ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

У Пилата уже был случай убедиться в этом. Ты слышал, конечно, историю про щиты с начертанными на них начальными буквами имени императора? Пилат привез их в Иерусалим и повесил в крепости Антония, где располагается когорта. Было непонятно, каким образом эти щиты могут нарушать запрет на изображения или свидетельствовать о божеских почестях императору. И тем не менее начались протесты. Во главе протестующих встал Ирод Антипа, взявший на себя роль защитника еврейской веры. Дошло до утверждений, что все это будто бы заранее спланированная акция с целью нарушить еврейский закон и оскорбить ваши религиозные чувства. Что это лишний раз показывает, как мало Пилат смыслит в еврейской религии. Антипа заявил императору официальный протест. Сверху Пилату дано было распоряжение убрать щиты. [41]Он так и не простил этого Антипе, тем более что теперь от тебя мы знаем о том, что сам Антипа не так уж строг в соблюдении буквы закона: чего стоят одни фигуры животных в его Тивериадском дворце! Но это еще не все. Он женился на жене брата, когда брат его еще не умер. Снова нарушение вашего закона. Против такого поступка поднялись многие голоса. И что же делает Антипа? Он берет своего главного оппонента, – некоего человека по имени Иоанн, святого, пророка, учившего в Иорданской пустыне, – и сажает его под стражу. Такого до сих пор даже мы, римляне, себе не позволяли. Говорят, Иоанн нашел в народе много сторонников. Но в нашем архиве имеется лишь самая общая его характеристика. Сейчас я тебе прочту:

«Иоанн, прозванный Крестителем, – человек, которого можно ставить в пример. Он учит, что евреи должны упражняться в добродетели. Это означает поступать с другими людьми по справедливости и почитать Бога. Если евреи соблюдают это, они должны вместе совершить омовение. Омовение, по его словам, только тогда имеет силу перед Богом, если человек, совершенствуясь в добродетели, духовно уже очистился, и совершаемое омовение годится лишь для освящения тела, а не для прощения всевозможных грехов». [42]

Скажу прямо: такое общее, лишенное подробностей описание нам мало что дает. Все это может быть сказано о многих святых людях. Нам нужны более точные сведения. Так, мы узнали, что Ирод Антипа посадил Иоанна в тюрьму, потому что боялся возмущения в народе. [43]Нам непонятно: как безобидный святой мог спровоцировать возмущение? Я уверен, что в описании, которое я тебе прочел, умалчивается о главном. Нет ответов на три вопроса.

Во-первых, почему Иоанн проповедовал в пустыне? К чему этот уход от обычной жизни, как у ессеев? Откуда это презрение по отношению к людям? И, самое главное, – есть ли тут связь с набатеями, южными соседями?

Во-вторых, что стало с приверженцами Иоанна, после того как его посадили в тюрьму? Есть ли какие-нибудь организации, состоящие из его последователей? Не перенесли ли они свою деятельность в Иудею, когда в земле Ирода Антипы стало небезопасно? Нужно ли бояться, что от них произойдут беспорядки?

В-третьих, как поведет себя Ирод Антипа? Решил ли он вообще не выпускать Иоанна из тюрьмы? Угрожает ли его правлению оппозиция, пробужденная к жизни Иоанном? Ясное дело, что нам интересно все, способное так или иначе повредить Антипе. Он не упускает ни единой возможности опорочить нас в глазах Рима. Мы со своей стороны тоже не должны быть в долгу. Возможно, удастся как-то использовать историю с заключенным под стражу святым. Ирод Антипа так лезет всегда вперед со своим великим умением улаживать сложные религиозные вопросы!

Вот как, значит, обстоит дело! Ты торговец хлебом и можешь ездить по стране. Когда появятся первые результаты, перешли их римской военной почтой. В остальном через два месяца мы ждем тебя в Иерусалиме с докладом.

Я уже хотел было идти, как Метилий снова вовлек меня в разговор:

– После нашей первой беседы я много думал о вашей религии. Когда я собирал материал о ессеях, мне в голову пришла вот какая мысль: не нашло ли в этой группе выражение нечто, в принципе характерное для вашего народа? Эти люди обособляются, отделяя себя от остальных. Они уходят в пустыню, как когда-то очень давно ушел из Египта в пустыню весь ваш народ. Не стоит ли за этим презрение к людям? Стремление отделить себя от чужеземцев и других народов, и, наконец, вообще от всех людей?

Слова Метилия больно ранили меня. Сидеть и, хочешь – не хочешь, выслушивать от него предрассудки на наш счет, было обидно. Ведь Метилий казался мне способным чиновником, которого, вероятно, ждет блестящая карьера. Он производил довольно приятное впечатление, был начитан и хотел разобраться в нашей религии. И он же имел бестактность поворачивать против нас самые священные наши предания. С горечью в голосе я сказал:

– Упрек в том, что евреи будто бы ненавидят других людей, – подлая клевета. Наш Закон учит в каждом человеке почитать подобие Божие.

