ЛитМир - Электронная Библиотека

– Живо к тележке!

Брат Ишкарий, затравленно озираясь, с готовностью юркнул в кузов. Бойцы сгрудились вокруг вагонетки, толкая древний механизм. Колеса стронулись с места, вагонетка пошла, набирая ход. Таран схватил Глеба за шкирку и швырнул внутрь. Сталкеры, словно бобслеисты, поочередно забирались в «транспорт». Тележка разгонялась.

– Фон усиливается! Надеть маски! Дым, запрыгивай!

Огромный мутант, навалившись, прибавил ходу. Мышцы на стволах ног вздулись, необъятная грудная клетка вздымалась подобно кузнечным мехам. Вагонетка неслась уже с приличной скоростью.

– Дозу схлопочешь! Влезай, твою мать! – орал Кондор.

Дым зарычал, пробежав еще несколько метров, мощно оттолкнулся и прыгнул в вагонетку. Глеб услышал, как звякнул сверху свинцовый лист, накрывая кузов. Железный гроб на колесах с бешеной скоростью катился по рельсам. Истошный визг колес, отражаясь от тюбингов, давил на уши. Спустя пару секунд мерзкий звук как будто отдалился, рассеявшись в объемном пространстве. Придавленный телами сталкеров, Глеб не видел ничего. Но лучше и не смотреть: жить им, наверное, осталось всего несколько мгновений. Мальчику было невыразимо страшно; он зажмурился и почти перестал дышать.

Дозиметр, вшитый в костюм, истошно заверещал. Путники достигли «Автово».

Глава 5

Марш-бросок

Глеб плохо помнил момент падения. Треск дозиметров, гулкие удары вагонетки о какой-то хлам на станционных путях, забористая матерщина сталкеров, сгрудившихся в кузове, словно сельди в бочке… Какофония звуков оборвалась внезапно. Вагонетка с протяжным «баммм!» влетела в очередное препятствие и опрокинулась. Сталкеры кубарем выкатились на пути. Падая, мальчик ощутимо приложился головой об рельс. Его зашатало. Шлем съехал набок. Перед глазами запрыгали яркие точки. Темноту прорезали лучи фонарей. Оказалось, вагонетка прокатилась почти через весь перрон и теперь сиротливо валялась на боку недалеко от туннеля. Глеб украдкой оглянулся, но не смог рассмотреть детали погруженной во мрак станции. «А Палыч рассказывал, что она самая красивая…» – пронеслась запоздалая мысль.

– Подъем, доходяги! Быстро! Быстро! Ходу отсюда! – Кондор принялся раздавать пинки, подгоняя отряд.

Таран затрусил вперед, взбаламутив стоячую воду на путях. И снова туннель. Путники бежали, ритмично пыхтя сквозь фильтры противогазов. Мимо проплывали бесконечные ряды тюбингов. Дым безмятежно пыхтел папиросой. Заметив взгляд Глеба, мутант весело подмигнул:

– Не переживайте, Глеб, прорвемся. Напарник ваш – голова! Хитро придумал с тележкой!

– Геннадий, а вы почему противогаз не надеваете? – отважился на диалог мальчик.

Мутант выпустил облако дыма, ухмыльнулся.

– А ты, малой, попробуй найти такой намордник, чтоб на эту рожу налез, – встрял Ксива.

Сталкеры заржали.

– Да и поздно ему предохраняться, – хмыкнул Бельгиец. – Все, что мог, наш Крокодил Гена уже подцепил. Даром, что ли, такой зеленый…

Новый взрыв хохота. Напряжение, висевшее в воздухе, улетучивалось с каждым новым шагом, отдалявшим путников от «Автово».

– Вам, Бельгиец, катастрофически не хватает такта! – Дым затушил папиросу о шлем приятеля.

– А почему Бельгиец? – поинтересовался Глеб.

Боец вместо ответа гордо вытащил свою винтовку, подставляя под луч фонаря.

– Это FN F2000, бельгийская, – шепнул Ксива. – По ходу, единственная на все метро.

– Разговорчики! – оборвал Кондор. – Ну-ка тормознули все.

Отряд остановился. Кондор вытащил дозиметр, медленно обошел каждого, замеряя фон.

– Терпимо. Пронесло на этот раз. Таран, слышал что про «Ленинский»?

– Внизу не был. А сверху выход закупорен. Там здоровенный кусок проспекта просел. Подземный переход завален. До «Ветеранов» идти тоже смысла не вижу. Глубина залегания обеих станций – метров восемь-девять. Зафонит снова – не обойдем. Наверх надо.

– Как?

– После «Автово» съезд в наземное депо.

