ЛитМир - Электронная Библиотека

И она налегла на учебу. Все только диву давались: девчонка ленилась, к урокам не готовилась, учителям грубила – вдруг в девятом классе словно проснулась! Такое упорство и сила воли! Способности у Лены были. Во-первых, отличная память. Во-вторых, она легко решала задачи по алгебре, понимала физику. Медаль она, конечно, не получила, но и троек не нахватала. По окончании школы подала документы не куда-нибудь, а в Плехановский! Но силы свои переоценила. Пришлось пропустить год и удовольствоваться МАДИ. Лена утешала себя тем, что это только начало. Будет диплом инженера, а там посмотрим. В воздухе пахнет переменами. Свои деньги она еще заработает!

Но тут Сашка подложила ей новую свинью: она вышла замуж!

Появление Володи в жизни старшей сестры Лена прозевала. Раньше всегда успевала вовремя, задавшись целью сделать из Сашки старую деву. Срывала свидания, наговаривала на тех, кто искал расположения сестры, не гнушалась ничем. Наивная Саша ей верила. Но тут Лена зазевалась. Поступив в институт, уехала на радостях на дачу, а там веселая компания, пикники, походы на пляж. А в качестве подарка – поездка на юг, деньги на которую ссудили обрадованные родители. Младшенькая остепенилась! Когда же к осени Лена вернулась домой, все уже свершилось. Скоропалительный роман привел к тому, что Саша и Володя подали заявление в загс.

– Мы хотели тебе сделать сюрприз, – счастливо улыбнулась Саша. – Ты рада за меня?

Лена заплакала. Наивная Сашка подумала, что от счастья за нее, а Лена ревела от злости. Как же так?!

Обрадованные родители решили разменять двухкомнатную квартиру в центре Москвы на две в новых районах. Итак, у сестры будет любящий муж, отдельная квартира и жизнь, о которой можно только мечтать?

– А как же я? – жалобно спросила Лена. – А мне?

– Вот выйдешь замуж, тогда посмотрим, – сказал отец.

– Да выйду я! Выйду! Но ведь эту квартиру уже ни на что не разменяешь! Почему все ей?! Почему?!

– Ты не рада за сестру! – ужаснулась мать. – Эгоистка!

Лена проглотила слезы и затаила злобу. После свадьбы не прошло и года, как у Сашки родился ребенок. Лене же пришлось по-прежнему жить с родителями, причем на новом месте, в новом районе. Друзья остались далеко, место не нравилось. Из центра – да в эту дыру! И все из-за Сашки! Правильно говорят: дуракам везет. Эта размазня только и умеет, что ныть да быть хорошей. А как дойдет до дела…

… – Как дойдет до дела, ты сразу в кусты! А я стирала, мыла, готовила…

– Но ты же здесь живешь. Я у себя дома делаю то же самое, и у меня семья: муж, ребенок. Плюс работа. Я хожу по магазинам, в выходные дни занимаюсь уборкой, но ты этого не хочешь замечать. Будто я живу на всем готовом. Скажи, Лена, почему тебе всегда кажется, что мне легче живется? У тебя ведь престижная работа, хорошая зарплата, я не могу позволить себе вещей, которые покупаешь ты. Бесишься, что у тебя детей нет, так ты сама их не хочешь. Сколько ты абортов сделала?

– Не надо только меня учить, будто не знаешь, что я не могу позволить себе родить ребенка! Мне бы квартиру на свадьбу никто не подарил!

– Вот что тебя задело! Квартира, которую мне подарили родители! Ты хочешь сказать, что сейчас, когда осталась одна, родишь ребенка? Да не поверю! Ты к Сережке моему за шесть лет хоть раз подошла? Шоколадку ему купила? Такие люди, как ты, живут только для себя. И я в этом не виновата.

– Только ты и виновата. Строишь из себя святошу, гордость свою показываешь. Да ты завидуешь, что я столько получаю, что трачу все на себя, что у меня на одну косметику уходит столько, сколько ты в месяц получаешь, что я за границу езжу отдыхать! Тебе ведь тоже хочется, ну скажи честно, что хочется?

– Нет, не хочется. Если, как ты, ездить только затем, чтоб все знали, что ты можешь себе позволить отдых в Италии или в Греции, то не хочется. Что ты там видела, кроме магазинов, ресторанов да пляжей? Пиццу ела? Мартини пила? Хоть в один музей сходила?

