ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Пошли титры, и возникла бескрайняя пустыня. Через песчаные барханы, погибая от жажды, брел измученный паладин. Уже, казалось, рукой подать до зубчатой крепости, где, он знал, томится его возлюбленная. То был мираж: крепость рассеивалась в знойном мареве, и на ее месте вырастал новый бархан. Вдруг пальцы паладина наткнулись на что-то твердое. Бутылка с водой! Слава аллаху и доброму путнику, пославшим ему в этих песках бесценный дар! Паладин вынул пробку… из бутылки с хохотом выскочил Зеленый Змий. И грянул бой!…

Чард с Дэвидом прилипли к экрану. От исхода этой битвы зависело так много! Вот паладин завязал Змия в тугой узел – но тот потянул себя зубами за хвост, и все узлы распались. Паладин вонзил в пасть стальной клинок – Змий проглотил меч и облизнулся. Силы паладина иссякали. Чудовище обвилось вокруг его тела, вот-вот стянет горло мертвой петлей. Рука несчастного нашарила камень, поднялась для последнего удара – и упала. Раздался звон стекла. Паладин поднялся и, пошатываясь, побрел к крепости – в воротах его ждала прекрасная дама.

Дэвид перевел взгляд с экрана телевизора на Рыцаря. Чард де Ниорд, не говоря ни слова, облачился в боевые доспехи, снял со стены тяжелый щит, взял в углу копье. Теперь он был во всеоружии.

Они шагнули в распахнутую дверь, за которой была долгожданная свобода.

И оказались – в замкнутом пространстве среди бетонных стен.

– Не ожидали? – раздался сзади насмешливый голос великого магистра. – Да, я обманул вас, господин простак. Даже дважды. Как вы только что убедились, отсюда нет выхода. А что касается последней серии фильма, то это, поверьте, еще не конец. Неужели вы могли всерьез подумать, что злу и жить больше негде, кроме как в какой-то паршивой бутылке?

Он отступил на шаг, чтобы Рыцарь видел телевизор. С экрана на Чарда де Ниорда уставились остекленевшие зрачки гигантского ящера, которого можно было бы принять за неживого, если бы не подрагивающий раздвоенный язык. В двух шагах от ящера лежала на траве его добыча – темноволосая женщина, чтобы не закричать. Он узнал Камиллу.

– Мы начинаем новый телесериал «Невинная жертва», – Бэрр усмехнулся. – Не желаете ли, господин Рыцарь, заключить со мной пари?

– Вы подлец, – Чард занес над головой копье.

– Вы несправедливы ко мне, отважный Рыцарь. Я вам пообещал, что вы не выйдете из замка… разве я не сдержал своего слова?

Воспользовавшись секундным замешательством противника, маг нажал на скрытую пружину в стене, и проем закрыла наглухо бетонная плита. Дэвид и Рыцарь оказались замурованными.

Каменный мешок стала наполнять вода. Она просачивалась отовсюду. Она прибывала с каждой минутой. Только что была по щиколотку – и вот уже по колено. Рыцарь посадил мальчика к себе на плечи. А вода все прибывала.

– Умирать, Дэвид, тоже надо достойно, – сказал он, стоя по пояс в воде.

Мальчик пошарил в карманах курточки и нашел синий мелок.

– Скорее, – он протянул мелок Рыцарю. – Рисуйте!

– Что рисовать? – не понял тот.

– Дверь! Дверь и замочную скважину!

– Но я не умею, – попробовал возражать Чард.

– Умеете! Дверь будет похожа на щит, а замочная скважина – на трилистник. Только не поникший – прямой!

Рыцарю передалась уверенность Дэвида. Ничего еще не понимая, он взял у него мелок и быстро нарисовал на бетонной стене щит, а в нем трилистник с горделиво поднятой головкой.

Вода поступила к груди.

– Держите! – в руке у Дэвида появился золотой ключ, тот самый, который Фикс похитил у мажордома.

Чард без лишних слов вставил ключ в замочную скважину в виде трилистника, повернул… и – о чудо! – открылась невидимая дверь, и они увидели луг в цветах и яркое солнце. Вода, грозившая их затопить, хлынула наружу и побежала через луг, лепеча по дороге всякую бессмыслицу и заливая всем и каждому, что она течет через три графства и впадает не куда-нибудь, а в Темзу.

На лугу паслись два коня – серый в яблоках и гнедой. Гнедой, завидев Рыцаря, радостно заржал и пустился к нему легким галопом.

