ЛитМир - Электронная Библиотека

Что? Она играет с ним? Сэм чувствовал ее жар, вдыхал ее запах. Прекрасно, но для такого дела нужны двое. Что ж, почему бы не сразиться? Он любил состязания.

– Ты хочешь поиграть? – Сэм обхватил Кэтрин за талию, крепко прижал к себе. Свободная рука нырнула в волосы, чтобы удержать ее голову. – Ну давай поиграем! – И Сэм прижался губами к ее рту.

Как будто спичку поднесли к пороху, все их чувства мгновенно воспламенились. Прежние споры, беспокойство, мысли о том, за кем преимущество, – все полетело в костер страсти. Глубокий стон вырвался из горла Сэма. Пальцы уже не просто ворошили ее волосы, они вцепились в них, рука крепко стиснула талию девушки, и тело Сэма все сильнее наклонялось вперед. А Кэтрин от его поцелуев выгибалась назад, пока не почувствовала, что вот-вот окажется на полу, если он отпустит руку.

Кэтрин обхватила руками его за шею и повисла. Но неудобная поза мешала, и она освободилась от его губ.

– Спина, – выдохнула она.

– Что? – Возбуждение затуманило его золотистые глаза, и он не сразу понял, о чем она говорит. Черные ресницы медленно опустились, потом поднялись. Сэм посмотрел на ее неестественную позу и сказал:

– О черт!

Сэм выпрямился и помог Кэтрин подняться. Без лишних слов он поволок ее к кровати. Сэм быстро наклонился и осыпал девушку нежными поцелуями.

Поцелуи становились все крепче, это перешло во что-то горячее и бесконтрольное, их тела прижались друг к другу, руки сплелись, оба тихо стонали. Кэтрин потянулась к его майке, выдернула из брюк и потащила вверх, почувствовав, что он поднял руки. Она сняла ее через голову Сэма, для чего пришлось прервать поцелуй. Кэтрин моргала, как одурманенная, и смотрела на покрытую черными волосами мускулистую грудь. Его пальцы очень быстро расстегивали пуговицы на рубашке. Сэм наклонился, чтобы дотянуться до ее шеи, губы его были горячие, опытные, и Кэтрин, потрясенная, закрыла глаза. Потом зацепилась пальцами за петли на поясе его джинсов и держалась за них, а он раздвинул рубашку на ней и потянул вниз. Та соскользнула с плеч и повисла на согнутых локтях, но Сэм не отнимал губ от рта Кэтрин.

Потом он внезапно поднял голову и затих.

Казалось, исчезли все звуки, потому что Сэм задержал дыхание. Смущенная Кэтрин медленно подняла глаза – почему он замер? Может быть, дело в ней? Наверное, она ведет себя, как недотепа?

Но оказывается, молчание не имело отношения к ее неопытности. Кэтрин поняла это, взглянув на Сэма. Его золотисто-карие глаза разглядывали ее, впиваясь в каждый изгиб тела, они горели напряженным огнем, изучая ее груди, талию и бедра, вызвав тем самым прилив жаркой волны, захлестнувшей ее с головой. Кэтрин уронила руки, и рубашка свалилась с нее.

Сэм чувствовал себя так, будто его скинули с лошади. Он потирал рукой у сердца, глядя на нее, не в силах отвести глаза.

– Боже мой, – произнес он сдавленно, – ты такая… – Он откашлялся и попытался продолжить:

– Я никогда не видел ничего подобного… Оно же невероятно…

– …греховное? – насмешливо подсказала Кэтрин. – Да говори, ты можешь так сказать. Я ничего нового не услышу. Именно так всегда утверждала моя мама.

Сэм хмыкнул:

– Ну да, конечно. Мать тот человек, который может лучше других судить о фигуре дочери. – Он со странным благоговением подушечками пальцев дотронулся до нежного соска. Тот сразу затвердел и расширился на дюйм. Сэм вздрогнул и обеими руками провел сверху вниз по ее бокам и обнял за талию. Он легко касался Кэтрин. Его взгляд опустился ниже – к впадине пупка. Он оглядел полные округлые бедра и местечко, где алела узкая полоска трусов. Больше ничто не прикрывало эти упругие бедра. – Если бы ты меня спросила, дорогая, я бы сказал, что такое тело больше подходит для поклонения. Я мог бы проводить дни и ночи на коленях перед ним. – Потом, подняв взгляд, он заметил, что грудь девушки слегка покраснела, и похолодел. Сэм посмотрел ей в лицо. – Ты что, краснеешь?

Услышав удивление в его голосе, Кэтрин энергично замотала головой:

– Кто, я? Конечно, нет.

