ЛитМир - Электронная Библиотека

Кристоф полностью опустил стекло и по пояс высунулся наружу.

— Что происходит, черт возьми? — Вопль Грейвса утонул в завываниях ветра.

— Черт! — заорал Спиннинг, и, подняв голову, я увидела яркие встречные фары. И только когда Спиннинг стал разворачивать машину, до меня дошло, что мы на улице с односторонним движением. В темноте. И едем не в ту сторону.

Кристоф спокойно зацепился ногой за подголовник и, сидя в проеме окна, словно обсмотревшись «Придурков из Хаззарда», стал палить назад.

Глава 29

— Выруливай на шоссе! На шоссе! — заорала я, случайно заехав локтем Пеплу в морду. — Правее, правее!

— Заткнись! — Спиннинг рванул руль.

На скорости, по меньшей мере, семьдесят миль в час мы вылетели на автостраду. Спиннинг неожиданно изобретательно выругался. Мимо просвистывали уличные фонари.

Что-то ударило в машину, она пошла было юзом, но выправилась. Я чуть не поперхнулась — вкус восковых апельсинов во рту стал невыносимым. Кожу на груди обожгло ледяным холодом, я вздрогнула.

Что-то невероятно тяжелое обрушилось на крышку багажника. Грейвс, Дибс и я заорали в один голос. Стекло треснуло. Кристоф продолжал стрелять — его нога почти сползла подголовника, чуть не ударив меня в лицо. Я резко обернулась назад: тени, пылающие глаза, медного цвета волосы и оранжево-синий огонек.

Поджигательница! Держа в руке пламя, она смотрела на нас сквозь причудливо треснувшее стекло. Она издала полный ненависти вопль, а Кристоф выстрелил снова. Машина вильнула в сторону, и незваная гостья была сброшена. По трещинам заднего стекла, шипя, полз синий язычок пламени. Я задула его, чувствуя, как стало покалывать кожу — второе обличье было на подходе.

Кристоф снова дернул ногой и сполз обратно на сиденье. Бросив револьвер на пол и перегнувшись через спинку, он схватил меня за плечи.

— Дрю, что с тобой? Ты не ранена?

Какого?..

— Да нет же! — Я пыталась перекричать рев ветра. Спиннинг вилял между редкими машинами. Хорошо хоть, мы теперь мчались не против движения. — А ты?

Он мотнул головой. Ипостась постепенно покидала его, светлые пряди волос таяли под ветром. Он все не отпускал меня.

— Роберт, притормози. Поджигательница больше не будет поджигать. Без головы это сложно.

— Есть. — Заполнявшее салон напряжение спало. — Боже. Точно нет погони?

— Точно. Но на всякий случай пока не останавливайся. — Кристоф еще раз оглядел меня, и его глаза остановились на голове вервольфа, лежащей у меня на коленях. Блики уличных огней прыгали по волчьей морде. — Надо было его там бросить, — проговорил он одними губами, слова затерялись в шуме.

Я так и сидела, вцепившись пальцами в шерсть Пепла, подняв подбородок и упрямо сжав губы. Я смотрела на Кристофа, на его безупречные черты. Будь у меня время и бумага — нарисовала бы его. Но как ухватить и запечатлеть этот взгляд, которым он сейчас задумчиво смотрел на меня? И те мысли, которые плыли в глубине его холодных голубых глаз?

Сердце еще колотилось, но, слава богу, щеки не красные. Это же надо… Всего одно тонкое стекло между мной и вампиром — метателем огня. Боже…

— Он под успокоительным, — сказал Дибс. — Больше нельзя, но и этого достаточно. А почему он обратно не меняется?

— Не может, на то он и Сломленный. — Темные глаза Спиннинга блеснули в зеркале заднего вида. В сумбуре последних пятнадцати минут оно сильно покосилось, и Спиннинг поправил его, едва машина замедлила скорость — с безумных семидесяти и больше до пристойных шестидесяти миль в час, как и подобает на автостраде.

— Вот подстава, а? — Дибса передернуло, словно Пепел сейчас очнется и пойдет крушить все вокруг. — А почему… То есть… Это тот, о котором ты говорила? Последний Среброголовый?

— Угу, — кинула я, не отрывая взгляда от лица Кристофа. — Это Пепел. И мы ему поможем. Насколько хватит сил. Далеко еще до Школы?

Еще на несколько мгновений задержав на мне взгляд, дампир, наконец, выпустил меня. Потом соскользнул на сиденье и закрыл окно. Внезапная тишина почти оглушила.

