ЛитМир - Электронная Библиотека

У нее перехватило дыхание.

Он вскочил и принялся взволнованно расхаживать по салону.

— Вы могли бы подождать несколько лет, пока ваш счет не вырастет до астрономической цифры, и купить такой большой флот, какой вы только пожелаете. Но в этом нет нужды. Когда мир узнает об этой звездной Голконде, шахтеры устремятся туда со всех сторон. Они станут устанавливать маяки — им придется это сделать. Решетка начнет функционировать не позже, чем через год. Я готов в этом поклясться! Как только вы научитесь ориентироваться в скоплении, вы не сможете не найти своего дома — через недели!

Она подбежала к нему и, бросившись в его объятия, засмеялась и заплакала одновременно. Он знал об эмоциональных глубинах, прячущихся за ее внешней сдержанностью, но никогда раньше не находил в ней столько тепла.

Много, много времени спустя она пожелала ему доброй ночи.

Он наблюдал за ней до тех пор, пока не закрылись воздушные замки и корабли не разъединились. Слегка опьяненный, но не алкоголем, он вернулся в салон устраиваться на ночлег.

— Выключи эту разноцветную штуку, — попросил он. — Дай внешний вид.

Компьютер повиновался. На экране возникли звезды и облако, из которого они рождались.

— Ее небо, — сказал Лаури и в восхищении хлопнул по софе. — Я мог бы вполне привыкнуть к нему. Думаю, я заслужил отпуск на Киркасане.

— Дейвен, — позвала «Джаккаври».

Обращаться к нему подобным образом, да еще так мягко, было не в ее привычках. Он непонимающе раскрыл глаза.

— Что?

— Я… — Несколько мгновений царило молчание. — Я все думала, как сказать тебе об этом. Любая фраза, любой намек могли обидеть тебя. Я ведь только машина.

Хотя его обуревала тревога, он наклонился вперед и коснулся ее выступа, слегка вибрирующего.

— Я тоже, старушка, — сказал он. — А еще ты — организм. Мы оба люди.

— Благодарю тебя, — произнесла она так тихо, что он едва расслышал.

Лаури взял себя в руки.

— Что ты хотела мне сказать?

Она забыла о том, что нужно приближать свой голос к человеческому. Слова так и посыпались из нее:

— Некоторое время назад я закончила анализ хромосом. Потом я попыталась обобщить некоторые тенденции, которые заметила в тебе. Но теперь я не могу скрывать от тебя всю правду. Они не люди — обитатели Киркасана.

— Что? — закричал он. Бокал выскользнул из его руки, и красное вино расплескалось по ковру. — Ты сошла с ума! Отчеты, традиции, искусство, внешность, поведение…

Голос компьютера пронизывал его насквозь.

— Да, они — потомки людей. Но прошли огромную адаптацию. Потеря ими ночного зрения — только один штрих. Тот факт, что они смогли переваривать тяжелые металлы, такие как мышьяк, без вреда для себя, мог быть интерпретирован как приобретение иммунитета. Но ты должен вспомнить, что они находили еду, лишенную мышьяка, безвкусной. Тебе не приходило в голову, что они развили метаболическое приспособление к элементам? И тебе бы следовало сделать выводы из их высокой терпимости к ионной радиации. Дело ведь не в более сильных протеинах, не так ли? Нет, они развили способность к чрезвычайно быстрому и безошибочному восстановлению поврежденных клеток из этого источника. Это, в свою очередь, указывает на то, как отличается их энзимная система от нашей.

Энзимы, конечно, управляются ДНК клеток…

— Хватит, — оборвал Лаури. В голосе его было не больше жизни, чем у машины. — Я понимаю, к чему ты клонишь. Ты собираешься мне сообщить, что дал анализ хромосом. Люди моей и ее расы не могут иметь общего потомства.

— Верно, — подтвердила «Джаккаври».

Лаури вздрогнул, как от холода. Он продолжал смотреть на сгущающийся туман.

— Только из-за этого нельзя называть их нелюдями.

— Это вопрос семантики, вряд ли слишком важный. Если не считать того, что киркасане одной из главных целей существования считают продолжение рода.

— Я знаю, — отозвался Лаури и добавил: — И это очень хорошо. У них будет первоклассное потомство. Мы могли бы использовать многих из них.

— Твои собственные гены выше среднего, — обиделась «Джаккаври».

— Может быть. И что с того?

Голос ее снова сделался живым.

— Я бы хотела иметь внуков, — задумчиво сказала она.

Лаури рассмеялся. И это был смех победителя.

— Отлично! Вне всяких сомнений, придет день, когда так и будет.

16
{"b":"1628","o":1}