ЛитМир - Электронная Библиотека

– Тогда пошли спать, – потянулся Борис Олегович.

Он уже сделал несколько шагов по направлению к спальне, когда его вдруг осенило: с кем-то ведь все-таки они с женой разговаривали.

– Кто же это звонил? – пытливо уставился он на Нину Ивановну.

– Танечка, Олежкина подруга, – объяснила жена.

– Та-ак, – протянул Борис Олегович.

Олег с беспокойством смотрел на отца. Тот явно готов был снова взорваться.

– Папа готовился к важным переговорам, – тоном обманутого в лучших чувствах героя мелодрамы начал глава семейства Беляевых. – Папа спал, чтобы утром с новыми силами упрочить положение фирмы, – еще немного повысил голос Борис Олегович. – А в это время подруга моего обалдуя-сына поднимает меня среди ночи, и я…

Тут Беляев-старший осекся. Ему живо представилась вся нелепость ситуации. И он, повернувшись к Олегу, крикнул:

– А мой обалдуй-сын выставил меня полным идиотом! Хорошенькая благодарность за все, что я делаю во имя его безбедного будущего!

«Ну, началось», – с тоской подумал Олег. Вообще-то у них с отцом были замечательные отношения. Однако когда тот заводился, то начинал выдавать длинные тирады. Суть их обычно сводилась к тому, что он, Беляев-старший, а также мама Олега, Нина Ивановна, из кожи вон лезут, стремясь поставить на ноги фирму. Все это делается во имя безбедного будущего Олега, а он совершенно не ценит их титанических усилий.

– Ты со своей компанией погряз в эгоизме! – словно бы по заказу выпалил Беляев-старший.

– Боренька! – вмешалась Нина Ивановна. – Олежка вообще не виноват. Он спал.

– Он спал! – воскликнул Борис Олегович. – А я, например, проснулся! И молол какую-то полную чушь, – самокритично добавил он.

– В этом ты сам виноват, – сказала Нина Ивановна. – Надо было выучить текст, который я тебе написала.

– Очень, гляжу я, вы все тут умные, – немного смутился Борис Олегович.

– Давно говорю, что тебе нужно брать уроки английского, – продолжала жена.

– У меня времени нет, – еще сильнее смутился Борис Олегович. – Ладно, – двинулся он в спальню. – Раз уж меня все равно разбудили, пойду еще раз посмотрю эту речь.

– Вот это правильно, Боренька, – одобрила его намерение жена. – А ты, Олежка, ложись спать. Тебе завтра в школу.

И она погасила свет. Засыпая, Олег слышал из родительской комнаты шелест бумаги и тихий голос отца, который старательно произносил английские фразы…

Таню беседа с родителями Олега оставила в изрядном недоумении. Было ясно только одно: ее с кем-то спутали. Остальное пока оставалось для девочки совершенной загадкой. Впрочем, Олег завтра в школе ей все объяснит. Главное, что он дома и с ним ничего не случилось.

Таня ввернула в торшер новую лампочку. Затем погасила свет в остальной части квартиры. Взглянув на часы, она охнула. Десять минут третьего! Надо срочно ложиться, иначе она завтра проспит школу.

Она легла и выключила торшер. Ветер на улице вроде немного утих. Дождь продолжал барабанить по стеклам, но теперь Таня воспринимала это совсем по-другому. Тихая дробь убаюкивала. Глаза сами собой стали слипаться.

«Завтра Олегу все расскажу, – подумала девочка. – Вот он посмеется над моими страхами. Навоображала себе неизвестно чего». Дальше ей размышлять стало лень. Еще какая-нибудь минута, и она бы, вероятней всего, заснула. Но тут вновь зазвонил телефон.

На сей раз Таня не сомневалась, что это Олег. Она же ему ничего не объяснила. Вот он, наверное, и волнуется. Хотя мог бы подождать и до завтра. Всего ничего осталось. Подняв трубку, она с мольбою проговорила:

– Олег, мне спать хочется. Я тебе завтра все объясню.

Молчание.

– Олег? – повторила Таня.

В трубке раздался визгливый хохот, от которого у девочки пошли мурашки по телу.

– Кто это? – прошептала она.

Хохот прервался так же внезапно, как и возник. Наступила короткая пауза. Следом за ней в трубке раздались тихие звуки похоронного марша. Музыка была какая-то странная. Она словно бы вырывалась из темных глубин загробного мира. У Тани похолодело внутри. Ей хотелось бросить трубку, но руки не слушались. И она продолжала внимать траурным аккордам, от которых кровь стыла в жилах. Ветер на улице, как нарочно, снова завыл. Девочке стало жутко. И, собрав последние силы, она крикнула в трубку:

– Прекратите!

