ЛитМир - Электронная Библиотека

В этот момент он услышал пронзительные крики, доносившиеся из леса.

Эмма хлопнула себя по руке. Убила комара. Что еще сказать Вударду? О чем спросить?

– Почему мы здесь, Грант? – Ничего лучшего ей в голову не пришло.

– Я искал уединенное место, где мы могли бы поговорить.

– Ну вот и поговорили, – резко сказала она. – Я признала, что виновата, что не правильно понимала тебя. О чем еще говорить? Поехали к парому и уберемся отсюда.

– Мама… – запротестовала Грейси, не поднимая голову от груди матери.

– Тихо, Грейс Мелина! – Господи, только бы она не заупрямилась! – Я разговариваю не с тобой, а с твоим дедушкой.

Эмма чуть не подавилась последним словом. Грейси внезапно вскинула голову.

– Но, мама, мы не можем никуда ехать! Мы же выходим замуж за Эйвиса.

«О Господи, крошка, пожалуйста, замолчи, ради всего святого! Мы в беде. В большой беде».

– У нас изменились планы, – ласково проговорила Эмма.

Посмотрев на них, Грант кивнул. Видимо, принял решение.

– Оставь ее. Поехали.

– Что?!

* * *

– Оставь Грейси здесь. Одно время мне казалось, что она тоже станет моей самой любимой девочкой. Но Грейси не умеет хранить верность. И вообще с ней слишком много хлопот.

Эмма остолбенела. Он как ни в чем не бывало предлагает бросить в лесу ребенка, которого когда-то называл своей любимой внучкой.

– Ей же всего три года, Грант. Ты сам напугал ее до смерти. Конечно, она теперь дичится.

Неужели все это происходит в действительности?! Каким надо быть чудовищем, чтобы предложить ей, матери, оставить ребенка одного в лесу, у края обрыва! Неужели даже в умопомрачении он всерьез верит, что она согласится на это! Или Грант проверяет ее? Она должна найти выход. Эмма крепче прижала к себе Грейси, готовая бежать что есть сил. Все перед глазами заволокло багровым туманом. Мысли путались.

– Мне плевать, – услышала она словно издалека голос Гранта. – Оставь Грейси. Мне осточертели ее вопли и она сама. Теперь нас будет только двое – ты и я.

Вот оно! Наконец-то ее мозг заработал. Ах, идиотка! Вот как можно передать Грейси в руки Клер. Эмма взглянула Вударду в глаза и кивнула:

– Да, конечно, ты прав. Только ты и я.

– И я, мамочка! И я!

«Господи, – пронеслось в голове у Эммы, – о чем я думала?!» Отдавшись мыслям о спасении ребенка, она забыла о другом. Никогда трехлетнему ребенку не понять, что слова матери – лишь пустой звук, ложь, предназначенная для ее же спасения. Грейси приняла все сказанное матерью за чистую монету. Она просто не в силах это осознать. Весь ее мир сейчас рушится.

Словно подтверждая запоздалые мысли Эммы, в голосе Грейси зазвучал ужас.

– Мы с тобой, да, мамочка? Поедем домой, сейчас, хоошо, хоошо, мамочка? – Она яростно затрясла головой. Вскрикнула, заметив потянувшуюся к ней руку Гранта. Отмахнулась от него. – Нет! – закричала девочка в полный голос. – Уходи! Я тебя не люблю! Я его не люблю, мамочка. Хочу домой, к Эйвису! Сейчас!

Эмме удалось незаметно отойти на несколько шагов.

– Тихо, Грейс Мелина, – прошептала она в самое ухо дочери. – Успокойся, прошу тебя. – И отшатнулась от Вударда, снова потянувшегося к Грейси. – Дай мне еще минуту! Ты что, не видишь, как она напугана!

Отвернувшись от него, Эмма обхватила руками головку дочери и заговорила ей в самое ухо.

– Здесь миссис Мэкки, радость моя. Она рядом. Она

О тебе позаботится. Ты сейчас пойдешь к ней, а мама

Тем временем избавится от дедушки.

Однако Грейси, в ее теперешнем состоянии, даже не услышала мать, а уж тем более ничего не поняла. У девочки началась настоящая истерика. Она пронзительно кричала, рыдала, билась в руках матери, колотила ногами по ее бедрам. Эмма как могла пыталась успокоить дочь.

– Отдай ее мне! – взревел Грант, потеряв терпение, и потянулся за девочкой. Эмма отпрянула от него. – Проклятая плакса! Мне следовало свернуть ей шею, когда у меня была такая возможность! Дай ее мне, Эмма! Я быстро положу этому конец, раз и навсегда!

