ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Это не проблема, – отмахнулся Халед. – С вашим президентом все согласовано. По первому требованию вам предоставят необходимые ресурсы. По последним данным, ясноглазые появились также в Москве и Минске. Возможно, еще в Саратове и Ярославле.

«Проклятье! – Назгул внутренне похолодел. – Ребятишки слишком засветились. Они все равно еще дети и не понимают, что эти твари пойдут на все, в том числе и на крайние меры. Что же делать?»

– Хорошо, – кивнул он, сохраняя бесстрастную маску.

– А теперь советую вам ознакомиться с материалами. – Халед пристально наблюдал за реакцией визитера. – Вас проводят в кабинет, где можно это сделать.

– Всего доброго, – встал Назгул, захватив со стола планшетник.

– До свидания, – вежливо кивнул хозяин кабинета.

Прокурор, больше ничего не говоря, повернулся и вышел. За дверью его поджидал все тот же бесцветный сопровождающий. Вскоре Назгул уже сидел в небольшой комнате, в которой не было ничего, кроме стола и стула. Покосившись на объективы трех камер напротив, он мысленно хмыкнул – внаглую пишут. И эту запись станут буквально под микроскопом изучать психологи. Надо во что бы то ни стало оставаться внешне равнодушным.

Назгул положил перед собой планшетник, включил его, вывел на экран первый по списку документ и приступил к чтению.

* * *

Однажды на заре случится чудо,

И сквозь глухие шторы из-за туч

В твою квартиру словно ниоткуда

Пробьется изумрудный диво-луч.

И, позабыв про все, за сказкой следом

Покинешь дом и все, чем раньше жил.

Пускай твой путь опасен и неведом,

Но ты иди, пока хватает сил.

Мартиэль

Баффа с изумлением смотрел на бутылку водки и понимал, что ему не хочется пить. Вообще! Да что там, от одной мысли о выпивке ему становилось худо. А такого не случалось за последние годы ни разу! Впрочем, курить байкеру тоже не хотелось, как это ни странно.

– Это что, я последних радостей в жизни лишился?.. – обреченно выдавил он, пряча мятую пачку «Примы» в карман. – Ладно, бомжу отдам…

В последние четыре дня с ним начало происходить нечто непонятное. С самого момента встречи со странным мальчиком Васькой. Следующей ночью старый байкер не раз просыпался в холодном поту, сердце то стучало, как бешеное, то вдруг замедляло свой ход почти до остановки. То и дело бегал в гости к белому другу, порой даже «зовя ихтиандра». Однако к моменту выхода на новую работу состояние Баффы пришло в норму, мало того, он чувствовал себя заново родившимся – так хорошо он себя не ощущал себя лет с двадцати пяти. Каждая мышца полнилась силой и легкостью, восприятие обострилось, думалось легко и, мало всего этого, так он еще и мог легко вспомнить каждую когда-либо прочитанную в жизни строчку.

Логически рассуждать Баффа умел всегда и четко понимал, что сами собой такие изменения произойти не могли. Никак и никоим образом. А значит, это проделал с ним кто-то другой. Но кто это мог быть? Элендил? Вряд ли. Так что же, это Васька? Других вариантов просто не было. Но что тогда странному ребенку нужно от старого хоббита?.. Это был очень важный вопрос, беда только, что ответа на него не находилось.

На память то и дело приходил последний разговор с Назгулом. Баффа крутил его в памяти так и эдак, но никак не мог осознать, что же его в этом разговоре настораживает, что не дает покоя. В какой-то момент до него вдруг дошло, что Назгул в опасности, причем в смертельной. И нужно ему чем-то помочь. Но чем способен помочь нищий истопник?! Тем более, когда друг за океаном… У кого спросить совета?..

И опять в голову пришло только одно имя – Васька. Что может подсказать ребенок, Баффа не знал, но это была единственная возможность хоть как-то помочь оказавшемуся в беде Назгулу. А что тот в беде, байкер уже не сомневался.

