ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Кульминация страсти
Никогда Никогда. Часть 2
Осколки снов
Артемида
Барон (СИ)
Код вашей судьбы: нумерология для начинающих
Бочонок меда для Сердца. Истории, от которых хочется жить, любить и верить
Бродяги Севера
Восход Черной звезды
Содержание  
A
A

Визит вежливости Бранта Фальконера смутил обоих. Мужчины побеседовали о скорпах, о работе морозильной установки в Мангровой бухте, о политике Северного острова. Обо всем, кроме Мириссы. Лорен видел, что Брант чем-то обеспокоен, даже смущен. Но последним, чего землянин ожидал, были слова извинения, произнесенные Брантом незадолго до ухода.

— Знаешь, Лорен, — словно нехотя проговорил Брант, — я ничего не мог поделать с волной. Мы бы разбились о рифы, не сверни я тогда. К сожалению, «Калипсо» не успела уйти в открытое море.

— Уверен, — искренне ответил Лорен, — лучше тебя никто бы не справился.

— Гм… рад, что ты понимаешь.

Талассианину явно стало легче, и Лорен внезапно посочувствовал ему, даже пожалел. Возможно, для Бранта казалось невыносимым, что под сомнение поставили его опыт мореплавания, предмет бесконечной гордости.

— Робота удалось спасти?

— Да. Скоро починят, будет как новенький.

— Как и я.

Оба рассмеялись. Лорена вдруг поразила забавная мысль.

Брант наверняка жалел, что Кумар оказался столь отважен.

36

КИЛИМАНДЖАРО

Почему ему снилась Килиманджаро?

Странное слово, похоже на название — но чего именно? Моисей Кальдор лежал, укутанный серыми талассианскими сумерками, медленно пробуждаясь под голос Тарны. Впрочем, звуков в это время было немного. Где-то по пути к пляжу гудел пескоход, встречая возвращающихся рыбаков.

Килиманджаро.

Кальдор не любил хвастаться, однако вряд ли кто-то еще прочитал такое количество старинных книг на столь разнообразные темы. К тому же Моисей получил несколько терабайт имплантированной памяти. Полезная эта информация всегда была под рукой, стоит лишь вспомнить коды доступа.

Но лезть в эту базу не хочется. Да и вопрос не особо важен. Однако Кальдор научился придавать значение снам; две тысячи лет назад на эту тему веско высказывался старик Зигмунд Фрейд. Заснуть все равно уже не удастся…

Закрыв глаза, он дал команду поиска и стал ждать. Хотя запрос обрабатывался на подсознательном уровне, Моисей представлял мириады килобайт, проносящихся в глубинах мозга.

Что-то происходило с фосфенами, выплясывающими непонятный танец на сетчатке закрытого глаза. Посреди мерцающего хаоса магическим образом возникло темное окно. В нем сформировался текст:

«КИЛИМАНДЖАРО: Вулканическая гора. Африка. Высота 5,9 км.

Местоположение терминала первого космического лифта».

И? Что это значит? Кальдор попытался мысленно обработать скудные сведения.

Может, поискать связь с другим вулканом? В последнее время мысли о Кракане почти не отпускают. Пожалуй, чересчур надуманно. К тому же Моисея не требовалось предупреждать, что Кракан и его неистовый отпрыск способны извергнуться снова.

Первый космический лифт? Древняя история; его создание положило начало колонизации планет. Оно открыло человечеству практически свободный доступ в Солнечную систему. Ту же технологию применяли здесь. Тросы из сверхпрочного материала использовали, чтобы поднимать огромные блоки льда на «Магеллан», висящий на стационарной орбите над экватором.

Но и подобная связь с африканской горой выглядела чересчур отдаленной; Кальдор не сомневался, что ответ нужно искать в другом.

Подход в лоб не удался. Остается ждать, когда время и подсознание подскажут разгадку.

А пока стоит постараться забыть о Килиманджаро. Она сама о себе напомнит.

37

IN VINO VERITAS

Кумар стал для Лорена самым желанным и частым посетителем после Мириссы. Несмотря на прозвище, землянину казалось, что молодой человек скорее напоминает преданного пса или дружелюбного щенка, чем льва. В Тарне жило около десятка собак. В будущем они могли появиться и на Сагане-2, возобновив многовековую дружбу с человеком.

