ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Разве для того, чтобы напакостить человеку, нужна причина? — спросил он, хихикая. — Мне приятно видеть других одураченными, вот и всё. И не жди, что я пойду с тобой на восток, мне нужно бежать домой, рассказать о своей проделке. То-то жена и дети повеселятся!

Он метнулся в сторону, но вернулся.

— Да! Совсем забыл! Ты думаешь, что это река? Это обычный ручей. Он впадает в реку там, к северу. А до реки ещё далеко. Ты всё ещё на земле упырей.

Он злорадно засмеялся и на этот раз убежал совсем.

Адели следовало бы рассердиться на злого зверька, но у неё так дёргало и сводило мышцы, что на всякие другие чувства у неё не хватало сил. Ей было всё равно, находится ли она в безопасности на другом берегу реки или в очень большой опасности на земле упырей. Появись сейчас перед ней упыри, она не смогла бы подняться на ноги, и боль пересилила бы страх. Девушка растирала ноги, пытаясь восстановить кровообращение, но долго ещё ей этого не удавалось. И только когда прошли последние неприятные ощущения, она смогла поразмыслить над своим положением, а оно было не из приятных. Она была одна на берегу лесной речушки. Пока на неё никто не нападал, но карлик Ник предупреждал о страшных обитателях этой земли. Он говорил, что упыри перелетают иногда даже на другой берег реки, так что и там ходить небезопасно.

Девушка почти отчаялась, но потом перешла к более светлым мыслям. Она проделала на Вихре долгий путь, а не встретила ни одного упыря. Может, ей повезёт, и она доберётся до реки незамеченной? Сейчас она уже отдохнула, по крайней мере ноги у неё уже не болят и не сводит судорогой, и она готова идти дальше.

Адель встала, надела на плечо сумку и взялась за мешок. Он оказался тяжёлым. Рудольф не поскупился на угощение. Девушка взвалила мешок на спину и пошла от речки в чащу лиственного леса. Сейчас главным для неё было не потерять направления, а то она заблудится и никогда не выйдет к большой реке. Груз оттягивал плечи, и она вспомнила, как брела однажды по лесам и лугам совершенно одна с мешком картошки за спиной, согнувшись и раскачиваясь в такт шагам. Сейчас её багаж был легче, но и он основательно затруднял движение. Он давил к земле и цеплялся за ветки.

Девушке приходилось иногда останавливаться, чтобы передохнуть, но она заставила себя идти до сумерек и только тогда расположилась на ночлег, выбрав убежище из низко свисающих ветвей. Она проголодалась, поэтому с удовольствием съела большой ломоть окорока с кусочками вечного хлеба и остатками овощей, но ей не хватало Рудольфа, который своим примером мог бы вызвать аппетит даже у сытого. Потом она затащила все свои вещи под зелёный полог, залезла туда сама и уснула беспокойным сном, часто просыпаясь и прислушиваясь, не крадётся ли враг.

Утро выдалось хмурое. Небо затянула сплошная серая пелена, временами накрапывал дождь. Адель накинула на голову и плечи шаль, но трава и листва на деревьях и кустах были мокрыми, так что башмаки и платье девушки скоро тоже промокли. Холодно не было, но от сырости было немного зябко. Девушка позавтракала в своём убежище, которое спасало от дождя, и с очень большой неохотой его покинула. Она бы подождала, пока не перестанет идти дождь, но боялась задерживаться на земле упырей. Кто знает, может, сейчас она сможет уйти отсюда спокойно, а через час здесь уже появятся хозяева этих земель.

И она пошла, мокрая, уже не опасаясь потоков, лившихся на неё с раздвигаемых ею веток, потому что вымокнуть больше было невозможно. Ей не было холодно, было даже жарко, потому что тяжёлая ноша заставляла напрягать мышцы и разогревала тело. Постепенно дыхание девушки стало неровным, шаг не таким твёрдым, и она сбросила мешок на землю, а сама села на пень, чтобы отдохнуть.

Лес стал реже, временами встречались поляны, поэтому и идти было легче, но Адель не радовалась этому, потому что здесь было труднее спрятаться от неожиданного врага. Она отдышалась и хотела было продолжить путь, но вдруг услышала, как хрустнула ветка. Она вскочила, побежала к ближайшему кусту и спряталась за ним, но оставленные у пня вещи выдавали её присутствие.