– Узнал, – он любовно потрепал коня по холке.

Молодой жеребчик, неожиданно лишившись друга, выразительно косился на Дэвида фиолетовым глазом.

– А можно я на нем? – Дэвид как зачарованный смотрел на серого в яблоках.

– На сером? – с сомнением переспросил Рыцарь.

Тут сзади послышалось прерывистое дыхание. И они оба оглянулись. К ним бежало, нет, плелось непонятное существо. Оно поминутно останавливалось. Нижняя половина существа пыхтела, верхняя слабо постанывала.

Это Павлуша ехал на рыжем коте.

Кот кое-как доплелся до места, где стояли мальчик с Рыцарем, и в изнеможении лег на землю.

– Фосс, бедняга, – Дэвид опустился на корточки. – А это Павлуша, – он показал на изрядно помятого павлина.

– Кажется, одой лошадью нам не обойтись, – сказал Чард.

Он помог Дэвиду сесть на серого, а кота положил поперек седла. Сам с трудом влез на гнедка: доспехи тяжелые, да вдобавок еще Павлуша на плече!

Ехали они, сами понимаете, долго. Солнце уже клонилось к закату, когда впереди показались крыши веселого Хэллоу.

Цок– цок, цок-цок. Копыта зацокали по мостовой.

За ними увязалась стайка ребят, наперебой кричавших:

– Хэллоу, хэллоу!

Вот навстречу двое под ручку:

– Хэллоу!

Лохматый Фицуотер радостно поднял лапу:

– Салют!

Ворона с фонарного столба:

– Прр-ррривет!

Это был час вечерней прогулки, когда все жители городка выходили на улицу. Мужчины, как заведенные, снимали и надевали шляпы. Женщины кокетливо приседали.

– Хэллоу, хэллоу, хэллоу!

Дэвид с Рыцарем едва успевали отвечать на приветствия. Кому необычная церемония доставляла особое удовольствие, так это Павлуше. Его даже не огорчало, что он не может произнести в ответ «хэллоу». Его длинная шея вертелась во все стороны, а маленькая головка все кивала, кивала, кивала.

Чудо, а не прогулка!

Кстати. Совсем забыл вам сказать. По улицам сновали мальчишки-газетчики с криками:

– Сенсационное сообщение! У Флокси пропали стол и стул! Ушли утром и до сих пор не вернулись! Подробности в вечернем выпуске!

Газеты шли нарасхват.

Это происшествие не могло не заинтересовать Дэвида. Не слезая с лошади, он взял из рук мальчишки-газетчика свежий номер «Вечернего Хэллоу», еще пахнущий типографской краской.

Это была даже не газета, а листок среднего формата. «Четвероногая прогулка», – прочел Дэвид и принялся тормошить лежавшего поперек седла кота.

– Фосс, Фосс! Ты знаешь, что это?

У него в руках было описание удивительной прогулки!

Четвероногая прогулка

Стол сказал однажды Стулу:
– Что-то в город потянуло!
В этой сырости шалит
У меня радикулит.
Сэр, на что это похоже?
Я покрыт гусиной кожей!
Нам помочь, я убежден,
Может только моцион!
Стул сказал в ответ Столу:
– Наше место здесь, в углу.
Сэр, я очень сожалею,
Но ходить я не умею.
Стол сказал:
– Любезный Стул,
Я бы все-таки рискнул.
Кот гуляет по дороге —
Что ж, и мы… четвероноги!
Так– то так, но им друг другу
Оказать пришлось услугу,
Чтобы встать на две ноги.
Дверь распахнута – беги!
Цок– цок (с лестничной площадки),
Цок– цок-цок-цок (по брусчатке)…
Удивляется народ:
– Стол плетется!
– Стул идет!
Допоздна они гуляли,
Руконогоковыляли,
Сбились с ног,
Потом с пути.
Как же быть?
Куда идти?
Смотрят: Крот-Смешное Ушко,
Утка– Кряква, Мышь-Норушка.
– Проводите нас домой!
– С радостью!
– С а б о с о м о й!
Вот и дом. УРА! УРА!
– Гости, ужинать пора.
Стол накрыл себя в два счета,
Стул проделал круг почета,
Утка спела гимн без слов,
Мышка съела двух котов,
Крот, танцуя, уморился
И, зевнув, под Стол свалился!
29
{"b":"157","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!
Земное притяжение
Dead Space. Катализатор
Что скрывают красные маки
Варгань, кропай, марай и пробуй
Создатели
Британские СС
Остров потерянных детей