ЛитМир - Электронная Библиотека

Не сказать, чтобы он доверял ей. Пусть она не носила джинсов в обтяжку и не накладывала лопатой макияж. Не прибегала к объемной прическе, дабы придать себе сексуальный вид. Не флиртовала без разбора и не щеголяла экипировкой, чтобы «быть на высоте». Но маленькая мисс Ронни столь же успешно, как и ее более откровенная сестра, использовала каждую крупицу своей сексуальности. Куп не знал, как она это делала. Но черт возьми, в ее поведении, несомненно, было что-то такое, что притягивало к ней мужчин. Он сам видел сегодня утром, во время ее разговора с тем парнем из фирмы. И на себе он это чувствовал тоже.

Нет, она определенно не внушала доверия. Он не какой-нибудь простачок, чтобы его было так легко обмануть. Хотя, что касается ее обязательности в отношении племянницы, может быть, он и не прав.

— Почему вам понадобилось столько времени, — сказал он, глядя на Веронику сверху вниз, — чтобы добраться сюда и позаботиться о Лиззи? — Куп был вынужден тут же одернуть себя. Ему-то какое дело? Может, у нее были уважительные причины.

Он расправил плечи. У него были все основания ее спрашивать. Он беспокоился о Лиззи. Вероника посмотрела на него так, будто он потерял рассудок. Это заставило Купа смущенно поежиться, правда, только мысленно.

— Я не понимаю, — медленно проговорила Вероника, — почему вы считаете, что это касается вас каким-то образом. Но так или иначе, я вам скажу. Во-первых, Марисса не знала, как связаться со мной в Шотландии, поэтому мне ничего не было известно о смерти Кристл. Я узнала об этом только в воскресенье, поздно вечером, когда вернулась в Сиэтл. Во-вторых, я должна была урегулировать вопрос с моим расписанием. Мне нужно было свободное время, чтобы находиться здесь с Лиззи, пока я занимаюсь продажей «Тонка» и привожу в порядок хозяйство Кристл.

По лестнице, громко топая, сбежали вниз дети.

— Тетя Ронни, — тихим, тонким голоском позвала из кухни Лиззи. — Можно нам взять печенье?

Вероника вышла к ним навстречу.

— Конечно. Вы все знаете, где находится банка с печеньем. Молоко в холодильнике. — Она взъерошила волосы Райли, направлявшегося к столу с уже открытой банкой под мышкой и запихивающего в рот печенье. — И возьми стакан, приятель. Мы в нашем женском семействе не любим, когда в молоке попадаются какие-то инородные примеси.

Райли осклабился, показывая полный рот наполовину разжеванного печенья. Он шмякнул на стол банку и взял чашку, которую ему протянула Лиззи.

— Хорошо, хорошо. А можно, я навещу моего друга Брэда, когда мы поедим? Он живет как раз на другой стороне Супер-Сейв.

— Почему бы тебе вместо этого не позвонить ему и не спросить, может, он придет поиграть сюда? — Вероника взяла из банки печенье и откусила кусочек. — А позже мы выясним, что думает твоя мама по поводу будущих визитов. Хорошо?

Мальчик издал продолжительный страдальческий вздох.

— Хорошо.

Взяв печенье, Куп извинился перед маленькой компанией и направился к двери.

Вскоре он поднимался по мелким бетонным ступенькам в здание библиотеки Эндрю Карнеги, вспоминая, как Вероника общалась с детьми. Мысль о ней не выходила у него из головы. И перед этим он, похоже, был бессилен.

Он просто был обречен стать жертвой женщины с материнской жилкой. У его собственной матери таковая отсутствовала, поэтому все другие женщины, проявлявшие доброту к детям, казались ему совершенно неотразимыми.

Когда Куп открывал большую двустворчатую дверь библиотеки, у него сосало под ложечкой и сердце билось слишком часто.

«Ну, теперь ты счастлив, парень? Довольно трудное это дело — удержаться, чтобы ее не трогать даже тогда, когда ты считал ее эгоистичной стервой и расхлябанной, нерадивой опекуншей. И что же ты будешь делать теперь?»

