ЛитМир - Электронная Библиотека

– Алло?

– Уильям Джером. – Это говорил управляющий строительством возводившейся на Лонг-Айленде пищевой фабрики. Прежде он был обычным инженером-строителем, теперь же стремительно пошел вверх. – Мне нужен дельный совет. Проблема межличностных отношений. Вы – идеальный советчик.

Слова его звучали как-то нескладно, но с новым всемирным языком проблем хватало у всех, в том числе и у Мандельбаума.

Структура нового языка была чрезвычайно логичной и свободной от всякого рода излишеств. В скором времени он мог стать универсальным международным языком деловых людей и ученых. Поэты пока продолжали говорить каждый по-своему – им унификация не грозила.

Мандельбаум нахмурился. Джером решал крайне важную задачу. Нужно было как-то прокормить два миллиарда людей, строительство же пищевых фабрик позволило бы дать им всем синтетическую пищу, вполне отвечающую физиологическим потребностям человека, пусть гурманы и стали бы воротить от нее носы.

– Что там у вас? – спросил Мандельбаум. – Опять проблемы с Форт-Ноксом?

Золото использовалось теперь только в промышленных целях благодаря своей инертности и высокой проводимости. Джерому оно требовалось для прокладки общих шин и покрытия внутренних поверхностей камер реактора.

– Нет, они наконец-то возобновили поставки. Проблема в работниках. Они уже вручили мне петицию, неровен час начнется забастовка.

– Что им нужно? Увеличение зарплаты?

В голосе Мандельбаума чувствовалась ирония. Проблема денег так и не была решена до конца, хотя в мире все большее распространение начинала получать система условных «человеко-часов». Мандельбаум пока пользовался собственной системой расписок, обменивавшихся на товары и услуги. Размер зарплаты, вернее, ее денежное выражение не значили ровным счетом ничего.

– Нет. Этим они уже переболели. Теперь их не устраивает то, что их рабочий день длится шесть часов. Конечно, месить бетон и заколачивать гвозди – работа не самая интересная. Я им объяснил, что в скором времени ею будут заниматься роботы, но рабочие хотят, чтобы это произошло уже сейчас. Они согласны пойти даже на снижение жизненного уровня, а все это пустое философствование! Им, мол, досуг нужен!

Мандельбаум ухмыльнулся:

– Как же без этого? Главное для вас, Билл, как-то удержать людей на работе.

– Но как?

– А что, если вы оснастите строительную площадку громкоговорителями, по которым будут транслироваться лекции? Нет, лучше не так. Дайте каждому работнику по карманному приемнику, чтобы у них оставалась возможность выбора – либо лекции, либо музыка, либо что-то еще. Я позвоню на радио, попрошу организовать серию лучевых трансляций.

– Радиотрансляций?

– Да, но не совсем обычных, иначе они могли бы слушать их и дома. Эти программы будут идти в рабочее время и транслироваться только на строительную площадку.

– Здорово! – рассмеялся Джером. – Это должно сработать! – Они попрощались. Мандельбаум достал из кармана трубку и принялся набивать ее табаком, одновременно просматривая лежавшие на столе бумаги. Если бы все решалось так просто… Тут еще и эта проблема переселения… Все, включая его собаку, хотели жить на природе. Особых трудностей с транспортом и связью теперь не было. Конечно, возникнет масса хлопот, связанных с переездом, обустройством и выправлением бумаг на владение землей. Решить все эти проблемы разом…

– О'Баньон, – раздалось из селектора.

– Да? Впрочем, все правильно. Я ему, кажется, сам назначил это время. Пусть войдет.

До сдвига Брайан О'Баньон был обычным полицейским, в переходный период служил в милиции, теперь же стал руководителем местного отделения службы Наблюдателей. Это был рослый рыжеволосый ирландец, в устах которого новый язык звучал особенно странно.

– Мне не хватает людей, – сказал он. – Работы снова поприбавилось.

