ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– И наверняка Верити сделает вам другие предложения.

– Не знаю. – Я встала. – Я очень ценю, что вы уделили мне столько времени.

Она продолжала сидеть.

– Присядьте на минутку, Салли, – сказала она.

Начиная нервничать, я села.

Скрестив руки на груди, она с минуту смотрела на меня.

– Вы изменились. – Молчание! – Изменились меньше чем за две недели.

Что я могла сказать на это? Я молча сидела, чувствуя, как мое лицо снова начинает гореть.

– Не позволяйте, чтобы это задание вас изменило, – сказала она почти шепотом. – Статья того не стоит. Я знаю, как манят деньги, но они затягивают, а вам надо отстаивать свою индивидуальность. – Она встала и развела руками. – Но кто я такая, чтобы учить вас, как вам распоряжаться своей жизнью? Желаю удачи!

Еду в Каслфорд, и моя голова забита всякими мыслями. Знаю твердо одно: я не должна встречаться со Спенсером, пока не выстрою весь очерк. Я позвонила ему на автоответчик, зная, что его нет дома.

– Привет! Я обещала встретиться с тобой, чтобы поговорить, но мне нужно несколько дней, чтобы сосредоточиться на работе. Думаю, ты, как никто, поймешь меня. Поэтому отключаю все телефоны. Не принимай это на свой счет. Если случится что-нибудь экстраординарное, можешь связаться со мной через мою мать. – И я оставила ее номер.

Это было самое лучшее, что я могла сделать.

Я забрала у матери Скотти и узнала, что Маку понадобится день-два, прежде чем его коллега выяснит, что представляет собой кусок бетона.

– Я в порядке, – успокоила я мать. – Отключаю все телефоны и приступаю к работе.

Реакция матери последовала незамедлительно. Ее глаза заблестели, а лицо озарилось улыбкой.

– Действительно напишешь? Превосходную статью?

Не знаю, насколько превосходную, но собираюсь серьезно поработать.

Я писала, переписывала, исправляла и начинала снова. Работала по пятнадцать часов в сутки и в четверг утром знала, что действительно написала нечто потрясающее для «Экспектейшнз», Касси повезло, что очерк о ней поручили мне. Мне придется убедить Верити поверить в ту женщину, портрет которой я написала. Мне следует встретиться с Касси лицом к лицу и рассказать, что знаю о ее короткой связи с другой женщиной, и дать ей возможность прокомментировать этот факт.

Это лучшее, что могу сделать.

Одетая в шорты и топик, так как было жарко, я сидела, перечитывая рукопись, когда услышала легкий стук в окно.

Это была мать, и она плакала.

Глава 39

– Что случилось? – вскричала я, выскакивая из дома.

Она оттолкнула мою руку, отказываясь от помощи. Ее появление меня ошарашило. Она сразу как-то постарела.

– Сядь, Салли, – сказала она страшным голосом, когда мы прошли в гостиную. Она опустилась в одно из кресел.

Я села напротив.

– Я все размышляла и размышляла над этим, после того как он позвонил мне днем, – сказала она, не отвечая на мой вопрос, – и, клянусь жизнью, не могу поверить, что ты решила причинить мне такую боль.

– Что я сделала, мама? О чем ты?

– Ты знаешь, как много лет прошло… – всхлипнула она, – до того момента, как я решилась на дружбу, на какие-то отношения с мужчиной после твоего отца.

– Мама!

– А сейчас ты все разрушила, втянув Мака в это дело. Я просторе могу в это поверить, Салли. Это подлый и низкий поступок. И я страдаю.

Я бросилась к матери и упала перед ней на колени.

– Мама, я представления не имею, о чем ты говоришь!

– Это обломок развалин. Ты знала, что он от средней школы, ты знала, что он оттуда, где погиб отец. И ты знала, как сильно это меня расстроит. – Ее глаза снова наполнились слезами, и она прикрыла рот рукой. – Если тебе хотелось причинить мне боль…

– О, мама, нет! – завопила я, обнимая ее. – Нет, нет, нет! Боже милостивый, у меня и в мыслях этого не было. Клянусь Богом! – Я отстранилась и смотрела на нее. – Я никогда не сделала бы ничего такого, что омрачило бы твое счастье, мама. Я дала это Маку только потому, что доверяю ему, считаю его членом нашей семьи.

