ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Почему ты не сказал мне сразу, что летишь с нами? — допытывалась Рейчел. — Хотел помучить меня, да?

— Нет, — ответил Энрико, довольно улыбаясь, — я хотел сделать тебе приятный сюрприз.

— И это тебе удалось, — сказала счастливая Рейчел.

Эпилог

Прошло два года.

В начале сентября в просторном зале миланской галереи современной живописи и графики, владельцем которой был отец Энрико, состоялась презентация новой книги популярного автора детективных повестей.

Однако на сей раз собратьям по перу, издателям, книготорговцам, представителям прессы и читателям был представлен не очередной детектив, а большой роман под названием «Любовью за любовь».

В центре внимания собравшихся находился высокий красивый мужчина около сорока лет, волосы которого чуть тронула седина, но голубые глаза блестели молодо и радостно. В темном костюме и белой рубашке с бабочкой он выглядел очень импозантно.

Это был счастливый день в жизни Энрико, и он шел к нему два года, преодолевая препятствия и трудности.

После официальной церемонии, которую не стали особенно затягивать, Энрико с удовольствием подписывал экземпляры книги для своих гостей.

И на презентации, и во время фуршета рядом с Энрико были его родители. Отец — почти такой же высокий, как сын, худой, седовласый мужчина. В свои семьдесят лет он выглядел очень моложаво. Всю жизнь он увлекался живописью, сам немного рисовал, имел неплохую коллекцию картин, помогал многим начинающим художникам, в том числе продавая их картины в своей галерее.

Мать — невысокая изящная женщина в строгом черном платье, с такими же, как у Энрико, живыми и проницательными голубыми глазами и тонкими, длинными пальцами. В прошлом пианистка, она жила в мире музыки и своего единственного сына назвала в честь знаменитого Карузо.

Артистические натуры родителей Энрико проявлялись в разных областях искусства, но с юных лет они оба любили литературу. Это увлечение и объединило их, и впоследствии они передали его своему сыну. И сейчас они от души радовались успехам Энрико.

Общее внимание присутствующих привлекала очень красивая высокая молодая женщина, кареглазая шатенка, с густыми волосами ниже плеч — жена писателя. Длинное темно-синее шелковое платье, облегавшее ее безупречную фигуру, имело боковой разрез, заканчивавшийся выше колена, и оставляло обнаженными плечи и шею. Это было новое и очень дорогое платье, но сшитое — по желанию мужа — в точности как то, в котором он увидел свою будущую жену в первый день их знакомства. Грудь красавицы украшало изящное колье с небольшими бриллиантами. На одной руке скромно поблескивало обручальное кольцо, на другой сверкал перстень с бриллиантом великолепной огранки — подарок мужа на свадьбу.

Многие из приглашенных на презентацию впервые видели эту женщину. Ее светлая кожа и акцент, с которым она говорила по-итальянски, выдавали в ней иностранку.

— Вы не знаете, кто это рядом с писателем? — спрашивала у своей приятельницы пожилая дама в вишневом платье.

— Это Рейчел, жена Энрико, — отвечала более осведомленная дама в сером платье. — Она англичанка. Говорят, она раньше работала на фирме по продаже кожгалантерейных товаров. А потом, переехав в Италию, вложила свои личные средства в издательское дело, и теперь она совладелица того издательства, которое выпустило книгу ее мужа. Жаль, что здесь нет Франчески, она подруга Рейчел и могла бы много интересного рассказать и о ней, и обо всей семье.

Тем временем, улучив момент, когда рядом с мужем никого не было, Рейчел подошла совсем близко к Энрико и тоже посетовала, что нет рядом Франчески.

— Ничего, — утешал ее Энрико, — через неделю состоится презентация в Риме и вы с Франческой вволю наговоритесь.

— После рождения сына это будет, наверное, ее первый выход в свет. Интересно, как она справляется с обязанностями матери. Надо купить какой-нибудь подарок малышу, ведь ему уже полгода. — Немного помолчав, Рейчел спросила: — Скажи, Энрико, ты не жалеешь, что покинул Рим? Ведь там у тебя осталось немало друзей.