Через несколько секунд после того, как Куп исчез в библиотеке, рядом с «Тонком» притормозила машина. Как всегда, когда этот человек проезжал мимо, у него возникало непреодолимое желание снизить скорость и коротко взглянуть на забегаловку. Он совершал наезды в этот район отнюдь не потому, что у него здесь были какие-то дела. Его влекло сюда — это было то место, где все началось в один памятный вечер. Когда сзади раздался нетерпеливый автомобильный сигнал, мужчина снова набрал нормальную скорость. Он удовлетворенно улыбнулся.

Это было идеально исполненное преступление. Разве нет? Он убил Кристл Дэвис, и ни одна собака этого не заметила. Благодаря его сообразительности это дело было ловко пришито Эдди Чапмену.

«Эй, эй, эй, чик-чик!»

Он громко рассмеялся, потому что рефрен из старого мультфильма был его персональной мантрой. Он всегда был умнее, нежели среднестатистический обыватель.

Вообще в его планы не входило убивать Кристл. Но планы меняются, черт возьми! Во всяком случае, она сама во всем виновата. У нее были все возможности этого избежать, если бы вела себя воздержанно и вовремя остановилась. Но разве она послушалась? О нет, она продолжала давить на него.

Какая-то проститутка с Бейкер-стрит будет грозить его уничтожить? Ну нет! До сих пор он никогда не волновался, что его репутация может пострадать, как хромированный бампер от столкновения. Он годами упрочивал свое положение в этом городе. И не для того он потратил столько сил, чтобы позволить какой-то алчной потаскушке все разрушить и уйти от заслуженной вендетты.

Эта женщина просто получила то, что заслуживала. Но Боже упаси, чтобы он испытывал от этого удовольствие или что-то в этом роде. Хотя, разумеется, высоко оценивал свою находчивость. Если бы он мог все рассказать кому-нибудь, любой наверняка согласился бы, что это было блестяще сработано. Подозрение в конечном счете легло на Чапмена.

Получилось и в самом деле «чик-чик».

Несомненно, он куда умнее среднестатистического обывателя.

Глава 7

Куп так редко пользовался своим сотовым телефоном, что обычно даже забывал о его существовании. Поэтому когда поздним утром в пятницу его глубокий сон прервал звонок, он протянул руку к тумбочке и хлопнул по кнопке будильника. Телефон зазвонил снова. Тогда Куп приподнялся на локте.

— Ах это… — Он схватил телефон, откинул крышку и нажал кнопку микрофона. — Да!

— Куп? Это Стив Парриш. Марджери с тобой связалась?

— Нет. А что? Она пыталась?

— Уже два дня. Сегодня утром она первым делом позвонила мне, выяснить, не знаю ли я, где ты. Черт побери, чудило! Для чего предназначен сотовый телефон? Разве не для того, чтобы ты был доступен в любое время, в любом месте?

— Во всяком случае, это распространенная точка зрения. — Куп швырнул подушку под спину и сел в кровати. Стив был его литературным агентом, а Марджери Келлерман — редактором. За тринадцать лет службы на флоте Куп побывал в самых горячих точках. Перемещаясь по миру во главе спецгруппы Второго разведывательного батальона, он по ходу дела вел дневник. Со временем эти путевые заметки навели его на мысль написать книгу. Он принялся кропать первые главы рукописи на страницах своих перекидных блокнотов. Впоследствии этот процесс привел его к покупке компьютера, и в итоге появилось законченное произведение. Чтобы предложить его издательствам, нужно было присмотреть себе агента. Когда Стив заинтересовался книгой, Куп чувствовал себя так, будто сорвал джекпот. Тут же был подписан контракт с «Парриш зйдженси», и через несколько месяцев рукопись выставили на аукцион. За триллер на военную тему между издателями разгорелась настоящая война. Четырнадцать месяцев спустя у Джеймса Ли Купера произошел настоящий прорыв. Его альтер эго попало в список наиболее продаваемых авторов, и он быстро приобрел известность. — И что нужно Марджери? — спросил он. — Холодная струя обдула его голые плечи. Куп подтянул одеяло.

— Она хочет сообщить тебе хорошие новости. Два небольших приятных известия. «Летящий орел» будет переиздан тиражом десять тысяч экземпляров, и на очереди «Причина для тревоги». Так что это еще семь пятьсот. Твои разъезды и накладные расходы на оптовиков, без сомнения, окупаются. Из Интернета и от Леви снова пришли большущие заказы.

18
{"b":"1636","o":1}