ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Заметив блеск на куске поверхности, что ему удалось очистить, Данила включил увеличение шлема, чтобы рассмотреть это место получше. Но ничего нового не увидел — просто что-то темное блестело прямо в камне. Как кусок оплавленного стекла, может быть, только пыльного и почему-то впрессованного в камень. Или — в плиту из корунда, как сказал Василий.

— Корунд нам не обещали, — сказал Василий. — И о корунд землеройки могли сломать зубы. У него же твердость по Моосу — девятка. Могли сломать, если, конечно, спешить. Говорил же, что надо задавать режим максимальной осторожности.

— Помнится мне, — уточнил Николай сверху, — что ты говорил как раз наоборот, что на максимальном режиме мы тут ко второму пришествию ничего не выкопаем.

— Так это то же самое, просто надо правильно меня понимать. — Отбрыкнулся Василий.

— Подтверждаю, — проснулся Джек. — Режим максимальной осторожности и режим блиц-крига — это практически одно и то же.

— Ну ты хоть помолчи, — взмолился Василий.

— Умолкаю, повелитель.

Данила, воспользовавшись молотком-топориком, наподобие альпинистского, попытался сковырнуть блескучий камешек. Не с первой попытки, но ему это удалось. Еще сложнее было взять это стеклышко пальцами в перчатке.

— А это что? — спросил он, держа камень на раскрытой ладони, на перчатке скафандра.

Василий наклонился, чтобы посмотреть. После того, как камень оказался вынутым из своего ложа, он оказался темно-синим.

— Не уверен, — сказал Василий. — Сделай снимок и перешли Леониду.

Пока снимок уходил наверх и потом к вездеходу, пока Леонид его рассматривал и выспрашивал подробности по тому, где они нашли камень и что там есть еще, Данила с Василием успели наковырять еще с дюжины таких же камней. Некрупных, различающихся по размеру, но полностью совпадающих по цвету.

— Сапфир. — В конце концов дал заключение Леонид. — Надо, конечно, в руках подержать, на преломление проверить, но из того что я вижу — сапфир.

— Сапфиры, — уточнил Данила, держа в ладони горсть одноцветных синих камней.

— Связь с базой, — вслух произнес Василий, — и, когда Джек молча подключил их к коммуникатору на базе, спросил:

— Лиза, слушай. Мы тут по дороге в магазин заглянули. Но рубинов не было. Сапфирами брать?

***

Специалистов по огранке у них не было. Но имея приборы, базу данных и возможность проконсультироваться, пусть и с задержкой, с Землей, можно стать подмастерьем и в ювелирном деле. Особенно, если недостатка в материале нет.

А пока что Лиза одевала к ужину бусы из неограненных камней. А Леонид обещал, в перспективе, все-таки научиться и огранке.

Часть камней из найденных в первый заход и несколько последующих забрал Василий, пытаясь их приспособить вместо алмазных резаков, впрочем, не слишком удачно.

Больше сапфиры применить было негде. Никакой ценности для продажи они не представляли, просто потому, что ближайшие покупатели находились так далеко, что цена этих камней стала бы воистину космической. Впрочем, новость о находке разошлась по всему Марсу (и орбитальным базам), и многие на них просили, с оказией, передать хоть один камешек. Но, только с оказией, которая могла случиться очень нескоро.

Василий починил одну из землероек, и с ее помощью пробивка пятой шахты продолжилась. Впрочем, уровень для Николая решили пробить все же в другом месте, чтобы ему не пришлось ждать слишком уж долго.

Химические методы получения и очистки воздуха на базе постепенно, день за днем, замещались хлореллой, подрастающим в подземных садках лишайником и растениями, которые далеко не всегда удачно высаживал на своем уровне Николай.

Можно было сказать, что нулевой шаг они сделали. База работала, в основном, по расписанию. В сообщение с Земли Тимур даже выразил общее мнение компании о том, что никто из оставшихся в офисе не ожидал, что все пройдет настолько планово.

