ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Во-первых, Вашингтон — не генерал, а профессор, — ответил Колин, — Генералы — вымерший вид, даже на Земле. Мне думается, от нас ждут нескольких умело составленных речей, где проводились бы параллели между нашими историческими ситуациями. И еще — им хочется ощутить экзотический шарм, почувствовать суровый дух мира, где люди по-прежнему живут бок о бок с опасностями. Короче говоря, им нужна обычная варварская мужественность, перед которой не могут устоять деградирующие терранцы обоих полов. И не в последнюю очередь от нас ждут пусть не цветистой, но вполне внятной и искренней благодарности за неожиданный подарок. Ведь Земля полностью оплачивает полет в оба конца и двухмесячное пребывание. Это решит часть наших проблем, и мы действительно должны с благодарностью принять приглашение.

— Даже если этот визит поломает наши планы на ближайшие пять лет, — задумчиво произнес Дункан.

— Не поломает, а ускорит их осуществление, — возразил Колин. — Как говорится, выиграть время — все равно что создать его. Напомню еще и твое любимое изречение: «Успех в политике зависит от умения управлять непредвиденными событиями». Приглашение оказалось совершенно непредвиденным, и надо выжать из него максимум пользы. Кстати, мы послали официальную благодарность за приглашение?

— Пока лишь обычное уведомление о получении, — ответил Малькольм. — Я предлагаю, чтобы Дункан дополнил это персональным посланием к президенту… то есть к профессору Вашингтону.

Он перечитал приглашение.

— Впрочем, оба обращения верны. Здесь значится: «Председатель Комитета по празднованию пятисотлетия Соединенных Штатов, президент Вирджинской ассоциации историков». Можешь выбирать, какое тебе больше нравится.

— Нам нужно отнестись к этому очень продуманно, чтобы не выглядеть посмешищем. Приглашение было официальным или персональным?

— К счастью для нас, расходы на себя берет комитет, следовательно, это не межправительственный уровень. Факс адресован «Уважаемому Малькольму Макензи», а не президенту Титана.

Уважаемый Малькольм Макензи, он же президент Титана, был явно рад этому едва заметному различию.

— Уж не приложил ли здесь свою опытную руку мой добрый друг посол Фаррел? — спросил Колин.

— Уверен, что такая мысль даже не приходила ему в голову.

— Я того же мнения. Казалось бы, все вполне законно, наши позиции прочны, однако мы не застрахованы от возражений. Как всегда, начнутся вопли о привилегиях, и нас снова обвинят, что мы управляем Титаном для собственных выгод. Нас уже и так называют «титаническими феодалами».

— Хотел бы я знать, кто пустил эти словечки в ход. Надо будет докопаться.

Колин игнорировал отцовскую реплику. Будучи главным администратором, он каждый день сталкивался с проблемами управления колонией и не мог позволить себе даже малейшей безответственности, какую с недавних пор начал замечать у Малькольма. Нет, дед не впал в старческий маразм — Макензи-старшему было всего лишь сто двадцать четыре года. Но у него появилось безразличие, свойственное человеку, который все повидал, все испытал и удовлетворил все свои амбиции.

— У нас есть два аргумента, — продолжал Колин. — Приглашающая сторона берет расходы на себя, и потому нас не смогут упрекнуть в трате государственных денег. И потом, давайте отбросим ложную скромность. На Земле ожидают не просто посланца Титана, а одного из Макензи. Наше отсутствие на торжествах могут счесть оскорблением. Поскольку единственный, кто может туда отправиться, — это Дункан, вопрос решается сам собой.

— Ты совершенно прав. Но другие расценят это по-своему. Все семьи захотят послать своих младших сыновей и дочерей на торжество.

— И им никто не может в этом помешать, — возразил Дункан.

— А многим ли это по карману? У нас не хватило бы денег.

— Хватило бы, если не замахиваться на кое-какие дополнительные расходы. И у Танака-Смитов хватит, и у Мохадинов, у Шварцев, у Дыоисов…

— Но только не у Хелмеров, — вставил Колин.

Сказано это было с оттенком небрежности, но без улыбки. Воцарилось долгое молчание. Каждый из троих Макензи знал, о чем сейчас думают остальные двое.

— Нельзя недооценивать Карла, — наконец сказал Малькольм, медленно выговаривая слова. — У нас есть власть и мозги. А у него — гениальность, что всегда непредсказуемо.

— Он просто чокнутый, — запротестовал Дункан. — Когда мы в последний раз виделись, Карл пытался меня убедить в существовании разумной жизни на Сатурне.

— И как? Сумел?

— Почти.