– Да нужны они мне! Я отдыхать еду, поняла? А не мозги парить. А ты… – Лена захлебнулась обидой. Потом сказала мстительно: – Ну ничего. Я тебе промою глаза, сестричка, только ты не обижайся…

Лена чуть было не выложила свой главный козырь, чтобы доказать окончательную победу над сестрой. Но вовремя удержалась.

– Что ты мне хотела сказать? – спросила Саша.

– Да ничего особенного. Отстань! Вон, Вовка пришел, иди лучше, возьми у него сумки и тащи сюда.

– Я никуда не пойду, пока ты все не выложишь. Мне надоело видеть это выражение на твоем лице. За что ты меня жалеешь?

– Ладно, извини. Родителей убили, так что ж, сегодня мы будем отношения выяснять? Муж тебя зовет, иди.

В прихожей раздавалось звяканье стекла. Муж Александры заглянул в кухню со словами:

– Куда ящики ставить, девки? Уф! Отоварился!

В два часа дня Леонидов добрался наконец до места прохождения службы. Надо оформить все, как положено. Папка с делом почти пустая. Еще в коридоре услышал:

– Леха, тебя начальство обыскалось! Где ходишь?

Он хотел было съязвить, но тут увидел его. Начальство. Майор Матвеев шел по коридору. Лобового столкновения не избежать. Исход поединка известен заранее. Хотел отклониться и сделать нырок в дружественный кабинет, но поздно.

– Леонидов!

– Есть!

– Нет. То есть почему тебя никогда на работе нет?

– Потому что я работаю!

– Разговорчики. Что по делу Серебрякова?

– Только что из офиса. Узнал много интересного.

– Зайдешь ко мне.

– Есть!

Капитан ринулся дальше по коридору. «Зайдешь ко мне…» С чем? Со своими мыслями? Мыслей хватает, всяких и разных, а вот бумаги нет ни одной. Есть чутье, которое подсказывает: никакое это не заказное убийство. Имитация. Без сучка и задоринки, что и настораживает. Кто-то очень хотел, чтобы убийство Серебрякова приняли за заказное. А если свои?

Устроившись за столом, принялся чертить кружочки. В одном написал «Иванов». В другом «Паша». Паша мог «заказать» Серебрякова. И Паша прячется. Так заказное или не заказное? Кто убийца? Наемник или знакомый Серебрякова? Обиженный или тот, кто должен ему деньги…

Размышления прервал телефонный звонок. Голос был женский.

– Мне капитана Леонидова.

– Да, слушаю.

– Я не отрываю вас от важных дел?

– Я слушаю. – Голос грудной, знакомый! – Кто говорит?

– Это Лана.

– Какая Лана? Ах, Лана! Мы так мило беседовали этой ночью. Чего ж вам еще?

– Знаете, Алексей Алексеевич, я вдруг вспомнила. Он же мне звонил в тот день, когда его… Ну там, в лифте.

– Кто звонил?

– Шурик. Серебряков то есть.

– Звонил?! И вы об этом сейчас только вспомнили?!

– А что такого? Подумаешь. У меня память девичья. Если хотите узнать подробности, приходите сейчас ко мне.

– Сейчас? К вам? А по телефону нельзя?

– По телефону не получится.

– Что так?

– Ну вдруг я еще что-нибудь вспомню. Подробности. Может, вы меня на мысль интересную натолкнете. Приезжайте Алексей, приезжайте. Я вас жду. Договорились?

– Мне к начальству на доклад.

– Приезжайте после доклада.

Ее настойчивость удивила. И голос странный. Если бы самооценка Алексея не был так занижена, подумал бы, что девица в него влюбилась. В голосе слышится откровенное кокетство. И тональность… Словом, подходящая. Но кто он такой? Опер. С маленькой зарплатой. Светлана Анатольевна не бьет такую дичь.

– Ну хорошо, – сухо сказал он. – Как только освобожусь, приеду.

«И за каким чертом я ей понадобился? Делать нечего. Ох, ждут меня сегодня поздняя дорога, бубновая дама, крестовые хлопоты и веселый разговор!».

С глубоким вздохом Леонидов поднялся, прихватил тонюсенькую папку и отправился на доклад к начальству.

Результатами его деятельности начальство осталось довольно. Особенно тем, что потенциальный «глухарь» можно раскрыть.

– Уверен, нити ведут на фирму Серебрякова, – сказал Леонидов. – Я займусь этим вплотную.

– Действуй.

– Мне только что звонила любовница покойного. Она вспомнила вчерашний разговор по телефону с Серебряковым.

15
{"b":"162787","o":1}