ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Несмотря на некоторое сближение с Москвой, Тито долго колебался: ехать ли ему на конференцию коммунистических и рабочих партий в Берлин. И только в самый последний момент решил ехать. Когда Тито вошел в зал, члены делегаций начали вставать, аплодируя, — многие не рассчитывали увидеть его здесь [753].

В Берлине Тито встретился с Брежневым. В архивах сохранилась запись их разговора, который коснулся и арестованного Дапчевича. Брежнев сказал, что ему, вообще-то, неинтересна эта тема и лучше поговорить, например, о Мао Цзэдуне [754].

В этой беседе участвовал и секретарь Исполнительного бюро Президиума ЦК СКЮ Стане Доланц. К середине 1970-х годов в окружении Тито осталось очень мало людей из «старой гвардии». Пьяде и Кидрич умерли, Джилас и Ранкович превратились в противников, другие отошли от активных дел, занимая различные «почетные» должности. Только Кардель еще оставался рядом, но и он все более погружался в теоретические исследования и писал мемуары.

Тито вынужден был искать новых людей. Среди них были и уже упомянутый Стане Доланц, и генерал Никола Любичич, с 1967 года возглавлявший Союзный секретариат по народной обороне. Эти два человека во второй половине 1970-х годов стали самыми влиятельными представителями югославского руководства. Настолько влиятельными, что многие обвиняли их в том, что они фактически подчинили Тито своей воле и стали настоящими «серыми кардиналами» его политики. Говорили, например, что они сами решали, кого Тито примет, а кого — нет.

Слухи также гласили, что Доланц и Любичич метят в наследники Тито, поэтому уже сейчас стараются ограничить круг общения маршала и «замкнуть» все его контакты со страной на себя. Возможно, что такие намерения у них действительно существовали, но Тито никому не позволял контролировать себя.

В январе 1976 года корреспондент загребской газеты «Виесник» Дара Янкович в интервью с Тито задала ему волнующий всех вопрос: как бы вы, товарищ Тито, прокомментировали разговоры о том, что случится с Югославией после вашей смерти? Тито ответил: «Да, уже давно высказываются различные предположения о том, что будет в Югославии после меня… У нас, как вы знаете, существует коллективное руководство… Оно на деле, на практике, уже много лет показывает себя эффективным. Поэтому я могу со дня на день уйти, а меняться ничего не будет» [755].

В 1974–1975 годах была перестроена главная резиденция Тито в Дединье. Здесь возвели целый комплекс, состоящий из самой резиденции, канцелярии, служебных и подсобных помещений. Был построен и знаменитый теперь Дом цветов — зимний сад — с кабинетами для работы и отдыха Тито. Площадь Дома цветов составляет более девятисот квадратных метров, он состоит из трех частей, центральную из которых занимают оранжереи. Для Тито построили также закрытую террасу, с которой открывается превосходный вид на Белград. Некоторые из представителей окружения Тито утверждают, что в перестройке его резиденции и сооружении Дома цветов самое активное участие принимала Йованка и что по ее замыслу все служебные помещения были соединены между собой подземными ходами. Так что когда они с Тито прогуливались по парку, то не встречали озабоченных повседневными делами служащих администрации [756].

Тито пришлось по душе это место. Неслучайно он завещал похоронить себя именно здесь, среди роз, которые особенно любил.

Любовь, интриги и развод

Тито и Йованка жили вместе уже больше двадцати лет. Время брало свое: Тито старел и начинал болеть, а его жена находилась в самом расцвете своих сил. Она была не просто супругой президента, но важной политической фигурой. У нее были свои сферы деятельности, куда до поры до времени даже Тито не вмешивался: например протокол или кадровая политика в администрации президента. Многие считали, что примером для Йованки была жена румынского лидера Николае Чаушеску Елена, которая получила официальные посты в партии и государстве и превратилась во второго по значимости человека в партийно-государственной иерархии. Кстати, Елена и Йованка находились в приятельских отношениях, что не мешало им соперничать в области нарядов и украшений.

В окружении Тито Йованку не любили — за ее вздорный и надменный характер. Некоторые даже удивлялись, как Тито может жить с ней? Парадокс заключался в том, что с ней ему было действительно трудно, но без нее — еще труднее.

Тито до самого конца жизни был неравнодушен к молодым симпатичным женщинам. Несмотря на то что ему перевалило за 80, он сохранял образ покорителя дамских сердец и немного плейбоя. О любовных связях маршала в Югославии ходило много слухов.

