ЛитМир - Электронная Библиотека

После этого за ним закрепилась слава охотника за международными террористами, его перевели в центральный аппарат и доверили при управлении контрразведки создать подотдел «Л» (специализирующийся на ликвидации самых одиозных главарей чеченских бандформирований). Подотдел, или, проще говоря, группа, был небольшим, насчитывая всего трех офицеров. Зато доступ они имели ко всем информационным и техническим средствам ГРУ. Первое задание получили по выведению «из игры» бесноватого Титаника (Салмана Радуева). Зятя бывшего первого президента Ичкерии Большого Джо даже не пришлось уничтожать. Отморозок с титановой пластиной на полбашки достал всех настолько, что после коротких переговоров с умеренными полевыми командирами за один миллион рублей те сами «спеленали» его и передали федеральным властям. Такой успех еще больше укрепил авторитет Крутова. Новые задания требовали расширения штатов, начальство дало добро, но и на задачи не скупилось.

Следующей целью подотдела «Л» был определен «Черный Иорданец», арабский наемник, за густую длинную бороду прозванный спецназовцами Хоттабычем. Бывший офицер-десантник иорданской армии имел не только богатый опыт партизанской войны, но и обширные связи среди лидеров мирового терроризма. На Кавказе он считался врагом номер один, переплюнув всех местных полевых командиров. Зная, какие силы задействованы для его поимки, Хоттабыч был крайне осторожным, по телефону звонил только через ретранслятор на удалении едва ли не в сотню метров, ночевал каждый раз на новом месте, и окружение его состояло только из самых преданных наемников.

К тому времени Родион Андреевич уже плотно работал со спецлабораторией номер двенадцать, известной узкому кругу как «Камера». Организацией, созданной при ВЧК еще в первые годы Советской власти и специализирующейся на создании самых современных ядов, которые не должны были оставлять следов, имитируя смерть от естественных причин. Так был ликвидирован враг СССР, белогвардейский барон Врангель, умерший якобы от дизентерии. Во время Великой Отечественной войны снаряжали ядом пули к пистолету Николая Кузнецова, уничтожавшего в Ровно фашистских генералов. После войны при помощи отравляющих веществ были ликвидированы лидеры националистов в Западной Германии. Причем если бы не чистосердечное признание перебежчика, никто бы не догадался о физическом устранении Степана Бандеры.

Изучая историю отравлений, Крутов неожиданно сделал ряд открытий. Одно из них было едва ли не тридцатилетней давности: когда в Лондоне при помощи рецина был ликвидирован болгарский диссидент Георгий Марков, он скончался от инфаркта, а после вскрытия в ноге нашли бериллиевую капсулу с ядом. Тогда английская пресса не без помощи местных спецслужб подняла шум о ликвидации неугодного журналиста. Через некоторое время эту версию подтвердил беглый генерал КГБ Олег Брянский, который якобы являлся одним из разработчиков этой акции устранения. Только Родион Крутов точно знал: все это ложь, рецин можно было ввести в тело жертвы при помощи микроиглы, которая не оставляла ни малейших более-менее заметных следов, а способов ее использования – великое множество. Впоследствии эту гипотезу подтвердил еще один факт: там же, в Лондоне, был отравлен радиоактивным материалом холуй беглого московского олигарха, бывший зоновский вертухай, по блату переведшийся в госбезопасность и ради больших денег предавший своих товарищей, но так ничего и не получивший, кроме полированного гроба и места на английском кладбище. Шум, конечно, вышел большой и стоил напряжения в отношениях между Россией и Великобританией, но было ясно одно – это провокация. Впрочем, подобные выводы не в компетенции подотдела «Л».

