ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ты думаешь? – Она упрямо вздернула подбородок. – У тебя есть альтернатива? Ты полагаешь, что можешь позволить ей влюбиться в тебя и думать, как ей наконец-то повезло, потому что у нее появился отец? Тебе, может, это и на руку, но ты подумал, что будет с Эсме, когда ты соберешь свои вещички и укатишь назад в Денвер?

Он понятия не имел, каковы будут его отношения с Эсме, когда он закончит свои дела здесь, в Колорадо-Спрингс. И сколько бы он ни размышлял о том, что должно связывать отца и дочь, это все равно ни к чему бы не привело.

Потому что Тори прежде всего мать и, как любая мать, готова защитить свое дитя от любого, кто мог представлять угрозу. Взгляд, который она бросила на него, не оставлял на сей счет сомнений.

– Я не позволю тебе разбить сердце моей дочери ради какой-то безумной затеи, которая возникла в твоей пустой голове.

Это был еще один удар по его самолюбию в длинной череде подобных ударов, которые сыпались на него с того момента, как он переступил порог ее дома. Желая отомстить, он оглядел ее с ног до головы и спросил:

– Ты думаешь, я взялся за эту роль ради твоей милой компании? Не льсти себе, детка. Эта «затея», как ты выразилась, может спасти задницу твоего дорогого брата.

– Но ты, черт бы тебя побрал, до сих пор не нашел его задницу!

На мгновение в глазах Виктории сверкнул подлинный гнев, который она сдерживала с тех пор, как была вынуждена согласиться на фиктивную помолвку. Ее оскорбления почти нe задевали его, но, видимо, она была уверена, что без них он не поймет, каким ничтожеством является и как она ненавидит его за эту идею жениться на ней. Черт, они оба знали, что у нее никогда не было намерения устраивать всю эту историю с помолвкой. И это ничем бы не кончилось, если бы не Ди-Ди с ее заявлением и светскими тонкостями, которые повлияли на решение Виктории, но так и не смогли поймать ее в свои сети.

Однако гнев, внезапно вспыхнувший на ее лице, исчез так же быстро, как и появился. Выражение ее лица стало непроницаемым, и, покосившись на нее украдкой, он убедился, что ее эмоциональный порыв угас. Хмуро взглянув на него, она сказала с преувеличенной любезностью, которая вконец его доконала:

– Как мне ни больно говорить об этом, но если бы меня заставили выбирать между Джаредом и Эсме, я бы выбрала Эсме. – Затем она выпрямилась и посмотрела на него сверху вниз. – Поэтому давай продолжим. Мы пришли сюда, чтобы рассказать Эсме, что происходит, прежде чем она услышит от кого-то другого о нашей помолвке и начнет строить предположения, которые не входят в наши планы.

Потому, как она это сказала, он понял, что на его лице, вероятно, написано несогласие, потому что она вдруг стала как-то выше, и в ее голосе зазвучали нотки, напомнившие ему его инструкторов из морской пехоты.

– Теперь, Мильонни, нам предстоит сделать то, что я считаю правильным. Понимаешь?

Он понимал очень хорошо, но обнаружил, что скорее готов войти в логово террористов, вооруженных с головы до пят, чем в комнату одной маленькой девочки, в которой нет ничего пугающего, кроме его собственных генов. Он коротко кивнул; и на этот раз, когда он последовал за Викторией в комнату, он слишком нервничал, чтобы обращать внимание на ее прелести. Окинув гостиную быстрым взглядом, он заметил, что она декорирована с той же холодной элегантностью, как и весь особняк. Но здесь строгость обстановки была несколько нарушена: книги и журналы лежали в беспорядке на журнальном столике и софе, пара ярких разноцветных сандалий валялась в углу вместе с парой более темных «шпилек» с острым мыском; миниатюрные солнечные очки с пластиковыми украшениями свисали с абажура настольной лампы.

Он едва успел отметить этот милый, уютный беспорядок, когда мягкий голос Виктории, позвавшей Эсме, вернул его к действительности. В ответ в туалете зажурчала вода, и Эсме крикнула, что она сейчас выйдет.

Джон не мог взять в толк, почему сердце начало как безумное стучать в груди, когда звук текущей воды прекратился и тут же раздался снова в ванной. Он служил в морской пехоте, черт бы его побрал, а она всего лишь ребенок. Он все еще убеждал себя, что нечего пугаться, когда дверь ванной открылась. Эсме влетела в комнату, на ходу поправляя синюю пижаму.

– Привет, мама… Хэлло, мистер Джон! – Остановившись на мгновение, она вдруг изменила курс и, вместо того чтобы подойти к матери, направилась прямо к Джону.

