ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Иди сюда и садись, — приказала Джасинда с улыбкой.

Что же это может быть? Он не хочет обыграть ее? Она была удивлена его беспокойством о том, что он может обыграть ее. Вероятно, у нее неверное представление об его способностях в шахматной игре, подумала она. В нем скрывается так много талантливых черт, которые постоянно удивляли ее. Она выиграет, конечно. Но она постарается как можно дольше оттянуть развязку, прежде чем выиграет.

— Это простой товарищеский матч, — подбодрила Джасинда Эрика и беспечно добавила: — Я раньше не знала, как собирать яйца, но хотела научиться делать это. И вообще я провела последние три месяца, занимаясь только тем, о чем я раньше не имела никакого представления. Не думаешь ли ты, что теперь настала твоя очередь?

Эрик сел напротив нее.

— Кто ходит первым? — спросил он.

Игра медленно началась. Эрик сделал удивительно хороший ход, чтобы защитить своего коня. Когда он взял ее первую пешку, она великодушно похвалила его. Когда же он взял ее вторую пешку, она хвалила его уже гораздо сдержанней. Наконец и она тоже выиграла одну из его пешек.

Матч завершился спустя пятнадцать минут. Джасинда сидела ошеломленная. Удача новичка, уверяла она себя. Иначе как же еще Эрик мог победить, если она была такой неплохой шахматисткой? Желание взять реванш возобладало в ней. Ей было немного обидно проиграть тому, кого она предполагала научить играть.

— Давай сыграем еще раз, — живо предложила Джасинда.

Эрик мог случайно обыграть ее один раз, но наверняка не выиграет во второй. Ее бдительность теперь обострилась. Она считала, что слишком расслабилась во время первой партии.

— Джасинда, я думаю, что не следует продолжать, — ласково сказал Эрик.

«И он надеется, что победит снова! Ну нет, он не сможет этого сделать!» — лихорадочно думала Джасинда.

— А я считаю, что это просто великолепная идея, — возразила она и стала снова расставлять фигуры на доске.

На этот раз они играли молча. Джасинда сидела напряженно, ожидая, какой же очередной ход он сделает, а затем, когда Эрик его делал, находила каждый его этот ход просто блестящим. Это уже больше похоже на дело, подумала она, блокировав его коня.

— Шах, — сказал Эрик спокойно.

От удивления она даже открыла рот. Как незаметно он сделал это? Слишком поздно, но она поняла, что сильно увлеклась его конем и совершила ошибку, простительную только для новичка. Но все же она признала, что Эрик сделал несколько чертовски хороших ходов, чтобы создать на доске подобную ситуацию. Ее бдительность была недостаточна, и она оказалась застигнутой врасплох. Вдобавок ко всему Эрик выглядел таким спокойным. Он сидел, откинув одну руку на спинку кресла, и полностью контролировал себя, тем самым еще больше усыпив ее бдительность. Казалось, что он даже не задумывается над каждым очередным ходом, но держит под неусыпным контролем всю доску. Его карие глаза с холодной расчетливостью скользили по резным фигуркам. Джасинда понимала, что за этими ясными глазами, за этой небрежной позой был сильный соперник, который мог легко противостоять ей. И это была еще одна сторона талантливости Эрика, которую она прежде никогда не принимала во внимание.

Теряя спокойствие и обороняясь, она сделала последний поспешный ход, и он опять победил. Не говоря ни слова, Эрик стал убирать шахматы.

— Прекрасно, ты, несомненно, очень быстро научился играть, — одобрила она с фальшивыми нотками в голосе.

Вначале она не восприняла его, как шахматиста, всерьез, и вот теперь этот недалекий, как ей казалось, человек представлял собой серьезную угрозу для любого опытного игрока. Она не оставляла попыток разобраться в своих запутанных размышлениях, но знала твердо, что в ее сознании теперь совершенно не стыкуются некоторые обстоятельства: она имеет степень магистра, а он не закончил даже средней школы; она играла в шахматы уже много лет, а он был всего лишь новичком.

— Ты сердишься на меня? — решительно спросил Эрик. — Я боялся, что это случится.