Грузовик пришел по расписанию, на три месяца позже. И на этот раз три контейнера сбросили даже ближе, чем раньше. Теперь им не стоило ждать ни единой детали, ни единого высокотехнологичного гвоздя с Земли еще целых два года.

Как-то вечером, за ужином (дамы в рабочих комбинезонах и украшениях), Николай заявил:

— Пора сажать помидоры. И давайте выбираться уже на поверхность.

Часть третья. “Все не так и кое-что не этак”3

Глава 1. Т: минус 15. 2051 год н. э. Консерватор

— Отрицай все, — наклонившись вперед, к проекции собеседника над столом, приказал Администратор. — Все это сплошь газетные выдумки, не имеющие под собой никакой почвы. Мы можем только сожалеть о времени, которое тратят люди на эту чепуху.

Собеседник выглядел просто великолепно. Отличный костюм, галстук, косая сажень в плечах, короткая стрижка ежиком, да в придачу еще и стальные серые глаза. Мускулы, ни грамма лишнего жира… И ни грамма лишних мозгов.

Ровно так и должен выглядеть пресс-секретарь Агентства. Олицетворять весь Марс, все усилия человечества по терраформированию. А заодно — и всю космонавтику. Обобщенный, так сказать, образ. Вот только с мозгами не повезло. Но тут уж приходится идти на компромисс.

Речи ему писали. Доклады тоже. Даже в моменты “неожиданных” вопросов журналистов на пресс-конференциях микрофон, имплантированный у него за ухом всегда был готов подсказать наилучший ответ из возможных.

Не сам, конечно, а с помощью полудюжины спич-райтеров, сидящих на этот случай в полной готовности.

Так что даже недостаток их главного красавца пока что удавалось удачно ретушировать. Зато улыбался он хорошо.

Он и сейчас улыбался.

Проблема была только в том, что пресс-секретарь слишком вжился в свою роль. Как никак — в свое время ради этой должности он расстался с актерской карьерой. Так он думал, хотя все знали, что на тот момент у него не было ни одного подписанного контракта, ни одного проекта в стадии переговоров. Только агент, который не мог его никуда пристроить.

Но пресс-секретарь начал чувствовать себя чуть ли не космопроходцем. Тем, кто покоряет чужие планеты и пространства. И начал пытаться задавать ненужные вопросы, вместо того, чтобы просто исполнять распоряжения.

Как сейчас, например.

— Но… — пресс-секретарь улыбался, белозубой располагающей улыбкой. — Но если сведения подтвердятся, не буду ли я… не будем ли мы выглядеть глупо перед публикой?

— Они не подтвердятся! Такая белиберда не может подтвердиться! Такого просто не может быть, поэтому этого не может быть никогда.

— Но мы не можем просто все отрицать. У них есть свидетельства очевидцев, фотографии. Это глупо все отрицать без объяснений.

— Если это глупо, но работает, значит — это не глупо. Эти очевидцы фуфло, у ребят просто поехала крыша со скуки. На фотографиях — лишь самые ярые фантазеры могут найти следы разумной деятельности. Все фуфло, от начала до конца. Подготовь речь, я не против. Придумайте слова покрасивее. Но мы все отрицаем. Понятно?

Администратор вывел на еще один экран руководителя команды, готовящей тексты, который до этого висел на проекции лишь иконкой, и повторил вопрос, обращаясь уже к нему:

— Это понятно?

— Да, — с полуулыбкой ответил сценарист. — Ребятам на Марсе стало скучно, они решили немного поразвлечься. Персонал агентства искренне сожалеет, что дорогостоящее оборудование, каналы связи и работа высокооплачиваемых профессионалов тратится на подобные шутки. Будет проведено самое тщательное расследование, и о его результатах узнают все заинтересованные стороны. Но уже сейчас можно сказать, что никаких следов разумной жизни на Марсе обнаружено не было…

— Вот-вот, — прервал его Администратор. — Именно в этом ключе. Все, больше вас не отвлекаю, у вас всего час до пресс-конференции. Успехов.

И, не ожидая ответа от собеседников, он выключил линию.

вернуться

3

Сергей Другаль. “Мы, дающие”.

37
{"b":"166065","o":1}