Занимаясь охотой на «Черного Иорданца», Крутов решил действовать, руководствуясь книжкой про старика Хоттабыча. Агент ГРУ, внедренный к арабским наемникам, добыл волоски из бороды араба; ученые из лаборатории, исследовав его, установили ДНК иорданца, на основе чего был изготовлен яд, жидкость без цвета и запаха. Впоследствии ею пропитали письмо одной из жен террориста. Суть рискованной и кропотливой работы заключалась в том, что яд мог воздействовать на «Черного Иорданца», поднеси он листок к лицу, вдохни испарения или коснись бумаги открытой частью тела. Для всех остальных яд был абсолютно безвредным. Расчет оказался верным: послание от благоверной супруги после долгих мытарств наконец добралось до адресата, а когда тот прочитал письмо… Через сутки Хоттабыч отдал душу шайтану в страшных муках. Предателя найти арабам так и не удалось…

Следующей целью подотдела «Л» стал одноногий Гинеколог, прозванный так за захват в первую Чеченскую кампанию родильного дома. Кольцо возмездия сужалось, и бандит метался в дикой ярости, убивая всех подряд. Ликвидировать при помощи отравы его не получалось, и тогда Крутов нашел другую уязвимую точку. Последнее время у террористов был дефицит взрывчатки и боеприпасов, на этом разведчики и сыграли. Гинекологу один из его знакомых торговцев оружием предложил большую партию итальянских противотанковых мин в пластиковых корпусах, не обнаруживаемых миноискателями, и партию тандемных выстрелов к гранатомету РПГ-7, способных уничтожать танки с динамической защитой. Все это добро якобы было похищено с одного из военных складов в Азербайджане. Гинеколог клюнул на это, даже не подозревая, что его знакомый последние несколько месяцев верой и правдой служит ГРУ.

Трейлер, доверху груженный боеприпасами, благополучно миновал «окно» на границе и прошел через Дагестан в сторону Чечни в сопровождении небольшого отряда боевиков. На границе двух республик караван смерти встречал Гинеколог. Эту «душераздирающую» сцену Крутов мог созерцать через оптику мощного прибора наблюдения, после чего лично нажал кнопку дистанционного взрыва… Через сутки эксперты ФСБ доложили об уничтожении самого кровожадного чеченского главаря, продемонстрировав общественности голову с опаленной бородой и протез ноги. Не упомянув, правда, при этом, что это то немногое, что осталось от бешеного волка.

Остальных полевых командиров, уничтоженных федеральными силами, добивали ФСБ, МВД, армейский спецназ. Подотдел «Л», расширенный до шести офицеров, младший по званию из которых был подполковник, теперь в основном занимался аналитической работой, накапливая материалы на террористов международного масштаба. Родион Крутов, получивший за успешно проведенные операции несколько боевых орденов и звание генерал-майора, постепенно переродился из оперативника в оседлого кабинетного разведчика.

Сейчас, направляясь по вызову к командующему ГРУ, он понятия не имел, какой сюрприз его ждет.

В приемной референт, указав на дверь, тихо сказал:

– Проходите, вас ждут.

В кабинете командующий находился в паре со своим первым замом, что означало: дело серьезное.

– Заходи, змеелов, нашлась и для тебя веселая работа, – полушутливо приветствовал его командующий.

– Почему змеелов? – удивился Крутов: так его еще никогда не называли.

– Да ты садись, садись. Сейчас все узнаешь, – загадочным тоном произнес первый зам. Когда генерал-майор занял кресло напротив, командующий развернул к нему свой компьютер, с монитора которого на офицеров таращился серьезный молодой араб. – Узнаешь его?

– Абу Юсеф, – тихо произнес Крутов; лица наиболее опасных международных террористов он знал лучше, чем некоторых своих родственников. Теперь стало ясно, почему «змеелов», непонятным оставалось лишь одно. – Так он вроде на Ближнем Востоке с израильтянами бодается. Нам что, готовиться на выезд?

– Нет, – командующий обменялся коротким взглядом со своим заместителем. – Ехать на Землю обетованную не нужно. Израильские коллеги сообщили, что Удав направляется к нам. Правда, до сих пор неизвестно, с какой миссией, но одно ясно – на мелочи эта рептилия размениваться не будет. Твоя задача, Родион Андреевич, сработать на опережение. Сколько тебе потребуется времени на определение главных направлений поиска ползучего гада?

– Неделя, – коротко ответил охотник за террористами, заранее зная: какой бы временной отрезок он ни назвал, начальство урежет его наполовину. Такова традиция отношений руководителей и подчиненных.

14
{"b":"162694","o":1}