ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И фермер разразился целым потоком проклятий.

— Ах ты, мерзкая тварь, она уже проглотила его! Самый важный мой документ! Подлинник постановления, предоставляющего мне право владения Копье! Да это просто невыносимо! Но я заставлю отдать его, даже если придется свернуть ей шею…

Весь красный, вне себя от ярости, Джон Уоткинс порывисто вскочил на ноги. Он погнался за страусихой, которая, сделав несколько кругов по комнате, в конце концов выскочила в окно — оно было расположено на уровне земли.

Южная звезда (с иллюстрациями) - _060.jpg

— Отец,— сказала Алиса, огорченная новой выходкой своей любимицы,— успокойтесь, умоляю вас. Послушайтесь меня!… Ведь вам станет плохо!

Но мистер Уоткинс разозлился не на шутку. Бегство птицы с важной бумагой окончательно вывело его из себя.

— Нет,— прохрипел он сдавленным голосом,— это уж слишком! С этим надо кончать! Я не могу просто так отказаться от одного из самых важных актов на владение! Добрая пуля в башку — лучший способ сладить с этой гадкой воровкой!… Ручаюсь, бумага будет у меня!

Алиса, вся в слезах, последовала за ним.

— Умоляю вас, папа, пощадите бедное животное! — повторяла она.— В конце концов, неужели эта бумага настолько важна!… Разве нельзя получить копию?… И неужели вы готовы причинить мне боль, убив на моих глазах бедную Дада за такой мелкий проступок?

Джон Уоткинс не желал ничего слушать и выскочил на крыльцо, отыскивая глазами свою жертву. Наконец он заметил, что птица ищет убежища возле хижины Сиприена Мэрэ. Мгновенно вскинув ружье к плечу, мистер Уоткинс прицелился. Но в это время Дада, словно догадавшись о черных замыслах фермера, юркнула за хижину.

— Ну, погоди!… Я догоню тебя, проклятая тварь! — вскричал Джон Уоткинс, направляясь в ее сторону.

Алиса, объятая ужасом, устремилась следом, чтобы в последний раз попытаться умилостивить его.

Южная звезда (с иллюстрациями) - _061.jpg

Так вдвоем они добежали до домика молодого инженера и обошли вокруг него. Страусихи не было. Дада исчезла! Но она не могла спуститься вниз с холма, в том случае ее было бы легко заметить в окрестностях фермы. Выходило, что птица укрылась в хижине, пробравшись в нее с заднего входа,— вот что подумал Джон Уоткинс. И, повернув назад, он постучал в переднюю дверь. Открыл ему сам Сиприен.

— Мистер Уоткинс?… Мисс Уоткинс?… Рад видеть вас у себя,— сказал он, несколько озадаченный их неожиданным появлением.

Запыхавшийся фермер объяснил ему суть дела.

— Хорошо, давайте искать виновницу! — произнес Сиприен, приглашая Джона Уоткинса и Алису войти в дом.

— Вот увидите, я быстро с ней рассчитаюсь! — повторял фермер, потрясая ружьем, как томагавком[103].

В тот же миг умоляющий взгляд девушки, обращенный к Сиприену, красноречиво поведал ему об ужасе, с каким она ждала предстоящей расправы. И Сиприен тотчас принял решение, причем очень простое: страуса он в своем доме не найдет.

— Ли! — по-французски крикнул он, обращаясь к только что вошедшему китайцу.— Подозреваю, что страусиха у тебя в комнате! Поймай ее и постарайся как можно быстрее увести отсюда, а я пока поведу месье Уоткинса в другую часть дома!

К несчастью, этот превосходный план был с самого начала обречен на провал. Страусиха скрылась именно в той комнате, с которой они начали осмотр. Дада сидела притаившись, спрятав голову под стул, и была видна так же хорошо, как солнце в самый полдень.

Мистер Уоткинс кинулся к ней.

— Ну, негодяйка, теперь твоя песенка спета! — проговорил он.

Но вдруг — всего на минуту — фермер заколебался: ему предстоит стрелять в упор, находясь в доме, который, по крайней мере в данный момент, не являлся его собственностью.

Алиса, плача, отвернулась, чтобы не видеть происходящего. И тут, при виде ее отчаяния, молодому инженеру пришла в голову неожиданная мысль.

