ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Однажды вечером, после того как Дарьяна сделала Тито массаж, появилась Йованка и потребовала, чтобы та «выметалась», и попыталась буквально вытолкать ее из номера Тито. Президент вынужден был их разнимать, а потом даже дал Йованке пощечину. У него от волнения прихватило сердце, так что он не смог встретиться с иностранными делегациями [766].

На следующий день Тито переехал на «Галеб», который стоял в бухте. Здесь был отдельный вход в его апартаменты, через который к нему и входила Дарьяна.

Последний раз Йованку видели «в свете» 14 июня 1977 года — на приеме в честь премьер-министра Норвегии. После этого она исчезла из виду. Знаменитый американский журналист Уолтер Кронкайт даже спросил во время своего интервью с Тито о его жене. Югославский президент ответил, что хотя у него и в 85 лет крепкие нервы, но и они уже не выдерживают ворчания его жены [767]. На этот раз все были убеждены, что они разошлись.

Хотя официально о расставании Тито и Йованки никогда не сообщалось, ее отсутствие было быстро замечено югославами. Объяснения того, «куда подевалась товарищ Йованка», были в народе самыми противоречивыми. Одно из них гласило, что все дело в молодой любовнице Тито. Другое — что сама Йованка завела себе любовника, генерала Йованича (своего партизанского командира во время войны). Говорили, что жена Тито работала на советскую разведку. Предполагали, что развод — это результат борьбы различных группировок в окружении Тито, которые боролись за место его преемника. Наконец, ходили слухи, что Йованка чуть ли не открыто потребовала у Тито, чтобы он назначил ее своей «наследницей», а он в ответ ее арестовал.

Ни одна из этих версий не соответствовала истине в полной мере, а некоторые из них, как, например, шпионаж, являются полной фантазией. Конечно, устранение Йованки объективно было выгодно группировке ее противников в югославском руководстве во главе со Стане Доланцем. Именно он был свидетелем конфликта, который стал поводом для окончательного развода Тито с женой.

Этот конфликт произошел накануне визита Тито в СССР, Северную Корею и Китай в августе — сентябре 1977 года. Когда Тито с Доланцем обсуждали детали предстоящей поездки, в кабинет ворвалась Йованка и стала требовать, чтобы из состава делегации вычеркнули нескольких человек, в том числе ненавистную ей Дарьяну Грбич.

Вспыхнул скандал. Доланц рассказывал, что супруги использовали такие выражения, что даже у него, выросшего в шахтерских бараках, «уши вяли». Когда Доланц попытался сказать Йованке, что ее ревность ни к чему хорошему не приведет, та отмахнулась. «Как вы не понимаете, что я не могу ревновать 85-летнего старика? — заявила она. — Здесь дело в другом — в происках иностранных разведок». Она считала, что массажистки Тито работали на зарубежные спецслужбы [768].

Тито не взял Йованку с собой. Это было полной неожиданностью для принимающих югославскую делегацию сторон. Рядом с Тито была не Йованка, а молодая красивая блондинка, и журналисты сбились с ног, пытаясь ответить на вопрос: кто эта женщина? Это была Дарьяна Грбич. В окружении Тито открыто говорили, что она являлась любовницей маршала, хотя и была его моложе на 60 лет.

Но Тито не забывал о Йованке, звонил ей несколько раз, а из поездки привез множество дорогих подарков. После возвращения в Белград он распорядился разложить их на столе и позвать Йованку. Доктор Матунович так описывает эту сцену: «Когда она вошла, то спросила: „Зачем ты звал меня, Тито?“ — „Я хотел передать тебе подарки. Посмотри, что тебе нравится?“ Йованка подошла к столу, взяла скатерть за угол и резко потянула на себя. Все подарки слетели на пол. „От тебя мне ничего не нужно!“ — сказала она. Тито был изумлен. Он обратился к секретарю: „Соберите все эти подарки и отнесите их в библиотеку!“ Затем удалился, даже не посмотрев на Йованку» [769]. Это был конец.

Йованка осталась жить в резиденции на Ужичкой, 15, а Тито переселился в Белый дворец. Но известно, что Тито регулярно звонил ей, поздравлял ее с Новым, 1978 годом, интересовался ее здоровьем, делами. При жизни Тито Йованка не испытывала никаких материальных проблем. Некоторые из тех, кто знал Тито, утверждают, что не ее не пускали к президенту, а она сама не хотела видеть его. И если бы она захотела — никакое окружение не могло бы препятствовать этой встрече.

