ассамблее Всемирной Федерации, – продолжал диктор. – Колин Смолл, представитель карибского региона, выступил с речью относительно просьбы Северной Америки о вводе на ее территорию Корпуса Мира.

На экране возник худощавый чернокожий мужчина, который заговорил по-английски.

– При всем уважении к моему коллеге, представителю Союза, я считаю, что его обращение преследует исключительно пропагандистские цели; возможно, в какой-то мере оно направлено на то, чтобы нанести очередной удар по «Файерболу». В пределах собственных границ государство, если оно соблюдает Ковенант* [Ковенант – здесь: международный договор об объединении независимых государств во Всемирную Федерацию.], обладает полным суверенитетом. Следовательно, правительство Северной Америки может разместить части Корпуса Мира только там, где сочтет нужным. Обвинения Союза в адрес «Файербола» представляются мне бездоказательными. Если САС действительно требуется помощь, пускай его правительство обратится к Федерации с официальным запросом и официально же предъявит компании обвинения в противозаконных действиях, нанесении ущерба окружающей среде или преступной бездеятельности. Если соответствующий комитет сочтет, что все подтверждается, тогда мы применим санкции – против «Файербола» или против правительства Северной Америки. Честно говоря, я не думаю, что дело зайдет настолько далеко. С точки зрения закона налицо, всего-навсего, конфликт между национальным правительством и находящейся в частном владении транснациональной компанией.

Колин Смолл уступил место какому-то экономисту, который начал отвечать на вопросы ведущего программы. Да, Северная Америка зависит от доставляемых из космоса материалов и энергии; от них зависит вся Земля. Да, основным поставщиком того и другого является компания «Файербол». Да, если она приостановит свою деятельность, страна скоро окажется в неприятном положении. Нет, не будет ни голода, ни чего-либо подобного: такого поворота событий не допустят Федерация и Корпус Мира. Кроме того, «Файербол» вряд ли пойдет на то, чтобы понести громадные убытки: ведь компания потеряет не только прибыль, но и свои контакты в остальных государствах Земли. Она гораздо уязвимей, чем кажется, поскольку, несмотря на всю свою заносчивость, остается обыкновенной фирмой и не обладает ни необходимой для государства численности силами правопорядка, ни надлежащим вооружением… Кира, Ли и Гатри слушали, что называется, вполуха.

– Замечательно! – проговорила девушка.

– Вы о чем? – уточнил Ли.

– Речь Смолла можно спокойно передавать с утра до вечера. Мы с ним познакомились на конференции по освоению космоса. Поговорили, походили на вечеринки, потом переписывались. Я знаю, он на нашей стороне…

– Bueno, он ведь не может открыто об этом заявить, правильно? Положение не позволяет. Сдается мне, редактор у них парень ушлый. Мы видели запись, а создалось полное впечатление прямой трансляции.

– Тут они мастера, – пробурчал Гатри. – Причем поголовно. В результате обыкновенному человеку не понять, что идет «вживую», а что – из студии.

– Вы немного ошибаетесь, сэр, – возразил Ли. – Даже по количеству сведений, как достоверных, так и ложных…

– Знаю, знаю. Объем информации и международные контакты ведут в конечном итоге к гибели тоталитарного государства, если, конечно, оно не разрастется до размеров Солнечной системы. Вот что сохраняет у североамериканцев веру в свободу и дает хаотикам надежду, благодаря чему они не складывают оружия и не присоединяются к авантистам.

– Кто они такие? – поинтересовалась Кира. – Я думала, что «хаотики» – кличка, которую правительство присвоило всем диссидентам.

– А диссиденты ее с радостью приняли, – откликнулся Гатри. – В большинстве своем хаотики – безвредная кучка недовольных.

– Но не все, да? Среди них и вправду есть террористы?

– Еще одна кличка, – пробурчал Гатри.

– Сэр, как, по-вашему, отреагирует «Файербол»? – справилась девушка: ей показалось, что шеф не слишком расположен вдаваться в подробности насчет хаотиков.

– Я же говорил, пока никак. Будет дожидаться, чтобы правительство раскрыло карты. Впрочем, на местах возможно всякое. Как тебе прекрасно известно, монолитного единства наших рядов не наблюдается. – Внезапно в дверь постучали. – Прячьте меня, быстро! Да, в рюкзак, в рюкзак!

Спрятав Гатри, Кира и Ли впустили Тахира. Шейх принес сумку, судя по виду, набитую битком. Он выглядел сильно уставшим – должно быть, не спал ночь, – однако держался бодро. Поздоровавшись, Тахир сразу перешел к делу.

– В секторе полно агентов Сепо, как в форме, так наверняка и в штатском. Они проверяют квартал за кварталом, торчат у каждого перехода. У всех при себе электронные детекторы. Но я – иншалла! – сумел раздобыть то, что позволит вам проскользнуть наружу. Сеньор Ли, это женское платье – для вас. К женщине под чадрой, которая, вдобавок, идет с шейхом, пристать не посмеют. Полиция не станет усложнять себе задачу и сердить обитателей Комплекса, тем более тех, кто располагает кое-какими средствами и влиянием; кроме того, всем известно, как правоверные заботятся о своих женщинах. – Он криво усмехнулся. – Разумеется, сеньору Ли придется поработать над походкой и манерами. Я постараюсь натренировать вас так, чтобы, когда мы выйдем, у любого встречного мужчины возникло одно-единственное желание: завалиться с вами в постель.

– Mil gracias* [Mil gracias ( исп.) – огромное спасибо, тысяча благодарностей.], сэр, – проговорил слегка покрасневший Ли и махнул рукой в сторону рюкзака. – А как насчет этого? Без него мы никуда, потому что его содержимое ценнее нас обоих.

– Я догадался. – Тахир погладил бороду, оглядел помещение. – Что у вас там такое, я не знаю и не хочу знать. Вы сказали, «специальный компьютера с меня вполне достаточно. Размеры его определить несложно, поэтому я кое-что приготовил. В условленное время подъедет машина „скорой помощи“, которая доставит модуль жизнеобеспечения. Все отвернутся, и вы сможете положить свой… компьютер внутрь модуля. Надеюсь, корпус у него водонепроницаемый?

19
{"b":"1559","o":1}