— Если он чокнутый, в чем я сомневаюсь, невзирая на тот его период депрессии, тогда он еще опаснее. Особенно для тебя, Дункан.

Дункан не попытался ответить. Мудрые «старшие братья» понимали его чувства, хотя и не до конца их разделяли.

— Есть еще один момент, — вновь заговорил Малькольм. — Он важен для всех нас. Возможно, нам отпущено не больше десяти лет, чтобы полностью изменить основу нашей экономики. Если во время своего пребывания на Земле ты сумеешь найти решение… да что там, даже намек на решение… ты вернешься героем. Любые другие твои действия — официальные или личные — будут вне критики.

— Трудная задачка. Я же не волшебник.

— Тогда поскорее начинай брать уроки. Если корабли, летающие по асимптотической траектории, — это не волшебство, то не знаю, как их еще назвать.

— Постойте! — воскликнул Колин. — Ведь первый такой корабль должен прибыть к нам через несколько недель.

— Второй, — поправил его Дункан. — Первым был грузовой «Фомальгаут». Я побывал у них на борту, но мне ничего не показали. А «Сириус» — пассажирский лайнер — должен причалить на промежуточную орбиту… дней через тридцать.

— Дункан, ты успеешь подготовиться?

— Очень сомневаюсь.

— Обязательно успеешь.

— Я говорю о физиологической подготовке. Даже самая жесткая программа адаптации к тяготению Земли занимает несколько месяцев.

— Хм. Но все так замечательно складывается, что было бы грех упустить столь редкую возможность. И потом, ты же родился на Земле.

— Колин, ты тоже. А сколько времени ты готовился, прежде чем полететь туда с Титана?

Колин вздохнул.

— Мне это казалось вечностью, но с тех пор технология подготовки значительно усовершенствовалась. Ты слышал о нейропрограммировании во время сна?

— Я слышал, что от него снятся разные кошмары. Нет уж, я предпочту хорошенько высыпаться. И потом, что хорошо для Титана…

Ему не надо было заканчивать фразу, придуманную анонимным циником полвека назад. За тридцать лет жизни Дункан ни разу не усомнился в справедливости слов, брошенных когда-то, чтобы уколоть его семью, но фактически ставших семейным девизом: «Что хорошо для Макензи, хорошо и для Титана».

Глава 4

КРАСНАЯ ЛУНА

Из всех известных естественных спутников планет Солнечной системы только Ганимед, главный спутник Юпитера, своими размерами превосходит Титан, да и то совсем ненамного. Зато в другом Титан вне конкуренции. Остальные луны либо вообще не имеют атмосферы, либо имеют слабый намек на нее. А атмосфера Титана настолько густая, что если бы она состояла из кислорода, люди вполне смогли бы дышать таким воздухом. Наличие атмосферы на Титане открыли во второй половине двадцатого века. Для астрономов это открытие явилось настоящей загадкой. Почему небесное тело, величина которого чуть больше абсолютно безвоздушной Луны, способно удерживать атмосферу, и не какую-нибудь, а богатую водородом — самым легким из всех газов? Почему он до сих пор не улетучился в космическое пространство?

Однако это была не единственная загадка, связанная с Титаном. Подобно Луне, почти все естественные спутники представляли собой бесцветные миры, состоящие из скал и пыли, возникшей в результате тысячелетий метеоритных бомбардировок. А Титан красный, совсем как Марс, чье зловещее сияние напоминает людям о древних кровопролитных войнах.

Первые исследования, проведенные роботами, разгадали часть загадок Титана и…тут же преподнесли кучу новых. Красный цвет вызывают густые низкие облака, состоящие из тех же умопомрачительных органических компонентов, что и Большое красное пятно на Юпитере[6]. Под облаками скрывался мир, который оказался теплее, чем предсказывали теории земных ученых, на сотню градусов. Когда на Титан высадились люди, выяснилось, что в некоторых областях для прогулок по ее поверхности вполне достаточно кислородной маски и легкого костюма из термофольги. Ко всеобщему удивлению, после Земли Титан оказался самой гостеприимной планетой Солнечной системы.

вернуться

6

Большое красное пятно (БКП) — атмосферное образование на Юпитере, самая заметная особенность на диске планеты, наблюдаемая уже почти 350 лет. БКП было открыто Джованни Кассини в 1665 году. Красный цвет БКП пока еще не нашел однозначного объяснения. Возможно, такой цвет придают пятну химические соединения, включающие фосфор.

4
{"b":"166098","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Леди Несовершенство
Сказки для сильной женщины
Тень ингениума
Космопроходцы
Киборг и его лесник
Пластика души
Нэнси Дрю и тайна старых часов
Assassin's Creed. Последние потомки: Участь богов
Святой, Серфингист и Директор