ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ну все, угомонись. – Бабушка стояла чуть в стороне, с улыбкой наблюдая за сценой приветствия. – А я тебя завтра ждала, – сказала она Ларе. – Что ж ты в такую поздноту-то ехала? Как только на автобус успела!

– А я и не успела, – ответила девушка и принялась подробно рассказывать историю своего чудесного спасения из лап пьяных парней на «Жигулях».

Они давно уже переместились в дом, бабушка согрела и налила в большие кружки чай, поставила на стол тарелку с блинами, а Лара все рассказывала и рассказывала.

– Сколько раз тебе говорила, надо думать как следует, прежде чем делать! – произнесла бабушка по окончании рассказа. – Поехала бы завтра утром, ничего бы и не случилось. А так, если бы не этот мальчик… Как, кстати, его зовут?

– Ба, я не спросила. – Лара опустила глаза, ругая себя последними словами. Там, во время бегства, и позже, в лесу, как-то не до того было. А потом он слишком быстро уехал.

Она знала о нем лишь то, как он выглядит: высокий, плечи широкие, темные волосы, подстриженные ежиком, крупные руки с длинными пальцами, лицо с резко очерченными скулами, чуть выдающийся подбородок. Довольно симпатичный парень, короче. Жаль, цвет глаз его в темноте разглядеть не удалось.

– Что задумалась? – оторвала ее от воспоминаний бабушка. – Устала небось, спать хочешь?

Спать Лара не хотела, но кивнула, подтверждая бабушкино предположение.

– Вот и ложись, правильно, – произнесла бабушка. – Нечего ночами сидеть. А то знаю, уткнешься сейчас опять в свой компьютер.

– Угу. Уже ложусь. – Лара встала из-за стола и направилась в свою комнату.

Прежде всего надо разобрать рюкзак.

Рюкзак у нее был знатный – самодельный, тряпочный с кожаными вставками, металлическими заклепками и надписью, сделанной стойкой серебряной краской во всю крышку: 4ajka_555. Это ее ник в Живом Журнале. «Чайка» – потому что ее имя – Лариса – с греческого переводится именно так, а «555» – дата ее рождения, точнее, некоторая ее часть – пятнадцатое мая тысяча девятьсот девяносто пятого года – если записать цифрами, будет 15. 05. 1995. Оставить только конечные цифры, и выйдет то самое «555».

Свой Живой Журнал Лара вела давно. Ей нравилось записывать в него впечатления, забавные ситуации, философские размышления, выкладывать фотографии и общаться с людьми. Среди пользователей ЖЖ у нее появились хорошие знакомые, общение с которыми давно уже переместилось в реал.

Вот и сейчас первым, что Лара вытащила из рюкзака, был тщательно завернутый в одежду ноутбук. Несмотря на данное бабушке обещание лечь спать, она решила после душа записать историю, произошедшую с ней сегодня, благо с выходом в Интернет в поселке проблем не было – провели всем желающим в прошлом году.

Лара думала о том, как написать. Тупо описывать события типа «я сказала, они сказали» душа не лежала. Скорее, хотелось писать о своих мыслях и чувствах. В итоге родилась запись под названием «Ночной полет».

«Все, что я помню о сегодняшнем вечере, это запах ветра и дорожной пыли, темные стены леса, высящиеся по обеим сторонам дороги, адреналин в крови, ужас, что нас догонят, аромат кожи и машинного масла и тепло тела моего спасителя, в чью спину вжимаюсь до хруста в ребрах. Оказывается, скорость может быть такой захватывающей! Темно-синее небо над головой, рокот мотора, а затем тишина ночного леса. Его куртка на моих плечах. Позже скомканное прощание и осознание того, что даже имя спросить забыла».

Теперь нажать кнопку «отправить».

Скорей всего эта запись провисит без комментариев. С подобными всегда так. Оно и понятно. Сложно комментировать чужие эмоции, Лара и сама бы вряд ли смогла. Впрочем, для нее было гораздо важнее писать самой, чем получать ответы.

Думая о своем будущем, она представляла себя писательницей или на худой конец журналисткой, но обязательно ее профессия должна быть связана с литературным творчеством. Она и институт себе уже подобрала – Литературный, имени Горького. Хотя, конечно, возможны варианты.