Сэм приложил свой коричневый от загара палец к ее груди, а когда отнял его, кожа Кэтрин порозовела.

– Черта с два, нет. Ты краснеешь. – В его тоне послышалось нечто, похожее на обвинение.

– Да не смеши! – Кэтрин вскинула подбородок. – Женщины вроде меня, оголявшиеся перед дюжиной любовников? Да мы на сцене носим вот такие трусики и перья на голове, мы выставляем себя перед глазами сотен мужчин. Краснеть? Это не про нас.

Ее слова подтверждали его собственные мысли, но тогда почему ее заявление показалось ему сомнительным?

Тихо выругавшись, Сэм резко обнял ее, потом сквозь стиснутые зубы втянул воздух, почувствовав, как полные груди прижались к его груди. Он оттянул голову Рыжей назад.

– Замолчи! Просто замолчи и поцелуй меня.

В зеленых глазах блеснул вызов, а губы послушно потянулись к нему навстречу. Они были мягкие и нежные, он ласкал их языком, целовал все настойчивее. Кэтрин обняла его за шею, подняла ногу и обхватила его бедро.

Сэм застонал. Он раздвинул ноги Кэтрин, чтобы пристроиться, прижаться своей раздувшейся, совершенно готовой плотью.

Небывалое чувство охватило Кэтрин. Когда через секунду Сэм отпустил ее, она стала задыхаться.

– О, пожалуйста, – молила она, все шире раздвигая ноги, и сама терлась о него. – Пожалуйста, Сэм!

– Чего ты хочешь, дорогая? – Он прижимался щекой к ее груди и наблюдал за ней. – Вот так ты хочешь? – Открыв рот, Сэм нежно прихватил сосок, потом отпустил. – Или так? – спросил он, на этот раз легонько прикусив бледную кожу с голубыми венами. Сосок увеличился, умоляя о ласке. Губы Сэма поспешили ему навстречу. – Боже мой, – хрипло прошептал он. Сэм обращался с Рыжей, как соблазнитель с неискушенной девушкой.

Она протяжно стонала, прижимаясь к его животу.

– О пожалуйста, пожалуйста…

Сэм захватил сосок еще глубже, а Кэтрин беспомощно наблюдала, как большая, темная от загара рука гладила и мяла другое полушарие.

С тех пор как Кэтрин стала превращаться в девушку, ее груди были источником смущения. Но в это утро, может, впервые в жизни, они ей нравились, более того, она ими гордилась. Наблюдая, как Сэм упивается ее пышными формами, она испытывала прилив силы и невероятной, до сих пор незнакомой ей власти.

Кэтрин никогда не предполагала, какой сексуальной может быть.

Отпустив пышную грудь, Сэм испытующее посмотрел на Рыжую. Она замерла, чувствуя, как его рука медленно скользит вниз по животу, потом еще ниже. Пальцы Сэма замерли, потом метнулись к ямке пупка, а после неожиданно скользнули прямо в трусики.

Реакция Кэтрин последовала незамедлительно, когда он средним пальцем слегка коснулся жемчужины клитора, обхватив при этом сосок губами.

Кэтрин вздрогнула и выгнулась, касаясь постели только затылком и пятками.

Чувства переполняли ее, требуя выхода. Она никогда не испытывала ничего похожего. Несколько раз в прошлом ей чего-то хотелось, но она подавляла в себе подобные желания. Дикую страсть, мутившую сейчас ей кровь, она не собиралась отвергать. С протяжным стоном Кэтрин вцепилась руками в темные волосы и прижимала голову Сэма к своей груди, которую сама подставляла ему навстречу. Ее бедра неистово двигались от невероятной силы желания испытать еще больше сладости от волшебства его пальцев.

– О, Сэм, пожалуйста, я хочу тебя! – Он молчал, продолжая возбуждать ее. Кэтрин бессвязно и бессмысленно повторяла:

– Хочу тебя… Хочу… Хочу!

Сэм оторвался от ее груди и встал на колени у ее ног. Глаза Кэтрин потемнели от возбуждения.

– О Боже, какая ты сладкая, – пробормотал он и нетерпеливо начал стаскивать с нее то, что почему-то называлось трусиками. Взгляд его тут же, как намагниченный, прилип к кудрявому и пушистому треугольнику. Он замер. Господи, да она и там рыжая!

Сэм с благоговением коснулся ярких кудряшек.

– Где? – хрипло спросил он, проводя большим пальцем по волоскам. – Где ты меня хочешь. Рыжая? – Он покружил внутри раскрывшегося местечка и внезапно надавил. – Здесь?

41
{"b":"1631","o":1}