— Нет, недалеко. Держи на юг. Меньше чем через час выскочим на скоростную дорогу.

— Кофе-брейка, я так понимаю, не будет, — зевнул Спиннинг, но не переставал вскидывать глаза в зеркало заднего вида. На меня, что ли, смотрел? Или на Пепла, который лежал у нас на коленях? Или на Грейвса — тот сидел прямо, а на щеке дергался нерв. Или на смертельно бледного Дибса, рывшегося в своей аптечке? А может, на заднее стекло, где виднелся след от удара вампирского кулака — как раз над моей головой. Треснувшее стекло в этом месте расплавилось, словно к нему прикоснулись паяльной лампой. А что если бы вампирша пробила стекло насквозь?

Мне не хотелось об этом думать.

— Насчет кофе не уверен — с этим монстром-то. — Кристоф холодно рассмеялся. — Ладно, едем, пока светло. Все по порядку.

Золотые слова. Я опустила глаза на Пепла. Кровотечение прекратилось, раны и порезы стали затягиваться. Жуть берет смотреть, как исцеляется вервольф! Как будто сейчас отвернешься, а рана возьмет и соскочит с кожи, как в дешевом кино.

В салоне машины царила тишина, сгустились сумерки. Я шумно выдохнула — невыносимо болели плечи. Я посмотрела на Кристофа. Дампир провел рукой по светлым прядям, и они улеглись на место. И ведь умудряется всегда выглядеть безупречно! Это же неестественно!

Но постойте, я ведь такая же, как он?

Я высвободила руку из смоченной кровью шерсти Пепла и дотронулась до Грейвса. Он сжал мне пальцы — и волна облегчения пробежала по телу, добравшись до самого сердца.

— Мы уже почти приехали, — прошептала я мохнатой морде, лежащей у меня на коленях, тишине, Грейвсу и своему собственному сердцу, бешено скачущему в груди, как белка в колесе. — Все будет хорошо.

Мне никто не ответил. Наверное, правильно. Но я вдруг почувствовала себя такой слабой и беззащитной, что подступили слезы.

Прощай, мой имидж крутой девчонки.

* * *

Небо над городом сначала окрасилось в оранжевый цвет, но потом, с восходом солнца, посерело. Кристоф передал назад два кофе и один травяной чай для Дибса. Я взяла пенопластовый стаканчик, стараясь не смотреть на Кристофа. Волосы у меня спутались, я вся была грязная. Оттого, что я долго просидела прижатая к дверце, да еще и с тяжелой головой вервольфа на коленях, спина разламывалась. Прибавьте к этому синяки по всему телу, которое невыносимо болело.

— Уже меньше мили, — сказал Кристоф, роясь в пакете. — Хочешь макмаффин с яйцом, Дрю?

— Фу… — Но с желудком не поспоришь, надо съесть хоть что-нибудь. — Ладно, давай. И что мы будем там делать, когда приедем?

— Ответишь на несколько вопросов. И остальные тоже. — Он стал раздавать свертки с гамбургерами. — Там ведь не поверят, что ты существуешь, пока не увидят у своих ворот. Вместе со Сломленным, двумя вервольфами и одним лупгару в придачу. — Он оживился. — Интересное выйдет зрелище.

Грейвс протянул мне макмаффин и хашбраун. Сдвинул брови:

— Постой-ка. А ты где будешь?

— Не хотелось бы предоставлять им шанс меня убить. — Кристоф сунул Грейвсу еще один пакетик с фастфудом. — К тому же, у меня другие дела.

— Так значит, ты опять отдаешь нас в руки предателя? — Грейвс передал пакетик Дибсу. — Мило.

— С самого начала я думал, что вас привезут сюда — здесь на самом деле безопасно. — Тон Кристофа был обманчиво мягок. — А вас — хоп! — и засунули в третьесортный исправительный филиал. Но на этот раз я провожу вас до двери и устрою такой шум, чтобы все убедились, что Дрю жива и существует! Народ из Совета и самой Школы, конечно, начнет вас допрашивать. — Кристоф помолчал. — Кстати, не знаю, что они сделают со Сломленным.

Заметьте, даже не «с Пеплом», а «со Сломленным».И сказал так холодно и презрительно.

— Спорим, вот сейчас он очнется от снотворного и станет рваться назад к Сергею, — вздохнул Кристоф. — Если умрет, ему же лучше.

55
{"b":"162741","o":1}