ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ничего не поделаешь, господин Трегомен. Действительно, нам не повезло. Как некстати дядя нашел пакетбот, готовый к отправке.

— Да! Но я могу в конце концов взбунтоваться! — вскричал Жильдас Трегомен, поддавшись чувству негодования.

— Увы, господин Трегомен, вы не взбунтуетесь… А если вы и рискнете, то достаточно дяде сердито на вас посмотреть, ворочая чубуком, как…

— Ты прав, Жюэль,— опустил голову Трегомен,— я послушаюсь его. Ты хорошо меня знаешь!… И все же грустно… А этот изысканный обед у Моисея на Пескаде, как я его предвкушал!…

Напрасные сожаления! Бедняга, тяжело вздохнув, закончил сборы. Через десять минут оба спустились в вестибюль и застали там дядюшку Антифера, банкира Замбуко, Бен-Омара и Назима.

Если по прибытии их встретили любезно, то провожали весьма холодно, хотя заплатили они за полные сутки. Жюэль опустил письмо в почтовый ящик. Затем все проследовали на набережную и спустились по лестнице, ведущей в порт. А Жильдас Трегомен в последний раз окинул сожалеющим взглядом освещенную Губернаторскую площадь.

В полукабельтове от берега стоял на якоре пакетбот, и слышался рев котла под давлением пара. Черный дым заволакивал звездное небо. Резкие свистки возвещали, что пакетбот скоро снимается с якоря.

Удивительные приключения дядюшки Антифера (иллюстр.) - _053.jpg

У пристани покачивалась лодка в ожидании пассажиров. Дядюшка Антифер и его спутники заняли места. Несколько ударов весел, и лодка подошла к пакетботу.

Жильдас Трегомен не успел опомниться, как очутился вместе с Жюэлем в одной каюте. Другую каюту заняли дядюшка Антифер и Замбуко, а нотариус и Саук — третью.

Пакетбот «Каталан» принадлежал марсельской судоходной компании по перевозке грузов и пассажиров. Предназначенный для регулярных рейсов вдоль западного берега Африки до Сен-Луи [350]и Дакара [351], он заходил по мере надобности в промежуточные порты, чтобы взять на борт или спустить на берег пассажиров, встать на погрузку или разгрузить товары. Довольно хорошо оборудованный, он делал от десяти до одиннадцати узлов — весьма неплохо для таких рейсов.

Через четверть часа после прибытия дядюшки Антифера и его спутников раздался последний оглушительный свисток. Подняли якорную цепь, «Каталан» вздрогнул всем корпусом и подался вперед, неистово заработали, взбивая белую пену, лопасти винта. Обойдя корабли, стоявшие на рейде, «Каталан» поравнялся с большими средиземноморскими пакетботами, казалось, заснувшими на месте, прошел по фарватеру между цейхгаузом [352]и молом, выбрался в открытое море и взял курс на запад.

Перед взором Трегомена возник, как в тумане, силуэт какого-то здания. Это была Касба, которую ему так и не удалось повидать вблизи. Потом на побережье показался мыс Пескада. Там находился знаменитый ресторан Моисея, где готовят вкуснейший буйябес!… [353]

И это все, что Жильдас Трегомен вынес из своего пребывания в «Алжерре»…

Само собой разумеется, что по выходе из порта Бен-Омар, свалившись в каюте на кушетку, заново испытал все прелести морской болезни. Ему становилось еще хуже при мысли, что придется проделать и обратный путь!… Хорошо, что это его последнее плавание!… На втором острове он наверняка получит вожделенный процент!… Конечно, ему было бы легче бороться с болезнью, если бы нашелся товарищ по несчастью. Но нет! Не тошнило ни одного из его спутников. Никто не хотел разделить с ним его мучений. Ему не дано утешиться зрелищем чужого страдания, такого же, как его собственное…

Пассажирами на «Каталане» большей частью были моряки, возвращавшиеся в прибрежные порты, несколько сенегальцев и солдат морской пехоты, привыкших к случайностям морского плавания. Все направлялись в Дакар, где пароход должен выгрузить товары. Поэтому остановок в пути не предвиделось. И дядюшка Антифер мысленно хвалил себя за то, что удалось попасть на борт «Каталана».

— Правда, прибыть в Дакар — еще не значит достигнуть цели,— заметил Замбуко.