— Нет, дорогая, я не очень люблю Рим, он шумный и суетливый. Ты же знаешь, я продолжаю сотрудничать с римским издательством, выпускающим мою детективную серию, и по издательским делам бываю в Риме и вижусь с друзьями. Мне этого достаточно. Здесь, на севере, я чувствую себя в родной стихии, где мне живется и работается гораздо лучше. У нас прекрасная квартира, и старики рядом, и до нашей горной хижины рукой подать. И домик, который ты этим летом облюбовала на лигурийском побережье, мне тоже очень понравился. Думаю, мы его купим. В общем, я доволен, что мы живем в Милане.

— Мне тоже очень нравится в Милане: и не так жарко, как в Риме, и к Англии поближе, — сказала Рейчел с тихим вздохом.

— Ты соскучилась по родине? Давай съездим на недельку в Лондон! Что нам мешает?

— Спасибо, любимый! Но моя родина там, где ты и дети. А с сестрой я недавно виделась, когда она с семьей приезжала сюда и мы вместе отдыхали на море. Жаль, что тебя не было с нами, но ты был занят издательскими делами, у тебя шла корректура романа.

— Да, помню. Кстати, твое издательство могло бы подсуетиться и предложить английским коллегам перевести мой роман, ведь мои детективы идут там неплохо. Тогда бы точно ездили по делам в Англию.

— Я подумаю над вашим предложением, синьор автор.

Они чокнулись бокалами с шампанским и разошлись в разные стороны. Энрико пошел к своим гостям, а Рейчел направилась в другой конец зала, где находились родители Энрико, окруженные своими знакомыми.

Рейчел была хозяйкой на этом приеме, но хозяйкой без гостей — она мало кого знала из пришедшей на презентацию публики. Но это не смущало ее. Она медленно шла по залу с бокалом шампанского в руке и дружелюбно улыбалась критикам и художникам, писателям и читателям.

Мужчины, глядя ей вслед, с завистью посматривали на Энрико.

— Да, долго он ходил в холостяках, но зато какую жену выбрал! — переговаривались за спиной Рейчел.

Отдав должное женскому очарованию Рейчел, переходили к другим темам.

— Я слышал, вы уже успели прочитать книгу. Ну как вам? — спрашивал один критик другого.

— Да, — подтвердил другой критик. — Я имел возможность прочитать книгу, как только был отпечатан тираж. Признаюсь, я читал ее не отрываясь три дня, она захватила меня. Казалось бы, простая жизненная история, ничего особенного. Но с какой глубиной, страстью, с каким чувством написано! Я предвижу огромный успех этого романа.

— Странно, — недоумевал первый критик. — Обычно, когда детективщики меняют жанр, удача их покидает.

— Нет, здесь не тот случай. Думаю, теперь читатели не простят ему возвращения к детективному жанру, — засмеялся второй критик.

В другом углу зала тихо переговаривались две молодые женщины, сотрудницы издательства.

— Я сейчас приду домой и сразу начну читать. Говорят, так интересно!

— Очень интересно! Пока книга была в производстве, мне удалось кое-что прочитать.

— Правда? Расскажи!

— Сама прочтешь! Какой смысл все заранее знать?! Одно могу сказать: сюжет так захватывает, что невозможно оторваться. Я и плакала, и радовалась вместе с героями.

— Надеюсь, конец у романа хороший? Я не люблю, когда плохо кончается.

— Да, конец счастливый.

— Интересно, он это все придумал?

— Ничего он не придумал! Это невыдуманная история любви — его и его жены.

За окнами стемнело, наступил вечер. Отшумели тосты, поздравления, приветствия. Гости разошлись, зал опустел. Остались только Рейчел, Энрико и его родители.

— Ну что ж, по-моему, все было организовано очень хорошо, — сказал отец Энрико, довольно потирая руки.

— Да, папа, спасибо за помощь!

— Мальчик мой, — сказала мама, — еще раз поздравляю тебя с большой удачей. Роман замечательный. Я говорю это не как мать, а как читатель. Давайте выпьем за успех твоей книги!

Энрико налил всем шампанского, и они выпили.

32
{"b":"157392","o":1}