Музыка смолкла. В трубке послышались частые гудки. Таню трясло как в лихорадке. Дышать было трудно.

Она включила торшер. Но в дверной проем пугающе врывалась темнота. Это было невыносимо. Таня зажгла свет везде. Траурный марш продолжал звучать в ушах. Тане казалось, что она сходит с ума. Кому и зачем понадобилось ее пугать? Сколько она ни ломала голову, объяснений не находилось.

Затем усталость взяла свое. Девочка забылась тревожным сном.

Глава II

Компания с Большой Спасской

Наутро пятеро друзей встретились в Портняжном переулке возле железных ворот, за которыми стоял дом Олега. Сразу за ним находилась родная две тысячи первая школа.

– Ну? – поглядел сквозь очки Олег на Таню. – Ты зачем моих предков подняла среди ночи?

– Он еще спрашивает! – вклинился в разговор долговязый порывистый и нетерпеливый Женька. – Там, у Таньки, было такое… такое…

От избытка эмоций он взъерошил двумя руками и без того спутанную длинную шевелюру. Затем выпалил:

– Ей звонили.

– Кто? – не понял Олег.

– Она не знает! – продолжал Женька.

– Слушай-ка, давай лучше я сама расскажу, – тихо произнесла Таня.

– Пожалуйста, – развел руками Женька.

Таня рассказала о странных звонках и о похоронном марше.

– Вот это да! – вырвалось у Олега.

– Чует мое сердце, это не к добру, – уставился на друзей исподлобья маленький щуплый Темыч.

– Надоел ты мне со своим сердцем, – иронично сощурилась стройная темноволосая Катя. – Оно у тебя уже много лет постоянно что-нибудь чует, и все не то, что надо.

– Отстань, – обиделся Темыч.

Остальные обменялись выразительными взглядами. Их компания сложилась еще в младшей группе детского сада. Именно с этого времени Темыч был тайно влюблен в Катю. Та это прекрасно знала и постоянно над ним подтрунивала. Темыч надежд не терял, однако ему приходилось туго. Во-первых, Катя была натурой ветреной и постоянно увлекалась другими мальчиками. А во-вторых, Темычу мешал рост. Вернее его отсутствие. К началу десятого класса он выглядел словно двенадцатилетний, а лицом больше смахивал на девочку. Правда, согласно семейным преданиям, в роду Теминого папы Никиты Владимировича многие мужчины по-настоящему вырастали в пятнадцать-шестнадцать лет. Например, Никита Владимирович резко вымахал в пятнадцать, после чего стал пользоваться неслыханным успехом у противоположного пола.

Темыч очень рассчитывал, что этим летом тоже резко вырастет. Ведь ему как раз исполнилось пятнадцать. Но, видимо, в его случае процесс отложился еще на год. Словом, надежда на лучшее будущее не покидала его. Однако в настоящем возникало множество проблем. Сейчас, оскорбленно глядя на Катю, Тема многозначительно произнес:

– Между прочим, если бы мое сердце не чуяло опасности, мы бы во время расследований уже сто раз на тот свет отправились.

– Не сто, а двенадцать, – поправил Олег.

Они и впрямь, начиная с восьмого класса, умудрились самостоятельно раскрыть двенадцать самых настоящих преступлений. Последнее расследование пятеро друзей, которых чаще всего теперь называли Компанией с Большой Спасской, провели перед самыми летними каникулами[1]. И вот, не успели они еще съехаться к новому учебному году и проходить три дня в школу, как вроде бы столкнулись с какой-то новой тайной. Во всяком случае, Олег был точно убежден, что ночные звонки в Таниной квартире раздавались совсем неспроста.

– По-моему, кому-то понадобилось Таньку испугать, – уверенно заявил Женька.

– Оригинальная догадка, – фыркнула Катя.

– Да ладно тебе, – с добродушной улыбкой отмахнулся Женька.

вернуться

1

Подробно об этом читайте в книгах А. Иванова и А. Устиновой «Тайна черного призрака», «Загадка американского родственника», «Загадка Клетчатого», «Загадка старинной куклы», «Загадка ночного стука», «Загадка салона «Магия», «Загадка закрытого люка», «Загадка серебряного медальона», «Загадка домашнего привидения», «Загадка случайного попутчика», «Загадка бронзового льва», «Загадка ловких мошенников», вышедших в серии «Черный котенок». (Прим. ред.)

3
{"b":"158824","o":1}