Мандельбаум принялся задумчиво раскуривать трубку. Служба Наблюдателей была его детищем, хотя подобные же службы сейчас создавались в разных концах мира, чему способствовала поддержка этой идеи мировым правительством. Для того чтобы общество могло нормально функционировать, необходимо постоянно отслеживать его состояние, располагать достоверной информацией, иначе оно перестанет существовать как единое целое, что приведет к нежелательным последствиям. Наблюдатели собирали информацию разными способами, самым простым и эффективным из которых являлся обычный разговор с прохожими, который завязывался как бы невзначай. Для того чтобы прийти впоследствии к определенным выводам, достаточно было элементарной логики и умения сопоставлять информацию.

– Для того чтобы набрать и обучить людей, потребуется какое-то время, Брайан, – сказал Мандельбаум. – Где ты предполагаешь их использовать?

– Во-первых, нужно продолжать надзор за слабоумными. Я бы туда приставил еще парочку ребят. Работа эта не из легких. Выявить, направить куда следует – это, я вам скажу, совсем не просто! Сейчас слабоумными образован ряд маленьких колоний. За ними тоже нужно надзирать, а вдобавок – еще и охранять от посторонних. Рано или поздно нужно будет решить эту проблему кардинально, а это уже связано с тем, что собираемся делать в будущем мы сами. Правильно я говорю? Понимаешь, у меня такое ощущение, что мы на что-то такое напали. Это неким образом касается и Нью-Йорка.

Мандельбаум кашлянул.

– И что же это такое, Брайан?

– Не знаю. Возможно, тут нет ничего криминального. Но это что-то очень серьезное. Я получал подобную информацию и из других стран. Научное оборудование и материалы уходят окольными путями неведомо куда…

– Да? Нужно потребовать от ученых, чтобы они представили отчеты о своей деятельности в последние месяцы.

– В этом нет смысла… Кстати, шведским Наблюдателям удалось кое-что выяснить. В Стокгольме некий человек стал интересоваться электронными лампами специфического назначения. Производитель объяснил ему, что вся партия ушла в одни руки. Этот человек стал искать покупателя и выяснил, что это был агент, работавший на каких-то третьих лиц. Наблюдатели заинтересовались этим вопросом и провели проверку всех лабораторий страны. Ни одна из них таких ламп не получала, из чего можно было сделать вывод, что они ушли куда-то за границу. Они обратились к своим коллегам в других странах и вскоре выяснили, что они попали в Айдлвайд.[10] От этого мне тут же поплохело, и я попытался выяснить дальнейшую судьбу ламп, но, увы, здесь след обрывался… Я начал интересоваться подобными случаями и выяснил, что теперь такое не редкость. В Австралии бесследно пропали некоторые части звездолета, в Бельгийском Конго – груз урана. Возможно, ничего серьезного за этим не стоит, но если речь идет о каком-то рядовом научном проекте, то к чему вся эта секретность? Чтобы разобраться с этим досконально, мне потребуются помощники. Если честно, то мне эта история очень даже не нравится.

Мандельбаум кивнул. Если кто-то вздумал поупражняться в нуклеонике, кончиться это может плохо для всех. Возможно, речь действительно идет о чем-то крайне серьезном.

– Надеюсь, вы с этой проблемой разберетесь… Удачи вам.

Глава 18

Раннее лето – робкая нежная зелень обратилась пышной листвою, расцвеченной лучами солнца, шумящей на ветру. С час назад прошел дождь; свежий ветерок до сих пор срывал с крон деревьев холодные капли. Над пустынными улицами сновали воробьиные стайки. Омытые дождем мирные здания четко вырисовывались на фоне ослепительно голубого неба, свет утреннего солнца отражался тысячами окон.

Город казался сонным. Время от времени по улицам проходили люди – мужчины и женщины, – одетые кто во что горазд. Никто никуда не спешил – суета и сутолока остались где-то в прошлом. Изредка мимо молчаливых небоскребов проезжали машины. От двигателей внутреннего сгорания люди уже отказались – в воздухе не было ни дыма, ни гари. Как ни странно, это был обычный будний день. Будни теперь ничем не отличались от выходных.

вернуться

10

Аэропорт имени Дж. Кеннеди в Нью-Йорке.

32
{"b":"1614","o":1}