Лорен наконец узнал, на какой риск пошел парень в бушующем море. Повезло, что Кумар никогда не расставался с привязанным к ноге ножом; он провел под водой более трех минут, перепиливая опутавший Лорена кабель. На «Калипсо» были уверены, что оба утонули.

Несмотря на связывавшие их узы, Лорен обнаружил, что с Кумаром особо не поговоришь. Существует не так много способов сказать: «Спасибо, что спас мне жизнь». Их жизненный опыт различался настолько, что точек соприкосновения почти не было. Если он рассказывал Кумару о Земле или о корабле, приходилось объяснять все в мельчайших подробностях. Вскоре Лорен понял, что впустую тратит время. В отличие от сестры, Кумар жил сегодняшним днем, имело значение лишь то, что происходит на Талассе, здесь и сейчас. «Как я ему завидую! — однажды заметил Кальдор. — Для него есть только сегодня. Кумара не преследует прошлое и не пугает будущее!»

Лорен собирался заснуть, надеясь, что эта ночь в клинике будет последней, когда пришел Кумар с огромной бутылкой.

— Угадай, что это! — торжествующе заявил он, поднимая сосуд.

— Понятия не имею, — честно ответил Лорен.

— Первое вино в этом сезоне, с Кракана. Говорят, год обещает быть хорошим.

— Тебе откуда знать?

— Виноградникам нашей семьи больше ста лет. Сорта Леонидасов — самые знаменитые в мире.

Оглядевшись, Кумар обнаружил два пустых стакана и щедро плеснул в оба. Лорен осторожно пригубил; вино оказалось сладковатым, но очень, очень мягким.

— Как вы его называете? — поинтересовался он.

— «Краканское особое».

— Однажды Кракан меня чуть не прикончил. Стоит рисковать?

— Даже похмелья не будет.

Лорен сделал еще глоток. Стакан удивительно быстро опустел и еще быстрее наполнился снова.

Землянин решил, что последняя ночь в госпитале должна быть именно такой; его благодарность к Кумару теперь распространялась на весь мир. Даже визит мэра Уолдрон не расстроил бы Лорена.

— Как поживает Брант? Уже неделю его не видел.

— Ремонтирует корабль и общается с морскими биологами на Северном острове. Всех очень заинтересовали скорпы, но никто не знает, что делать дальше. И надо ли суетиться?

— Задаю себе те же вопросы относительно Бранта.

Кумар рассмеялся.

— Не беспокойся. У него на Северном острове девушка.

— Вот как? Мирисса знает?

— Конечно.

— И не волнуется?

— С чего? Брант любит ее и всегда возвращается.

Лорен неторопливо переварил услышанное. Он ощущал себя новой переменной в запутанном, сложном уравнении. Есть ли у Мириссы другие любовники? И надо ли это знать? Стоит ли поговорить с ней?

— Главное, — продолжал Кумар, наполняя оба стакана, — их генные карты одобрили. Подтверждено, что родится сын. С его появлением все изменится. Брант и Мирисса снова будут вместе. Разве на Земле происходило по-другому?

— Иногда, — кивнул Лорен. Значит, Кумар не в курсе. Девушка сохранила тайну.

«По крайней мере, я увижу сына, — решил он. — Пусть ненадолго. А потом…»

Он с ужасом понял, что по щекам текут слезы. Когда лейтенант-коммандер плакал в последний раз? Двести лет назад, глядя на пылающую Землю…

— Что с тобой? — спросил Кумар. — Вспоминаешь о жене?

Обычно эту тему не трогали — по обоюдному согласию. Она никак не соприкасалась с настоящим. Двести лет назад на Земле и триста лет спустя на Сагане-2 — слишком далеко от Талассы, чтобы переживать из-за этого сейчас. Особенно учитывая нынешнее состояние Лорена. Но он не смог обидеться на прямоту и бестактность молодого человека. В голосе талассианина звучала столь искренняя забота…

— Не о жене…

— Ты… когда-нибудь… расскажешь ей… про Мириссу?

— Расскажу. Или нет. Не знаю. Очень хочется спать. Мы что, выпили бутылку? Кумар? Кумар!

Ночью пришла медсестра и, едва сдерживая хихиканье, подоткнула одеяло, чтобы оно не свалилось.

Лорен проснулся раньше товарища. Отойдя от первого потрясения, он рассмеялся.

— Чего такое? — проговорил Кумар, с трудом выбираясь из койки.

29
{"b":"166100","o":1}