ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Верити не обладала классической красотой, но была ухоженной: осветленные волосы, совершенная косметика, упругое тело с округлыми формами. Несмотря на то что Корбетт сегодня хорошо выглядел, большинство людей, как и я, приняли бы его за отца Верити.

Изысканный сад позади дома был тщательно продуман, такой сад можно увидеть разве что в Виндзорском замке у самой королевы. Даже у приятельниц моей матери, которые увлекались садоводством, не было таких садов: все растения здесь очень дорогие, и их невозможно содержать в порядке без сильных мужских рук.

Корбетт налил нам выпить, взяв бутылку со стеклянной тележки, а затем они с Дагом отправились изучать новый гриль.

Мы с Верити опустились на стулья из тикового дерева с разноцветными ситцевыми подушками. Я пролепетала что-то о красоте дома и о том, что больше всего меня поразил сад.

– Спасибо, – улыбнулась она. – Мне пришлось много потрудиться. – Увидев удивление на моем лице, она добавила: – У меня есть кому исполнять тяжелую работу, а сама я делаю обрезку, удобряю и – хотите верьте, хотите нет – пропалываю сорняки. Ради своего сада я отказалась бы даже от поста издателя «Вог». – Она засмеялась, всплеснув руками с короткими наманикюренными ногтями. – Я живу ради этого сада. Ну и, конечно, маленького Корби.

Я не переставала размышлять, кому принадлежал голос с ирландским акцентом, и мое любопытство было удовлетворено, когда появилась молодая женщина с подносом легких закусок.

– Мисс, – обратилась она ко мне после книксена.

– Привет, – ответила я.

– Это Меган, – отрекомендовала ее Верити. – Она заботится о нас. – Меган опять сделала книксен. – Она и будит нас, и кормит, и содержит дом в порядке.

Благодаря своим стараниям я многое узнала о хозяевах: о скромном начале Верити в Ист-Энде Лондона, о ее блестящей учебе в привилегированной частной школе, о ее недюжинных способностях, которые она проявила уже в Кеймбридже, а затем о ее первой работе в одном из журналов Парижа. Я знала, что опорным прыжком к редакторству стала ее работа в «Кантри элеганс» в Лондоне, что открыл ее журнальный магнат Сеймор Рубин, который пригласил ее в Нью-Йорк, чтобы возглавить пришедший в упадок журнал «Экспектейшнз». Я читала, как она познакомилась с Корбеттом Шредером через Доналда Трампа, как спустя полгода вышла за него замуж и как подарила ему Корбетта-младшего в день своего сорокалетия. Я знала также, что Верити любит поесть и покататься верхом.

Что же касается Корбетта Шредера, то его история по-своему впечатляющая. Сын массачусетского торговца машинами, он едва не вылетел из Массачусетского университета за неуспеваемость, был уволен из «Кинни-паркинг», женился на наследнице «Страйдли сода эмпайр», поработал на различных должностях, а затем создал собственную компанию. Он бросил первую жену ради второй, бывшей жены сенатора Босвелла из Калифорнии (наследницы студии «Барни филмз»), а позднее бросил и вторую, чтобы жениться на Верити. У него четверо детей. Старшему сорок восемь (на два года старше Верити), младшему, Корби, шесть.

Концерн Корбетта – «Вижн лайте анлимитед инкорпорейтед» – известен производством фильмов и косметики, но настоящие деньги он сделал, насколько мне известно, путем различных махинаций на промышленных смазочных материалах.

– Из какой части Ирландии вы родом, Меган? – спросила я.

– С Западного побережья.

Я сказала ей, что знаю это место, так как с матерью была там два года назад.

Меган подавила в себе желание повспоминать родину и направилась с подносом к мужчинам.

– Пока не сели ужинать, – сказала Верити, глянув через плечо, – хочу обсудить с вами одно дело.

Я молча отпила глоток вина из прекрасного бельгийского хрустального бокала.

– Со дня нашей последней встречи – при столь интересных обстоятельствах, – продолжила она, подмигнув, – у меня была возможность прочитать большую часть ваших работ.

– В «Геральд американ»? – спросила я с удивлением.

– Да, – кивнула она. – Вы хорошо пишете.