В 1973 году на работу в администрацию Тито устроились сестры Радойка и Дарьяна Грбич — физиотерапевты. Первой было 22 года, а второй 20 лет. По иронии судьбы, Дарьяну привела Йованка. Но потом она на время «уступила» ее Тито, но назад так и не получила.

Каждая из сестер Грбич работала «вахтовым методом» — 15 дней на дежурстве, 15 дней отдыха. Они два раза в день делали Тито массаж — в любом месте страны и мира. Во время массажа никому не разрешалось входить в помещение. Кроме массажа Тито полагались и другие процедуры — гидротерапия, электротерапия, плавание и своего рода «аквааэробика» — упражнения в бассейне.

Маршал очень ценил сестер Грбич, говорил, что они не только хорошо знают свое дело, но и хорошо образованны. Радойка больше любила психологию и философию, а Дарьяна — искусство и литературу, и Тито во время сеансов вел с ними интересные беседы. Все это не нравилось Йованке. В конце концов Тито не выдержал: ему надоели постоянные вмешательства в его дела, излишняя навязчивость жены и ее ревность. Более того, семейные неурядицы переросли в подозрения, что Йованка ему «политически неверна».

Как и почему это произошло, трудно сказать. Версия Йованки сводится к тому, что она старалась защитить Тито от тех, кто метил на его место, и стала жертвой их клеветы. Противоположная версия гласит, что она сама собиралась занять место наследницы президента, что и стало причиной опалы. Существует еще и третье предположение: у жены Тито проявлялись признаки душевной болезни, которые и стали причинами всех ее поступков.

Если верить личному врачу Тито Александру Матуновичу, президент однажды пожаловался ему, что Йованка делает записи о нем, и — кто знает, — может быть, опубликует их в один прекрасный день за границей. И он предстанет перед всем миром как неприятная и негативная в историческом плане личность. «На каждую мелочь, которая ей во мне не нравится, она говорит: „Тито, что о тебе скажет история?“ И я спрашиваю себя: а что она обо мне знает?» [757]

Летом 1973 года подозрения Тито были столь сильны, что он приказал службе госбезопасности наблюдать за Йованкой. Выяснилось, что она якобы читает секретные документы, которые Тито берет для работы домой, а также подслушивает разговоры мужа с его соратниками.

В январе 1974 года Тито распорядился создать партийную комиссию, которая расследовала бы «случай товарища Йованки». Заседание проходило в «охотничьем домике» в Караджорджево. Йованка все категорически отрицала и вела себя очень странно. Она то плакала, то смеялась, впадала то в состояние эйфории, то ярости и истерики. Она говорила, что в окружении Тито находятся только негодяи и шпионы, и прославляла «товарища Тито». Тито открыто сказали, что Йованка, скорее всего, хочет власти. Тито ответил: «Я ничего не имел бы против, если бы она была способна на это. Но она не способна» [758].

Йованка заявила, что у нее есть «компромат» на тех, кто устроил всю эту акцию, и когда она его опубликует за границей, это будет «политической бомбой». «Если так, покажи эти бумаги мне», — сказал Тито. «Почему именно тебе?» — «Потому что я твой супруг и секретарь Коммунистической партии Югославии!» От волнения Тито ошибся в названии своей должности и даже в названии партии — он был тогда председателем СКЮ. Она причитала: «Товарищ Тито, я живу с тобой тридцать лет, а ты для меня ничего не сделал!» Тито, видимо, не выдержал. «А Четвертый Пленум!» — воскликнул он. «Тогда ничего не было!» — закричала Йованка и выбежала из комнаты. Потрясенные члены комиссии молчали — им стало ясно, ради кого была устроена вся история со свержением всемогущего Ранковича, который считался наследником Тито.

вернуться

753

Ivanji/. Titov prevodilac. Beograd, 2005. S. 124.

вернуться

754

Cumuħ П., Деспот З.Тито. Строго поверљиво. Архивски документи. Београд, 2010. С. 388–390.

вернуться

755

Josip Broz Tito.Intervju. Zagreb, Beograd, 1980. S. 572.

вернуться

756

Matunović A.Jovanka Broz. Titova suvladarka. Beograd, 2007. S. 90–91.

вернуться

757

Matunović A.Jovanka Broz. Titova suvladarka. Beograd, 2007. S. 116–117.

вернуться

758

Ibid. S. 153.

115
{"b":"162214","o":1}