— Мистер Уоткинс,— сказал он,— ведь вы бы хотели только получить обратно сам документ, не так ли?… Ну вот, значит, для этого совсем необязательно убивать страусиху! Достаточно вскрыть ей желудок, за это время бумага никак не могла пройти дальше! Не позволите ли мне произвести эту операцию? Я прошел в Зоологическом музее курс зоологии и, думаю, смогу справиться с таким делом.

То ли оттого, что перспектива «вивисекции»[104] льстила мстительной натуре фермера, то ли потому, что его ярость начала утихать или же растроганный отчаянием дочери, но он согласился на предложенный компромисс.

— Но документ непременно должен найтись! — заявил он.— Если его не окажется в желудке, то придется искать дальше! Он нужен мне любой ценой!

Провести хирургическую операцию было совсем не так легко, как могло показаться на первый взгляд, если думать, что бедная Дада безропотно покорится своей судьбе. Страусы, даже при небольшом росте, наделены громадной силой. Предвидя, что его пациентка при виде скальпеля непременно взбунтуется и начнет бешено отбиваться, Сиприен в качестве ассистентов привлек Бардика и Ли.

Решено было страусиху связать. Для этого взяли веревки, большой запас которых хранился в комнате Ли, затем особой системой пут и узлов птицу опутали с ног до головы, лишив ее возможности малейшего сопротивления. На этом Сиприен не успокоился. Чтобы пощадить чувствительность мисс Уоткинс и избавить страусиху от страданий, он обернул птичью голову в компресс с хлороформом. И был готов приступить к операции, не без некоторого беспокойства за ее результат. Алиса, взволнованная уже одними этими приготовлениями и страшно побледневшая, укрылась в соседней комнате.

Прежде всего Сиприен провел рукой по основанию шеи, чтобы точно определить расположение зоба, что оказалось нетрудно, поскольку в верхней части грудной области зоб составлял довольно значительную выпуклость, твердую и упругую, по сравнению с мягкими соседними тканями. Она легко прощупывалась пальцами. При помощи охотничьего ножа импровизированный хирург осторожно надрезал кожу шеи. Она свободно растягивалась, как у индюка, и была покрыта серым пушком. Надрез почти не кровоточил. Сиприен установил расположение двух или трех важных артерий и попытался, насколько возможно, раздвинуть их при помощи небольших проволочных крючков, которые велел держать Бардику. Затем он разрезал перламутрово-белую ткань, окружавшую широкую впадину над ключицами, и вскоре раскрыл зоб страусихи.

Вообразите куриный зоб, почти стократно увеличенный в объеме, в толщине и в весе, и вы составите себе достаточно точное представление об этом вместилище.

Зоб страусихи предстал Сиприену в виде коричневого мешка, сильно растянутого под тяжестью пищи и тех посторонних предметов, которые прожорливая птица успела проглотить за день или, возможно, раньше. И достаточно было взглянуть на этот массивный, мощный и здоровый орган, чтобы понять, что даже решительное вмешательство никакой опасности для него не представляет.

Вооруженный своим охотничьим ножом, который Ли, наточив, подложил ему под руку, Сиприен сделал в этом массивном Органе глубокий разрез. Теперь в зоб до самой его глубины легко входила рука.

Сразу же был опознан и извлечен документ, о котором так горевал мистер Уоткинс. Бумага свернулась в комок и, естественно, слегка помялась, но при этом осталась совершенно целой.

— Тут еще что-то есть,— сказал Сиприен, снова засунув руку в полость, откуда на этот раз вынул бильярдный шар.

— Это же шар для штопки, принадлежащий мисс Уоткинс! — воскликнул он.— Подумать только, ведь Дада проглотила его уже пять месяцев тому назад!… Вероятно, через выходное отверстие зоба шар уже не мог пролезть!

Передав шар Бардику, Сиприен продолжал поиски, словно археолог, ведущий раскопки древнеримского поселения.

— Ого! Медный подсвечник! — ошеломленно воскликнул он, тут же доставая этот скромный предмет домашнего обихода, помятый, сплющенный, окисленный, но все еще узнаваемый.

вернуться

[103] Томагавк — ручное метательное оружие у североамериканских индейцев, боевой топорик.

вернуться

[104] Вивисекция (живосечение) — операция на живом животном для изучения функций организма.

46
{"b":"166014","o":1}