ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Дверь была типичная для старых домов — тяжелая, с двумя застекленными матовыми окошечками, открывающимися изнутри, чтобы боязливый пенсионер мог разговаривать с незнакомым посетителем, не открывая дверь. И два замка.

Расчет не оправдался, он понял это с первого взгляда. Ключ подошел к замку в центре двери — повернув его, Мило услышал два громких щелчка, — но оставался второй, под ручкой, и где искать еще один ключ, он не представлял себе. Во всяком случае, под ковриком его не оказалось.

Черт бы побрал Энджелу с ее осторожностью. Дверная коробка, как и сама дверь, была старая и прочная, да еще и обита снаружи стальной полосой. Надежно и эффективно — в духе Энджелы Йейтс.

Мило тихонько спустился вниз и прошел в задний дворик. Начиная со второго этажа вверх уходили террасы, попасть на которые можно было через раздвижную стеклянную дверь. В пространстве между террасами имелось небольшое оконце, скорее всего, из ванной. Вдоль угла, по всей высоте здания, шла водосточная труба, однако, подергав ее, Мило так и не понял, выдержит ли она его вес. Подумав, он вернулся на третий этаж и позвонил в дверь шестой квартиры.

Через минуту окошечко открылось, и в нем появилось недовольное лицо молодого человека.

— Ce qui? [26]

— Э… — Мило изобразил смущение. — Вы говорите по-английски?

Француз пожал плечами.

— Немного.

— Отлично. Послушайте, я могу воспользоваться вашей ванной? Жду подружку, ее зовут Мари. Жду уже целый день. А сейчас она позвонила и, похоже, будет только через полчаса. Вы не против?

Молодой человек приподнялся — наверное, хотел убедиться, что незнакомец не держит в руке пистолет.

Мило показал руки и расстегнул рюкзак.

— У меня тут только смена белья. Честное слово, мне бы только отлить.

По-видимому, ему удалось произвести нужное впечатление, потому что хозяин шестой квартиры открыл дверь. Мило, придерживаясь выбранной роли, ткнул пальцем в предполагаемом направлении.

— Сюда?

— Да.

— Спасибо.

В ванной он прежде всего запер дверь и включил вентилятор. Прислушался. Судя по удаляющимся шагам, хозяин вернулся к телевизору.

Окошко находилось над ванной, на высоте головы. Рама покрылась слоем грязи, но шпингалет поддался легко. Мило достал клейкую ленту и засунул в рюкзак пиджак, галстук и рубашку. Рюкзак поставил на пол, возле унитаза. Оставшись в майке, он зажал рулон зубами и, встав на край ванны, просунул голову в окошко. От перил соседней, справа, террасы его отделяло два с половиной фута. Терраса шестой квартиры находилась слева, примерно в пяти футах. Далеко внизу — бетонированный дворик.

Окошко было узкое, но ему все же удалось, повернувшись на бок, выбраться из ванной по пояс. Сохранять равновесие в горизонтальном положении оказалось непросто, и он несколько секунд отчаянно болтал ногами, пока не зацепился за перекладину, на которой висела штора.

Тяжело отдуваясь сквозь стиснутые зубы и отчаянно потея, Мило протиснулся чуть дальше. Случайный зритель мог бы увидеть диковинную картину: выросший из здания человеческий торс, одной рукой опирающийся для равновесия о стену. Центр тяжести переместился наружу, и если бы рука подвернулась, Мило ждала бы верная смерть. Свободной рукой он швырнул ленту на соседнюю террасу, и она, размотавшись, ударилась о поручень.

Проделывать такого рода фокусы не доводилось давненько, и Мило вдруг понял, что номер не пройдет. Как справедливо и неоднократно указывала Тина, он располнел. И, как любил повторять Эйннер, постарел. И вообще, чего ради он болтается здесь, над Парижем, высунувшись из окна третьего этажа?

«Прекрати!»

Он протиснулся дальше, протащив через окно бедра, и теперь держался за внутреннюю сторону окна только согнутыми коленями. Собрался, оттолкнулся от стены, вытянулся, выбросил руки и… ухватился за поручень соседней террасы. Секунду или две висел, вцепившись в перила, боясь, что если разогнет колени, то полетит камнем вниз. Потом, поборов страх, вытянул из окна ноги. Сила тяжести рванула тело вниз, мгновенно переместив его из горизонтального положения в вертикальное. Он больно ударился животом о низ террасы, но руки выдержали. Выдержал и поручень. Мило выдохнул, вдохнул, перевел дыхание и лишь затем медленно подтянулся.