— Да,— согласился малуинец,— но я и не рассчитывал найти пакетбот, идущий из Алжира прямо в Лоанго. А когда приедем в Дакар, что-нибудь придумаем.

Несомненно, последняя часть путешествия вызовет немало трудностей, и это тревожило будущих шуринов.

В течение ночи «Каталан» продолжал идти на расстоянии двух-трех миль от берега. Показались огни Тенеса, потом смутные очертания Эль-Марса. На следующее утро прошли мимо возвышенностей Орана, и часом позже пакетбот обогнул высокий мыс, по ту сторону которого находится рейд Мерс-эль-Кебир.

Затем взорам открылся марокканский берег с далеким профилем гор, возвышающихся над богатой дичью провинцией Риф. Через некоторое время на горизонте показался освещенный солнечными лучами Тетуан; дальше, в нескольких милях к западу, на скале между двумя бухточками — Сеута, испанская крепость. Она держит под контролем, так же как английская крепость на противоположном берегу [354], одну из створок двустворчатой двери, открывающей проход в Средиземное море. А еще дальше широкий пролив сливается с водами необозримого Атлантического океана.

Обозначились лесистые гребни гор марокканского побережья. По ту сторону Танжера, спрятанного за изгибом залива, белели среди зеленых деревьев виллы и мечети. На море царило оживление: множество парусных судов ожидало попутного ветра, чтобы войти в Гибралтарский пролив.

Но «Каталану» нечего бояться вынужденной остановки. Ни ветер, ни течение — оно дает о себе знать особым волнением при входе в Средиземное море — не могли одолеть могучий винт пакетбота. И к девяти часам вечера он уже бороздил тремя своими лопастями воды Атлантического океана.

Трегомен и Жюэль, прежде чем отправиться наконец спать, вышли на палубу и завели между собой беседу. Совершенно естественно, что, когда «Каталан», обогнув мыс на юго-западе, оказался у крайней точки Африканского материка, обоим пришла в голову одна и та же невеселая мысль.

— Да, мой мальчик,— произнес Жильдас Трегомен,— лучше бы при выходе из пролива нам повернуть не налево, а направо. По крайней мере, мы не показывали бы пятки Франции…

— Для того чтобы идти… куда? — спросил Жюэль.

— Боюсь, что к дьяволу! — ответил Трегомен.— Ничего не поделаешь, Жюэль, приходится терпеть! Люди отовсюду возвращаются, им и дьявол не страшен!… Через несколько дней мы будем в Дакаре, а из Дакара пойдем в самую глубину Гвинейского залива.

— Еще неизвестно, покинем ли мы Дакар сразу. В тех местах нет регулярных рейсов. Вполне может статься, что мы там задержимся на несколько недель, и если мой дядя воображает…

— Не сомневайся — воображает!…

— …что добраться до второго островка очень просто, то он ошибается!… Знаете, о чем я думаю, господин Трегомен?

— Нет, мой мальчик, но если ты скажешь…

— Так вот, я думаю, что мой дедушка Томас Антифер сделал бы доброе дело, если бы оставил этого проклятого Камилька на скалах Яффы…

— О Жюэль! Этот несчастный человек…

— Если бы дедушка его там оставил, этот египтянин не завещал бы миллионы своему спасителю, и если бы он их не завещал, то дядя не гонялся бы за ними, и Эногат была бы моей женой!

— Все это так,— ответил Трегомен.— Но, если бы ты, Жюэль, там был сам, ты точно так же спас бы жизнь несчастному паше, как и твой дедушка… Посмотри,— прибавил он, указывая на блестящую точку по бакборту,— что это за огонь?

— Это огни мыса Спартель [355], — ответил молодой капитан.

И в самом деле, это был тот самый маяк, расположенный на крайней западной точке Африканского континента, который содержится на средства нескольких европейских государств; это первый из цепи маяков, освещающих своими огнями африканские воды.

вернуться

[350]Сен-Луи — главный город французской колонии Сенегал в северо-западной Африке.

вернуться

[351]Дакар — порт в Сенегале.

вернуться

[352]Цейхгауз — военный вещевой склад.

вернуться

[353]Буйябес — рыбная похлебка с чесноком и пряностями; национальное блюдо на юге Франции.

вернуться

[354]Имеется в виду Гибралтар.

вернуться

[355]Спартель — мыс на Марокканском побережье, неподалеку от Танжера.

55
{"b":"166011","o":1}