— Эге, здесь кто-то есть, — произнёс мужской голос. — Выходи, добрый человек, не скрывайся. Я такой же путник, как ты.

Адель выглянула из своего убежища и всмотрелась в пришедшего. Это был высокий крепкий парень со светло-русыми вьющимися волосами, одетый в широкую светлую рубаху и синие штаны, совершенно вымокшие и потемневшие. Он с весёлой улыбкой озирался по сторонам, высматривая хозяина оставленных вещей. Не о нём ли говорил мельник-колдун? У него было с правильными чертами, симпатичное и очень приятное русское лицо, а глаза смотрели прямо и открыто. "Ярославский мужик", — вспомнилось девушке. Адель решилась выйти из кустов.

— Девушка? А я-то думаю, кого я так напугал! Ты меня не бойся, я человек честный и в Бога верую. Та одна здесь?

— Одна, — подтвердила Адель. — Как ты сюда попал? Куда идёшь?

Парень был ненамного старше её, поэтому она заговорила с ним на "ты", как и он с ней.

— Да вот иду домой, а один шутник указал мне путь через реку. Я перебрался через одну, потом через другую, а теперь совсем запутался, куда мне надо идти и куда я попал. Мне надо на север, а меня послали на запад, потому, говорят, что иначе я не обойду плато.

— Откуда же ты идёшь? — заинтересовалась Адель.

— С юга. Где я только не побывал, чего только не насмотрелся! А теперь вот потянуло в родные места, на русскую землю.

— Я тоже русская, — сообщила Адель с удовольствием. — Моё имя Аделаида, но все называют меня Адель.

— Иван, — представился парень. — А куда идёшь ты?

Адель вкратце рассказала ему о цели своего путешествия.

— Ты попал на землю упырей, — объяснила девушка. — Напрасно ты пошёл на запад. На плато можно было подняться, пересечь его и спуститься с другой стороны. А здесь очень опасные места. Здесь живут упыри. Я их никогда не видела, но мне рассказывали, что по облику это наполовину люди, наполовину летучие мыши. Они очень жестокие, совершенно бездушные, и почти каждый, кто попадает к ним, погибает ужасной смертью.

Иван нахмурился.

— А я-то иду себе, песни распеваю и ни о чём не подозреваю. Видно, злодей тот кабатчик, что послал меня на смерть.

— У него кабак у южного края плато? — заинтересовалась Адель.

— Да.

— Я его знаю. Он послал нас с Пахомом Капитонычем в зыбучие пески, и мы там чудом не погибли.

— Вижу, что и тебе есть что рассказать, — отметил Иван. — А идти тебе ещё долго, пока ты не разыщешь этот остров. Следовало бы вернуться к кабатчику да проучить его хорошенько, чтобы не посылал людей на погибель, но слишком уж далеко я ушёл, не хочется возвращаться.

— Зачем ты уходил так далеко от дома? — поинтересовалась Адель.

— Скучно стало. Сколько лет живу, а кроме своей да соседней деревни, почитай, ничего не видел. Захотелось мир, людей посмотреть, ну и, как говорится, себя показать. Семьи у меня нет, родных нет, ведь я с раннего детства сирота, у добрых людей жил. Сегодня один меня приютит, завтра — другой, так всей деревней и вырастили меня. Но и я в долгу не оставался: как только стал подрастать, работал не хуже взрослого. Но потом начало меня что-то томить, так что в один далёкий день я простился со всей деревней, в соседнюю зашёл (они меня мальцом тоже привечали) и отправился куда глаза глядят. А теперь меня, вроде, обратно потянуло. Так ты говоришь, что отсюда надо поскорее уходить?

— Как можно скорее. Надо дойти до реки и переправиться через неё.

— Тут две реки.

— Чем больше рек будет между нами и упырями, тем лучше, — решила Адель.

— Тоже верно. Ну, так идём вместе, раз встретились. Не скажу, что я на все руки мастер, но кое-что умею делать. Может, я сумею и тебе помочь.

Иван так застенчиво предложил свои услуги, словно не девушке, а ему требовалась помощь.

— У меня в мешке много еды, — сообщила Адель. — Хочешь поесть?

— А у меня и мешка-то нет, — признался Иван. — Была котомка, но я её потерял во время переправы через большую реку. Если я тебя не очень задержу, то я не отказался бы чего-нибудь пожевать.

55
{"b":"162674","o":1}