Ей отчаянно хотелось мне верить.

– Это кусок от школы? – спросила я. – От той, что в Каслфорде? Ты в этом уверена?

Она кивнула.

– Как Мак обнаружил это?

– Он этого не знает. А я знаю, – сказала мать, готовая заплакать снова.

Я заключила ее в объятия.

– Мама, что бы ты там ни думала, расскажи мне все.

– Вряд ли это случайное совпадение, – сказала она сквозь слезы. – Ты приезжаешь в пятницу вечером… Я была так смущена, что не знала, что сказать…

– Тебе не надо оправдываться. Мак чудесный человек, он заботится о тебе, а ты о нем, и я хочу, чтобы вы были вместе.

– О, Салли! – сказала она, рыдая. – Я так скучаю по твоему отцу!

При этих словах я тоже начала плакать. Наплакавшись мы вытерли слезы, отсморкались, и нам стало легче. Теперь мать поверила, что я не пыталась внести разлад между ней и Маком. Я также поняла, насколько ранима мать и как трудно ей быть в интимных отношениях с Маком, таких же, какие были у нее с моим отцом.

Бедная мама. Я так ее люблю.

– Что конкретно сказал Мак?

– Он отнес эту штуку коллеге, а тот сразу понял, что материал местный, из Новой Британии. По всей вероятности, его изготовили в конце семидесятых – начале восьмидесятых годов. Он проведет дополнительные исследования по цементу и арматуре, но уверен, что обломок – часть опоры, которую когда-то использовали для строительства театра или большого товарного склада.

– Тогда почему ты связываешь это со средней школой?

– Какое другое кирпичное здание наподобие театра, которое уже разрушено, построено в тысяча девятьсот семидесятых годах? И кто еще, как не ты, Салли, знает, как гордился отец бетонными опорами своего проекта в конце семидесятых? Это обломок от гимнастического зала, Салли.

Я позвонила в полицейский участок и попросила, чтобы мне перезвонил детектив Д'Амико. Через две минуты он был на связи. Через четверть часа мы уже встретились в Мидлтауне. Вошли в здание Уэсли, чтобы найти Мака, и я сразу увидела его серьезное лицо.

– Я ужасно расстроил твою мать, Салли, – произнес он, подойдя ко мне. – И, откровенно говоря, теряюсь в догадках почему.

– Это не твоя вина, – сказала я, взяв его за руку. – Маме кажется, будто это обломок здания, в котором погиб мой отец. Не знаю почему. Я привела с собой детектива Д'Амико. Я считаю, что обломок из сгоревшего здания, иначе не принесла бы его тебе.

– Она так огорчена. – Мак переживал.

– Она думала, я намеренно принесла его, чтобы разлучить вас, – пояснила я.

Он был ошеломлен.

– Мысль дикая, но мне удалось убедить, чтобы она выкинула ее из головы. Сейчас она знает, как сильно я хочу, чтобы вы были вместе. Я знаю, что она любит тебя, Мак.

– Спасибо, – прошептал он и потянулся обнять меня. – Я тоже люблю ее.

Бадди откашлялся, делая вид, что не слышит нас.

Мак повел нас в кабинет на втором этаже и представил своему коллеге.

– Если я вам не нужен, – сказал он, – то лучше пойду поищу твою мать и успокою ее.

– Давай, – сказала я.

Профессор Марриетто провел нас в лабораторию, соединенную сего кабинетом, где на столе лежал обломок бетонной конструкции. Он пояснил, что цемент для бетона был взят с одного из двух цементных заводов, что это обломок опоры кирпичного здания, возможно, угловой части какой-то аудитории.

– Или кирпичного гимнастического зала, построенного в тысяча девятьсот семьдесят седьмом году? – прервала я его.

Он уставился на меня.

– Да! Совершенно верно. Это здание, которое снесено недавно?

– Нет, – сказал Бадди, до сих пор не проронивший ни слова. – Речь идет о гимнастическом зале средней школы в Каслфорде, одна стена которого обрушилась во время наводнения в тысяча девятьсот семьдесят восьмом году. Мы думаем, этот обломок от него. Остальные стены были снесены с помощью ударной гири;

62
{"b":"156720","o":1}