Метилий принялся оправдываться:

– Но почему тогда один из лучших наших историков пишет, что между собой у вас – полное взаимопонимание, вы всегда готовы прийти на помощь друг другу, а по отношению ко всем другим – ненависть и враждебность? [44]Почему у него могло сложиться такое впечатление? Вот что я пытаюсь понять. Потому-то я и спрашиваю: может быть, это как-то связано с вашим изгнанием из Египта? Может быть, это после него остался такой глубокий след – обида, страх, что вас снова, как бесправных людей, могут прогнать отовсюду? [45]

Метилий свернул разложенную на столе карту и засунул ее в кожаный тубус. Похоже, он проделал это, чтобы скрыть свое смущение. Я стал объяснять:

– Да, исход из Египта самым решительным образом повлиял на нас. Его смысл для нас – в освобождении от рабства и угнетения. Память о нем мы храним не для того, чтобы отмежеваться от других, а чтобы никогда и никому не причинить той несправедливости, какую мы пережили в Египте.

– Что конкретно это означает? – спросил он, насаживая кожаную крышку на свободный конец тубуса.

– Что в нашей земле мы принимаем чужеземцев, как братьев! Моисей заповедал нам: «Когда поселится пришелец в земле вашей, не притесняйте его: пришелец, поселившийся у вас, да будет для вас то же, что туземец ваш; люби его, как себя; ибо и вы были пришельцами в земле Египетской». [46]

– Но почему тогда здесь так ненавидят нас, римлян? Мы с ним говорили, не понимая друг друга:

– Своей заповедью Моисей хочет сказать: ты не должен притеснять чужеземца. Разве мы притесняем римлян? Кто тут кого угнетает?

Мой решительный тон разозлил его. Он поднял голову и посмотрел на меня:

– Мы никого не угнетаем. Мы насаждаем мир. Ваш законодатель Моисей не так уж сильно отличается здесь от нас. Мы тоже считаем: на территории нашей империи чужеземцы должны жить в рамках справедливо установленных отношений.

Я ответил взглядом, выражавшим крайнюю степень недоверия. Метилий тем временем прятал тубус с картой в специальный ящик на стене. Возникла пауза. Потом он вернулся ко мне, положил мне руку на плечо и сказал:

– После нашего первого разговора я почитал кое-что о Моисее. Я нашел еще одно описание вашего исхода из Египта. [47]Согласно ему, Моисей был египетским жрецом, который вместе со своими единомышленниками ушел из Египта в Палестину. Причина ухода была в том, что его не устраивала египетская религия. Он критиковал египтян за их обычай представлять богов в образе животных, но он критиковал также и греков за то, что те изображают богов людьми. Бог, учил он, – тот, который вобрал в себя сушу и море, небеса, землю и все бытие, – невидим и не может сравниться ни с чем из видимого. Люди не должны пытаться создать для себя его образ. Уйдя из Египта, Моисей учредил в Иерусалиме культ Бога без всяких статуй – и это сам Бог научил людей, как они должны почитать его. Однако вслед за Моисеем пришли суеверные жрецы. Они стали учить народ, что он должен обособиться от других народов через запреты на определенные виды пищи и через обрезание. За этими обычаями потерялась замечательная мысль Моисея служить Богу, никак не изображая его. Мне очень понравилось такое изложение. Я вот что думаю: если бы речь шла только о том, чтобы почитать Бога без рисунков и статуй, евреи могли бы объединиться с греками. Ведь некоторые греческие философы тоже считают, что смешно представлять Бога в виде зверя или человека! Как тебе кажется?

вернуться

41

Филон рассказывает в «Посольстве к Гаю» (299–305) о попытке доставить в Иерусалим, в Антониеву крепость, щиты без каких-либо изображений, но с посвящением императору. На щитах было написано нечто вроде ИМП(ератору) ТИ(берию)

вернуться

42

Почти дословно по Иосифу Флавию (Древности XVIII,5,2 = 18.117). Иосиф описывает Крестителя так, чтобы это описание было понятно греческим и римским читателям его сочинения

вернуться

43

Такую причину ареста и казни Крестителя называет Иосиф Флавии (ср. Древности XVIII,5.2 = 18.118).

вернуться

44

Так пишет Тацит («История» V,5,l сл.). Упрек в «человеконенавистничестве» встречается и в других местах, даже у апостола Павла, который сам был евреем, но относил этот антисемитский предрассудок к собственному народу (1 Фес 2:15).

вернуться

45

Также позитивно настроенный по отношению к евреям Гекатей Абдерский (ок. 300 г. до н. э.) связывает «недружелюбный и враждебный по отношению к чужеземцам образ жизни» евреев с их изгнанием из Египта (у Диодора Сицилийского XL,3,4).

вернуться

46

Лев 19:33 сл.; ср.: Втор 10:18 сл.

вернуться

47

Эта версия излагается у Страбона из Амасии (род. 64/63 г. до н. э.; «География» XVI,2,35 слл.).

10
{"b":"162706","o":1}