Баффа встал с лежанки, подкинул пару лопат угля в топку и задумался, где искать Ваську. Почему-то спросить у Элендила ему в голову не приходило, это казалось неправильным, так нельзя было делать. Он уныло поставил лопату в угол и вышел из кочегарки под низко нависшее уныло-свинцовое небо. Капал мелкий противный дождь, дул пронизывающий, порывистый ветер, швыряющий в лицо острые, ледяные капли. Байкер с надеждой окинул взглядом детскую площадку, к которой примыкала котельная, однако мальчишки там не обнаружил.

– Васька, где ты?.. – с отчаянием выдохнул Баффа. – Ты мне очень нужен…

Этот зов с какой-то стати доставил ему физическую боль, он отчаянно звал Ваську внутри себя, всей своей сущностью. И почему-то казалось, что тот обязательно услышит и придет.

– Ты хотел меня видеть, дядя Баффа? – Кто-то подергал его за карман куртки.

– Хотел… – с облегчением выдохнул старый байкер, оборачиваясь. – Здравствуй, ясноглазый…

– Я тоже рад тебя видеть, – мимолетно улыбнулся мальчик.

– Раз уж так пришел, то знаешь, зачем мне нужен… – проворчал Баффа.

– Знаю, – подтвердил Васька. – Но ты зря беспокоишься. За Назгулом присматривают. А вот немного позже помощь ему действительно будет нужна. Но готов ли ты?

– Не знаю… – понурился байкер. – Просто ощущаю, что с ним что-то не то. И хочу помочь. Но что я могу сделать?!

– Многое, – серьезно заверил мальчик. – Но прежде всего с собой, иначе не сможешь помочь никому. Однако ты должен все понять сам. Я могу только намекнуть. Не бойся. Не бойся ни себя, ни других. Что бы ни случилось, просто иди вперед. И тогда ты дойдешь.

– Куда я должен идти?! – ошалело вытаращился на него Баффа.

– Ответ в тебе самом, – загадочно ответил Васька и растворился во внезапно поднявшемся тумане.

Больше он, как байкер его ни звал, не откликался. Вскоре Баффа в полной растерянности вернулся в котельную, сел на лавку и с досадой посмотрел на водку и сигареты. Даже не закуришь теперь. А затем, обхватив голову руками, надолго задумался.

* * *

Но слепым и покорным, к несчастью, немыслимо

Разобраться в сплетенье противоположностей:

Что считают Добром – значит, свято и истинно,

Что помимо, – как Зло быть должно уничтожено.

Мартиэль

Войдя в относительно небольшой конференцзал, Назгул мысленно усмехнулся. Похоже, его пригласили последним, успев уже обо всем договориться. Интересно, почему? Подозревают? Или знают точно? А если знают, то откуда? Впрочем, свои вполне могли его сдать, хоть в это верить и не хотелось. Впрочем, эти «свои» и сами могут знать только то, что он все еще неформал и ходит по всяким тусовкам. О том, что он лютый враг всей их живодерской, воровской системы они знать не могут, хотя вполне способны заподозрить это. Что ж, после встречи с ясноглазыми он знал, на что шел. А значит, игра продолжается.

– Господа, хочу представитель вам нашего русского коллегу мистера Солнцеффа. Он курирует данное расследование со стороны России.

– Добрый день, господа, – едва заметно, с достоинством наклонил голову Назгул.

– Хочу представить вам остальных наших коллег.

Халед, не вставая, показал ладонью на невозмутимого араба в традиционном белом бурнусе с тонкими чертами породистого лица и почти незаметной ниточкой черной бородки.

– Его высочество принц Фейсал из Саудовской Аравии, он курирует расследование от имени его величества короля Абдаллы.

Принц слегка опустил ресницы, всем своим видом демонстрируя, что ровни ему здесь нет.

Бросившего на саудита исподлобья недобрый взгляд господина семитской наружности звали Натаном Хуцманом, естественно, представителем Израиля, а если точнее, Шабака. Худой, высокий джентльмен лет пятидесяти в классическом строгом костюме был представлен, как Джекоб Оуэн, начальник спецотдела SIS, новозеландской службы безопасности.

– Присаживайтесь, – показал на свободное кресло Халед.

Назгул сел и выжидательно посмотрел на него, говорить что-либо первым он не собирался.

12
{"b":"166051","o":1}