– Нет!

Эмма рванулась от него. Сердце бешено стучало где-то в горле. Как же она этого не предусмотрела? И как теперь объяснить все Грейси, чтобы она не подумала, будто мать и дедушка решили оставить ее в лесу?

– Прошу тебя, еще несколько минут. Я ее…

– Я и так дал тебе слишком много времени. Нам пора ехать. Отдай мне ее!

– Извините! – раздался чей-то громкий властный голос.

Все замерли на мгновение, потом повернули головы в ту сторону, откуда донесся голос. Грейси всхлипывала на руках у матери.

На прогалину легкой решительной походкой вышла Клер и приблизилась к ним.

– Кто вы такие? И что это за шум? Разве вы не знаете, что это частные владения? Вы вторглись на чужую территорию. – Она коснулась руки Эммы. – Пойдемте, я провожу вас к машине.

Клер увлекла Эмму за собой, но не к машине, а в чащу леса. Грант наконец пришел в себя после неожиданного появления незнакомки.

– Но.., послушайте…

– Нет, это вы послушайте, – перебила его Клер. – Вы, городские, все одинаковы. Думаете, что можете в любое время явиться к нам на остров, и везде чувствуете себя как дома. Я вас знать не знаю, сэр, но это моя собственность, поэтому прошу вас убраться отсюда подобру-поздорову, иначе вызову шерифа.

Истерика Грейси немного утихла во время этой гневной тирады. Она оторвалась от матери и в изумлении взглянула на Клер:

– Но вы же знаете меня, мисс-ас Мэк…

– Эмма мгновенно передала дочь в руки Клер.

– Заберите ее отсюда!

Не глядя больше на Клер, держащую Грейси на руках – у девочки скова началась истерика, – Эмма внезапно обернулась и двинула плечом Гранту в живот. На

Секунду он потерял равновесие. Пронзительный крик дочери все еще звучал у Эммы в ушах. Не думая о том, что делает, она помчалась в противоположную от Клер сторону, к обрыву скалы.

«Это, конечно, не самое удачное решение, когда имеешь дело с безумцем», – пронеслось у нее в голове, однако, ни выбора, ни времени на размышления у Эммы не оставалось. Была лишь надежда на то, что из двух возможностей Грант выберет ее, помчится за ней. Главное – не дать ему шанса добраться одновременно до них обеих.

Но… Господи.., вдруг это не сработает! Если у него осталась хоть капля ума, он, конечно, постарается добраться до Грейси, потому что в таком случае получит и ее, Эмму. Она ни перед чем не остановится, чтобы спасти своего ребенка.

Эмма рискнула обернуться, бросила взгляд через плечо. Из горла ее вырвался душераздирающий крик. Грант сзади, всего в нескольких шагах! Она рванулась вперед что было сил. Черт, и угораздило же ее именно сегодня надеть не кроссовки, а легкие босоножки на кожаной подошве! Утешает лишь то, что и Грант тоже в городских туфлях. Слава Богу, что на ней шорты, а не юбка. С утра Эмма собиралась надеть узенькую мини-юбку. Хорошо бы она сейчас выглядела и как бы бежала по лесу…

Преимущество молодости, конечно, сказывалось, однако Эмма несколько раз поскальзывалась и спотыкалась, теряя скорость. А под конец споткнулась о большой камень. Ей удалось удержаться на ногах, но в этот самый момент Грант рванулся вперед и схватил ее за руку.

Эмма круто развернулась и ударила его в челюсть. Он злобно выругался и выпустил ее. Рука его непроизвольно потянулась к ушибленному месту. Эмма снова рванулась вперед.

Они приближались к краю обрыва, Эмма решила свернуть в лес, но тут Грант повалил ее на землю. Все закружилось, как в калейдоскопе. Они покатились по траве, яростно борясь друг с другом. В конце концов, повернув Эмму на спину, Грант оседлал ее,

Эмма лежала на земле, глядя в глаза человеку, которого когда-то любила. Нет, она до сих пор не осознавала всей глубины его помешательства. Да это и не помешательство. Это настоящее безумие.

Горожанин, окружавший себя многочисленными атрибутами цивилизации, бесследно исчез. На его месте оказался дикий зверь. Одежда испачкана, измята, изорвана, волосы всклокочены. Никогда еще Эмма не видела Гранта в таком состоянии. Но самое страшное не это. Его глаза.., чужие, мертвые, бесконечно злобные… В них не было ничего человеческого. В них она видела лишь одно желание – мучить, истязать, причинять невыносимую боль.

53
{"b":"1634","o":1}