Ладони горели, рукам недоставало сил, но ему все же удалось забросить ногу на угол террасы. Стало легче. Мышцы напряглись ради одной цели. Он не знал, сколько прошло времени, тем не менее в конце концов ему удалось заползти на край террасы. Болело все. Мило перелез через поручень и опустился на корточки, глядя на распухшие, красные, онемелые, трясущиеся руки.

Время поджимало. Он поднял клейкую ленту, оторвал несколько полосок длиной примерно в два фута каждая и наклеил на стеклянную дверь. Поднял тяжелую, непослушную руку, сложил пальцы в кулак и ударил в центр стекла. Стекло негромко раскололось, но не упало, удерживаемое лентой. Оторвав пару полосок вместе с кусками стекла, он просунул в дыру руку и повернул задвижку изнутри.

Мило не стал задерживаться и сразу прошел к двери. Снял с крючка ключ, вставил в замок, повернул, открыл дверь, вышел на площадку и снова позвонил в шестую квартиру. Рев гоночных машин утих. Открылось окошечко. Хозяин ошеломленно уставился на него.

— Еще раз извините, я забыл у вас рюкзак.

Молодой человек открыл было рот, ничего не сказал и исчез. Секунд через тридцать дверь открылась. Фанат «Формулы один» протянул рюкзак.

— Но как вы вышли?

— Хотел поблагодарить вас, да не стал отвлекать. Надеюсь, все в порядке? Я открыл окошко — проветрить.

Молодой человек посмотрел на грязные брюки и рубашку Мило и нахмурился.

— Что случилось?

Мило тоже посмотрел на себя, потом кивнул в сторону открытой двери шестой квартиры.

— Мари вернулась и… ох, приятель, тебе лучше не знать.

33

Мило начал с гостиной, той самой комнаты с разбитой дверью на террасу, и еще не успел разобраться во внушительной коллекции DVD, в довольно полной мере отражавшей вкусы Энджелы — «К северу через северо-запад», «Неприкаянные», «Чайнатаун», «Некоторые любят погорячее», — когда в дверь позвонили. Он сбросил туфли и на цыпочках прошел к двери, уже жалея, что не захватил пистолет, но в «глазок» увидел Эйннера. Турист протянул телефон.

— Тебя.

Мило вернулся в гостиную. Звонил Грейнджер, и начал он с вопроса.

— Ты один?

Эйннера потянуло в кухню — Мило услышал, как он открыл холодильник.

— Да.

— Меня выставили.

— Что?

— Фицхью называет это отпуском, да меня не проведешь. Бесится из-за того, что я показал тебе досье Бенджамина Харриса и предупредил насчет Симмонс.

— Откуда он узнал?

— Думаю, кто-то из наших шепнул, но это неважно. Уезжаю на недельку в Нью-Джерси. Городом сыт по горло.

Мило стало не по себе — после смерти жены у старика не осталось ничего, кроме Компании. И вот теперь его лишили последнего. Лишили из-за него, Мило.

— Что-нибудь раскопал? — спросил Грейнджер. — Эйннер говорит, ты встречался с дамой из ГУВР.

— Послушай, Том, я вот думаю, может, и убегать не стоило. Может, мне лучше сдаться.

— Держись подальше отсюда. Симмонс встречалась с Фицхью. Она уже знала, что ты в Париже, и потребовала предоставить все наши материалы по Энджеле. Я ничего ей не показал, но Фицхью струхнул и ко вторнику сдался. — Он помолчал. — Проблема в том, что запись неполная. Зря ты попросил Эйннера выключить камеры.

— Ты сам дал разрешение.

— Моя ошибка, и мне с ней жить. А теперь рассказывай, что узнал.

Мило объяснил главное. Во-первых, что все расследование в отношении Энджелы строилось на неверной информации.

— И Лен никогда не выносил лэптоп из посольства. Так, по крайней мере, утверждает Диана Морель. И тогда получается, что тебя обманули. Кто? Может быть, твой контакт из МИ-шесть. Тебе бы надо связаться с ним.

вернуться

26

Вам что? (фр.)

46
{"b":"162862","o":1}