Проклятие! Похоже, так происходит каждый раз, когда она видит его. Какая-то магнетическая сила притягивала к нему ее внимание, несмотря на все его попытки сохранять дистанцию.

– Ах, привет, Эсме! – воскликнул он. Она резко остановилась перед ним. Приподнялась на цыпочки, и Джон осторожно, словно от этого зависела его жизнь, протянул руку, чтобы прикоснуться к ее волосам. И в тот миг, когда он дотронулся до них, все в нем затрепетало от радости. – Как поживаешь?

– Хорошо! А вы? Вы пришли, чтобы почитать мне на ночь?

– Гм… – Он беспомощно повернулся к Тори.

– Нет, малышка, – вздыхая, сказала она. – Присядем. Джон и я, мы хотим кое-что сообщить тебе.

– Фу-ты ну-ты… – Ее веселость на мгновение улетучилась, она схватила его за руку и потащила к обитой шелком софе.

Он подчинился, с любопытством изучая свою дочь.

– Почему «фу-ты ну-ты»?

– Мама всегда говорит, что надо присесть, когда это серьезно. – Девочка сокрушенно вздохнула.

– Серьезно, Эсме, – поправила Тори.

– Видите? – Эсме отпустила его руку, позволив ему расположиться на софе, потом, как только уселась сама, подняла на него свои большие глаза. – Я же говорила.

– И ты права, детка, – подтвердила Виктория, усаживаясь в кресло лицом к софе. Закинув ногу на ногу, она приступила к делу: – Это действительно серьезно. Но в этом нет ничего плохого для тебя. Ты помнишь, зачем Джон приехал сюда?

– Угу-у-у… – протянула Эсме без особой уверенности.

– Помнишь, как ты пришла познакомиться с ним, и няня Хелен сказала тебе, что он…

Эсме какое-то время била голыми пятками по софе. Затем ее личико просияло.

– Тектив! Он приехал, чтобы вернуть домой дядю Джареда. – И, взвизгнув от удовольствия, она повернулась к нему, уткнувшись своим маленьким плечиком в его бок и подняв к нему лицо с улыбкой «ну-скажите-разве-я-не-за-мечательная-девочка?».

Застигнутый врасплох Джон почувствовал, как его сердце сжалось от самой настоящей боли.

– Правильно, – подтвердила Виктория. – И чтобы Джон получил возможность разговаривать с людьми, которые могут помочь ему в этом, ему и мне придется разыграть маленький спектакль. Мы должны притвориться…

Эсме прекратила стучать пятками по софе, но продолжала смотреть на мать, как охотничья собака на пойманную птичку.

– Вы? – Она притихла и почти шепотом произнесла: – Я тоже люблю притворяться.

– Я знаю, что ты любишь, дорогая. К сожалению, не могу сказать, что мне это нравится. Потому что у меня это не так хорошо получается, как у тебя. Но мы надеемся, что это поможет Джареду, и я буду стараться изо всех сил. – Она бросила предостерегающий взгляд на Рокета, но тут же вновь повернулась к дочери. Глубоко вздохнув, она тихо продолжила: – Начнем прямо сегодня. Джон и я должны заставить всех поверить, что мы помолвлены.

– Здорово! – Эсме счастливо кивнула и тут же поинтересовалась: – А как это… помолвлены?

Джон рассмеялся, а Виктория объяснила:

– Это когда мужчина и женщина собираются пожениться.

Эсме улыбнулась, посмотрела на Джона, затем снова перевела глаза на мать, и аккуратные бровки на детском личике поползли наверх.

– Как мама и папа Ребекки?

– Да, но только они по-настоящему женаты, а мы понарошку. Но помни, ты не должна никому говорить, что мы притворяемся.

– И Ребекке?

– Да, детка, ей тоже нельзя.

– Но, мамочка! – возмутилась девочка. – Она же моя лучшая подруга!

– Я знаю. Но если она забудет, что это секрет, и расскажет кому-нибудь, а потом тот человек расскажет кому-то еще, очень скоро все узнают, что это всего лишь игра, и тогда Джон не сможет разговаривать с людьми, которые способны ему помочь найти Джареда. – Тори подвинулась на край кресла. Потянувшись вперед, она ухватила большой пальчик на ноге Эсме и зажала его в ладони, прежде чем свободной рукой погладить ее стопу. – Я знаю, как трудно хранить секреты, милая, но надеюсь, что это скоро закончится. Если тебе захочется поговорить с кем-то об этом, а меня не будет рядом, то можешь обратиться к няне Хелен. Она знает правду. И я очень сомневаюсь, что Барбара и Мэри поверят в эту сказку. – Она поколебалась, затем сказала: – Но только ни слова Ди-Ди, окей?

26
{"b":"1632","o":1}