Мама вот, например, считает, что писатель – не профессия. Сама мама ведущий хирург, работу свою любит до умопомрачения и готова проводить в больнице сутки напролет. Наверно, поэтому – из-за вечной маминой занятости, из-за ее огромной востребованности, из-за ночных бдений и дежурств по выходным – Лару воспитывала в основном бабушка. И теперь, когда бабушка практически перебралась жить в оставшийся от дедушки-профессора дом, Лара часто чувствует себя одинокой, ведь маму она по-прежнему видит редко – та все время на работе.

Нет, такую профессию, как у мамы, Ларе не хотелось.

Девушка уставилась в окно. Сразу за их участком начинался сосновый лес, окна Лариной комнаты выходили как раз в его сторону. На самой кромке леса росла одинокая старая разлапистая береза. Сейчас сосны едва заметно качались от легкого ветерка. Девушка почувствовала, что ее клонит в сон.

По лестнице, ведущей на второй этаж, процокали коготки, и в комнату вплыл Вениамин. Он посмотрел на Лару, потянул носом воздух, затем вспрыгнул на диван и свернулся уютным клубком. Сейчас он еще больше напоминал спящую лису.

Лара переместилась к нему, утопила пальцы в густой шерсти, приложилась щекой к теплому мягкому боку.

«Все-таки как сильно все изменилось, – подумала она. – Раньше бабушка только на лето уезжала сюда, а теперь живет почти весь год. И Веник с ней, не оставлять же ее одну. Страшно».

Пса ей, пожалуй, не хватало больше всего. Несмотря на обилие знакомых и приятелей, близких друзей у Лары не было. Порой спрашивая себя почему, она не находила ответа. Возможно, виной тому отец, точнее, развод родителей, который произошел, когда Ларе было пять. Самого развода она, может, и не заметила бы, многие годы после отец приезжал к ней почти ежедневно, они отправлялись вместе гулять, ездили за город, ходили в зоопарк. Но когда Ларе исполнилось двенадцать, у отца появилась другая семья, и он навещал дочь все реже, пока его визиты не свелись к чисто формальным. Теперь они почти не виделись. Он даже на Ларин день рождения не приехал, только по телефону позвонил, поздравил.

Лара давно уже не обижалась, разве только совсем немного – за то, что не дает ей общаться с маленьким братиком. А может, его новая жена не разрешает, Лара не знала.

Тем не менее с момента ухода из ее жизни отца она перестала близко подпускать к себе людей. Зачем к кому-то привязываться, если расставания причиняют такую боль? Лучше довольствоваться тем, что есть: мама, бабушка и Веник, – с ними можно делиться печалями и радостями. Особенно с Веником – он отлично все понимает, получше многих людей, и слушает всегда с неподдельным интересом, да и утешать умеет, как никто другой. А болтать о всякой ерунде можно и со знакомыми из ЖЖ, и с девчонками-одноклассницами, хотя с ними хочется меньше всего. Да мало ли с кем!

Отношения с одноклассниками у Лары были ровные, со всеми одинаковые, скорее нейтральные – она никого не трогала, ее никто не трогал.

Учебу Лара переносила с трудом, перебивалась с четверок на тройки. Не потому что была глупой или ленивой, а потому что было ей неинтересно, а порой и откровенно скучно. Вот, например, все эти точные науки: ладно еще физика, но химия с алгеброй и геометрией! Разве пригодится ей в жизни, скажем, умение вычислять логарифмы или знание несметного количества формул? Да она закончит через год школу и забудет все это, как страшный сон!

Другое дело литература и история. На эти предметы девушка ходила с удовольствием и была по ним лучшей в классе.

Лара встала, погасила большой свет в комнате и включила уютную настольную лампу под оранжевым абажуром, затем снова прилегла на диван, прислонилась щекой к пушистому собачьему боку.

«Интересно, а чем сейчас занимается мой спаситель? – подумала она. – Куда поехал, попрощавшись?»

Мысли об этом парне никак не желали покидать ее голову. Девушка с удивлением поймала себя на желании говорить с ним: вот так вот сидеть вечером, пить теплое молоко с медом из глиняных бабушкиных кружек и беседовать – не об ерунде, как со знакомыми, а о важном, о том, что волнует, что запрятано глубоко внутри – как с другом.

3
{"b":"158309","o":1}