Однажды, уже после их «развода, Тито прогуливался по саду Белого дворца со своим секретарем Тихомиром Тичей Станоевичем. Он спросил у него, давно ли он видел Йованку. Секретарь ответил, что видел ее совсем недавно. Тито вдруг остановился и начал рвать цветы в саду. Он вручил букет Станоевичу, сказав: „Передай от меня Йованке“» [770].

«Если бы я надел на себя все ордена, то был бы похож на Бокассу»

Последние месяцы своей жизни Тито прожил, в общем-то, одиноким человеком. Единственное живое существо, которое всегда было рядом с ним, был его пудель Билл. Ночью он забирался к президенту в кровать и грел ему ноги. Билл был потомком пары пуделей, которых подарил Тито еще президент Кеннеди.

Несмотря на одиночество, Тито был окружен множеством людей, которые заботились о его жизни и безопасности. Особенно большая ответственность ложилась на тех, кто отвечал за здоровье и питание маршала. Интересно, что в первые 25 лет после войны у Тито фактически не было личных врачей. И только в 1970-х годах их количество стало быстро расти: сначала их было двое, потом трое, потом четверо, они работали «вахтовым методом» — двое по две недели. За всю жизнь Тито сменил 14 персональных медиков. Но он не был дисциплинированным пациентом.

Долгое время четверо врачей Тито дежурили через день. В их обязанность входило разбудить Тито в 5.30 утра, поинтересоваться его самочувствием и дать ему необходимые лекарства. Затем он шел на массаж, потом получал инсулин и садился завтракать. Дежурный врач должен был также наблюдать за приготовлением еды для президента и пробовать ее. Вечерний массаж проходил в 19.00, после чего Тито смотрел какой-нибудь фильм. Это прочно вошло у него в привычку.

Когда Тито засыпал, дежурный врач должен был несколько раз заходить к нему в спальню и контролировать его состояние. Это Тито очень не нравилось, он жаловался, что не может спать, если кто-то ходит у него по комнате. Была идея поставить в его спальне телекамеру, но Тито ее категорически отверг. Его можно было понять — у него и так почти не осталось частной жизни.

В конце жизни за президентом присматривали шесть врачей, два анестезиолога, два физиотерапевта (сестры Грбич) и три медика, отвечавшие за различную аппаратуру. Итого — 13 человек. Плюс различные службы в других ведомствах. Был создан Химико-токсикологический институт, который занимался химическим, бактериологическим и токсикологическим анализом продуктов, из которых для Тито готовили пищу.

Что же касается пищи, то Тито, как настоящий житель Балкан, с трудом представлял свою жизнь без обильной и «тяжелой» крестьянской еды. Он больше всего любил жареную свинину. Обычно для него и его гостей зажаривали крупных свиней — весом в 50–60 килограммов. Его личный повар Бранко Трбович вспоминал, что еще когда свинья жарилась, Тито приходил, тайком отрезал большие куски жирной свинины и с огромным удовольствием съедал их тут же с куском хлеба [771].

Пока они не рассорились, Йованка тоже следила за ним. Иногда они вместе садились на диету, но даже тогда не могли отказаться от яичницы с салом, домашней колбасы или жареного ягненка.

В мае 1977 года Тито исполнилось 85 лет и его в третий раз представили к ордену Народного Героя. Отмечалось также 40-летие его избрания генсеком КПЮ. Газеты объявили о начале выхода 40-томного собрания сочинений Тито.

вернуться

766

Ibid. S. 207–210.

вернуться

767

Уэст Р.Иосип Броз Тито. Власть силы. Смоленск, 1997. С. 404.

вернуться

768

Simčič М.Žene u titovoj sjeni. Zagreb, 2008. S. 228.

вернуться

769

Matunović A.Jovanka Broz. Titova suvladarka. Beograd, 2007. S. 253.

вернуться

770

Ridli D.Tito: Biografija. Beograd, 1998. S. 376.

вернуться

771

Simčič M.Tito bez maske. Beograd, 2010.S.130.

117
{"b":"162214","o":1}