– Спасибо.

– И у меня была беседа с вашим бывшим работодателем.

– В «Булеварде»?

– Да, Откровенно говоря, я со многими людьми пообщалась и выяснила, что ваша бывшая редакторша недолго продержалась после вашего ухода.

– Жаль, но это не моя вина.

– Оказалось, вы делали за нее почти всю работу.

– Это не совсем так.

– А вот другие такого мнения. Помощник редактора прислал мне ваши работы, которые – он готов в этом поклясться – писали вы и которые так и не были опубликованы. Интервью, статьи, колонки.

– Это была небольшая правка. – Я коротко кивнула в подтверждение. Помощник редактора был моим старым другом, да благословит его Господь.

– Вы это так называете? – рассмеялась Верити. – А как вы посмотрите на то, чтобы написать краткий биографический очерк для «Экспектейшнз»?

– Буду сражена наповал. – Я подумала, что сейчас закричу или умру на месте, но с трудом выдавила из себя: – Польщена, заинтригована и стану самым счастливым человеком на земле.

– Хорошо, – улыбнулась она. – А сейчас позвольте вас спросить, слышали ли вы когда-нибудь о женщине по имени Касси Кохран?

С минуту я подумала. Имя знакомое.

– Она президент «Даренбрук бродкастинг систем», телевизионного отдела «Даренбрук комьюникейшнз», – сказала Верити.

– Ах да! Конечно, знаю. Она замужем за Джексоном Даренбруком, который возглавляет «ДБС».

– Хорошо, значит, знаете, кто она такая, – сказала Верити. – Потому что именно о ней я хочу напечатать краткий биографический очерк в «Экспектейшнз».

Я сияла от счастья. Невероятно!

– Хочу, чтобы на следующей неделе вы приехали в мой офис для назначения на должность, – продолжала Верити все более деловым тоном. – Получите двадцать тысяч и, возможно, четыре тысячи аванса, не считая дорожных расходов и на предварительное интервью, статью. Мы получим авторские права. Но дело в том, что я хочу, чтобы материал был опубликован в феврале, поэтому вы должны закончить работу к сентябрю. Если согласны, мы немедленно подпишем контракт, и вы можете приступить к работе. Дайте мне номер вашего факса, чтобы я могла переслать вам контракт, а вы дадите просмотреть своему юристу.

– Значит, у меня пять недель, – подсчитала я.

– Пять, – подтвердила она. – Итак, что скажете?

– О такой возможности я мечтала всю жизнь.

– Именно так я и думала. – Верити понимающе улыбнулась.

– Вы, наверное, меня разыгрываете? – спросила я.

– Нет, Салли. Вы сделаете для нас большую работу, и это будет замечательно.

Эта мысль засела у меня в голове на весь вечер. Я не могла думать ни о чем другом. Корбетт старался поддерживать разговор за обедом. Он вел себя вежливо по отношению ко мне, отлично понимая, что я его не слушаю. Он завел с Дагом разговор о фильме, на который у его студии был опцион, и Даг разъяснил ему юридические тонкости. Не думаю, что Верити занимал их разговор, потому что, судя по ее виду, она была где-то далеко.

Обед состоял из стейков, приготовленных для нас Меган на кухне, потому что мужчины так и не освоили гриль.

Глава 5

– Шутишь! – воскликнул Даг в машине. – Двадцать тысяч баксов за пятинедельную работу!

– Дело не в деньгах, – начала я.

– Кончай! – рассердился он. – Подписывай контракт и пошли Ройса подальше. А еще лучше разнеси его в пух и прах, заставив уволить тебя, и обратись в бюро по безработице, тогда у тебя будут развязаны руки. Хотя так нельзя – это незаконно.

Что я люблю в Даге, так это его острый аналитический ум. Он обдумывает преступление, а затем с профессиональной точностью ловит преступника.

– Ты считаешь, мне следует принять предложение?

– Шутишь? Конечно. Ты ждала такого шанса со дня своего приезда в Каслфорд.

– Но… – Я не была уверена, что мне следует говорить что я думаю.

– Но? – переспросил он, отрывая взгляд от дороги.

– Хочу сказать, что это будет иметь последствия.

6
{"b":"156720","o":1}