– Возвращаться придется. К развилке.

– Не придется. Мы уже идем по нужному туннелю. Впереди – выход.

Кондор еле слышно выругался. Поглядел на Тарана исподлобья.

– А ты хитрый, черт. Веди.

Отряд двинулся за Тараном. Глеба что-то сладко щекотнуло: он снова увидит дневной свет! А в компании вооруженных до зубов сталкеров он чувствовал себя почти в безопасности. Интересно, что бы сказал отец, если б увидел своего сына разгуливающим по поверхности среди бравых вояк? Глеб шел и улыбался своим мыслям… благо в темноте этого никто не видел.

Спустя некоторое время сталкеры осторожно подобрались к выходу. Туннель здесь обрывался, а рельсы тянулись дальше – к депо. Клочок пасмурного неба в проеме заставил сердце Глеба забиться чаще. Поверхность… Совсем рядом. Такая манящая, но опасная и обманчивая. Об этом напоминали кости и клочки шкур, тут и там валяющиеся на земле.

Краем глаза мальчик заметил, как метнулся вперед Таран, сбивая с ног Бельгийца. Грубая подсечка – и оба повалились на землю.

– Да ты чего, старый, совсем умом тро…

– НЕ ШЕВЕЛИСЬ!

Они замерли у самой границы выхода. Только сейчас Глеб заметил некую прозрачную субстанцию, свисающую с бетонного козырька арки. Словно кто-то развесил шаль из тончайшей пряжи. Бесплотная простыня еле покачивалась на ветру, краями почти касаясь распластавшихся на путях сталкеров. Дождавшись момента, когда субстанцию качнуло назад, Таран резко оттолкнулся от шпалы и выдернул за собой бойца. Загадочный «занавес» запоздало потянулся следом, но быстро опал.

– Эта штуковина живая, что ли? – Бельгиец брезгливо поморщился, адреналин запоздало заиграл в крови. – Это вообще что за ерунда такая!

Таран оглянулся по сторонам. Подобрал у стены полуразложившийся трупик крысы и кинул вперед. Тушка, казалось бы, беспрепятственно вылетела наружу, однако «полотно», сорвавшись с козырька, молниеносно опутало добычу, плотно свернувшись вокруг в несколько слоев.

– Можно идти, – буркнул проводник, бросив взгляд на Кондора.

Тот молча кивнул. Путники вышли на поверхность, и тут же с отрядом произошла мгновенная трансформация. Бойцы подобрались, достали оружие и грамотно распределились вокруг, разобрав сектора обзора. Шутки прекратились. Разговорчики утихли.

Только тишина и предельная концентрация.

Глеб покосился на мнущегося рядом Ишкария. Сектанту явно было не по себе. Он затравленно озирался, все время поправляя намордник противогаза.

Таран постоял с минуту, словно прислушиваясь к внутреннему голосу, и вдруг уверенной рысцой двинулся вперед. Остальные последовали за ним. С территории депо ушли прямо через высокий бетонный забор, поочередно подсаживая друг друга. Метрах в ста левее в стене виднелся широкий пролом – может, пробраться через него? Но у Глебова наставника была своя, одному ему понятная логика. Не останавливаясь ни на секунду, Таран погнал отряд дальше – мимо большой открытой площадки, заваленной сгнившими остовами грузовых фур, мимо какого-то циклопического сооружения с обрушенной крышей, дальше и дальше – пока глазам мальчика не открылось воистину завораживающее зрелище. Огромный вытянутый пустырь, бесконечная, уходящая вдаль проплешина между домами с одной стороны и стеной деревьев-исполинов – с другой.

– Проспект Стачек? – подал голос Кондор. – Запалимся на открытой местности. Дворами надо идти.

– Здесь волколаков полно, – бросил Таран на ходу. – Во дворах обложат со всех сторон, и вся недолга. А на проспект сунутся – пуганем. Стволов много.

Сталкеры, сосредоточенно сопя, трусили по асфальтовому крошеву вдоль вросших в землю автомобилей, покосившихся рекламных щитов и оборванных линий электропередачи. О былом могуществе людей теперь напоминали лишь заброшенные, унылые высотки. Среди замысловатых следов неизвестных животных, куч экскрементов и буйной растительности остовы построек смотрелись неуместно и неестественно. Глебу все никак не удавалось поверить, что когда-то здесь безраздельно властвовал человек. И уж тем более сложно было представить, что водоемы были такими чистыми, что в них можно было купаться, а в городских парках вместо безжалостных хищных тварей прогуливались влюбленные парочки… А может, все брехал Палыч?

12
{"b":"159234","o":1}