Она сердилась, даже осознавая, что у нее нет причин для этого. Она была так уверена, что выиграет. В довершение всего слишком спокойное его поведение причинило ей боль.

— О, так ты знал с самого начала, что выиграешь? — засомневалась Джасинда. — Меня интересует, что заставило тебя думать, что ты можешь обыграть меня?

Эрик неопределенно пожал плечами.

— Я все довольно быстро схватываю. Я считал, что понял эту игру.

Гнев уже почти потух, и она тяжело откинулась в кресле, пытаясь понять, почему же она так расстроилась. Джасинда считала, что знает Эрика. Конечно, она уже поняла раньше, что он обладает хорошими способностями в области техники, но до сих пор не думала, что он может на равных конкурировать с ней.

Она подняла глаза на Эрика и увидела все те же белокурые волосы, красивое лицо, большие руки. Он выглядел точно так же, как и десять минут назад, но он уже не был для нее прежним Эриком.

Неторопливо она взяла одну из шахматных фигур и повертела в руках. Она играла в шахматы с тринадцати лет и обычно обыгрывала большинство своих соперников. Но она не смогла обыграть Эрика и инстинктивно чувствовала, что если бы они сыграли тысячу партий, он был бы победителем во всех.

— Ради Бога, это всего лишь игра, — сказал он нетерпеливо.

Но ее мысли больше не были заняты игрой. Она явно недооценивала его. Даже после того как он показал ей, что она была неправа, неверно забраковав его энергетическую установку, и даже после того как доктор Метсалф назвал достижение Эрика выдающимся, чем произвел на нее глубокое впечатление, она продолжала смотреть на него лишь как на способного к технике человека. Но она больше не могла игнорировать тот факт, что он был по-настоящему талантливым человеком. Как же могла она настолько не разобраться в нем?

— Ты хочешь, чтобы я ушел? — Эрик раздраженно отодвинул свое кресло.

— Нет! — Джасинда потянулась через стол и схватила его за руки. — Я с досадой отреагировала на проигрыш, но сейчас я выше этого.

Он посмотрел ей в глаза.

— Ты уверена?

— Абсолютно, — она ухитрилась улыбнуться. — Однако ты очень рисковал, нападая на меня.

Его улыбка чуть просветлела.

— Я учту это.

Эрик подхватил ее на руки так же легко, как если бы она была ребенком, и понес в спальню.

— Сейчас я принесу тебе свои официальные извинения, — рассмеялся он.

Они занимались любовью не спеша, но с все поглощающей страстью. На несколько мгновений Джасинде показалось, что она совершенно потеряла контроль над собой, но когда затем они оба, опустошенные и удовлетворенные, лежали бок о бок на кровати, ее сомнения снова взяли верх над ней. Неожиданно она почувствовала себя очень неуверенно. Она была во многом неправа. В первый раз за все это время ей захотелось узнать, а сможет ли она покинуть мужчину, который был именно таким, о каком она мечтала всю жизнь. Всего месяц назад она была уверена в том, что сможет положить конец их отношениям сразу же, как только придет время возвращаться в Нью-Йорк. Теперь она уже ничего не знала…

На следующий день Джасинда была озабочена все теми же проблемами и никак не могла сосредоточиться на работе. Когда зазвонил телефон, она рассеянно взяла трубку.

— Джасинда? Говорит Джим Петерс. У меня блестящая новость для тебя!

— О? — заинтересовалась она.

— Мы приняли нового сотрудника, и он выразил желание поехать в Арканзас и занять твое место. Ты можешь упаковывать чемоданы прямо сейчас.

Она удивленно моргала глазами. Возвращаться в Нью-Йорк? Сейчас? Она беззвучно шевелила губами.

— Ты слушаешь меня? — спросил Джим.

— Да, — она с трудом справилась с волнением. — Я слушаю.

— Хорошая новость, правда? — сказал он радостно. — Ну хорошо, я не буду задерживать тебя, потому что знаю, что сейчас у тебя миллион дел, которые надо скорее завершить. Я уже разговаривал с Лэнном и все согласовал с ним. Это будет твоя последняя неделя там. Постарайся возвратиться в Нью-Йорк к понедельнику. Пока.

29
{"b":"159142","o":1}