ЛитМир - Электронная Библиотека

Мало-помалу они все-таки открыли дверь.

— Сделали! — завопил Сой, восторженно прыгая на месте.

— Да, — кивнул Оллимун, расправляя свою бороду. — Лучше оставить вход открытым, на случай, если придется быстро убегать. — Он посмотрел на луну, словно она была карманными часами, показывавшими, сколько у них осталось времени.

Все вошли внутрь — Оллимун, Тэмми, Агна, Сой и даже Каш. Все старались держаться вместе и жались вокруг лужицы слабого света волшебной палочки. За пределами этого круга не было видно почти ничего, кроме длинного прямого коридора, плавно поднимающегося вверх. К счастью, в этом коридоре не было отвратительного запаха, а стены его не были перепачканы слизью, как ходы гоблинов. Далеко впереди торопливо бежал копуша. Друзья не знали, куда он торопится, но решили пойти следом.

Они шли по туннелю, и на всем пути ни разу не встретили ни ловушек, ни укрепленных ворот, ни свирепых хищников, охранявших входы. Здесь в них не было необходимости. Оллимун сказал, что для зашиты от воров вполне хватает драконьего проклятия. А еще волшебник сказал, что тот, кто пытается что-нибудь украсть у дракона, должен быть либо очень-очень смелым, либо очень-очень глупым!

— Глядите, — сказал Сой, — коридор кончается.

— Ага, значит, мы добрались до самого сердца горы.

— Смотрите, Оллимун, — вмешалась Агна. — Сосулька чувствует, что почти вернулась домой… Мне кажется, что она очень рада.

Она вытащила Сосульку из кармана, и все невольно отвернулись, ослепленные острыми, как иглы, лучами света, бьющими из самой глубины сокровища. Агна бережно завернула Сосульку в свой носовой платок, и только после этого Тэмми перестал видеть искры.

Пройдя еще несколько шагов, они обнаружили тайну Гримскалкиной горы. Она была полая — нора, через которую Гримскалка швыряла внутрь свои сокровища, оказалась прямо над их головами. И еще они увидели, что все стены горы изрезаны галереями, от которых отходят многочисленные туннели и пещеры. По этим галереям сплошным молчаливым потоком сновали копуши. Никто из них даже не посмотрел в сторону незваных гостей.

— Это похоже на пчелиный рой, — сказал Тэмми, дедушка которого разводил пчел. — Все такие деловитые!

— Разве я не говорил, что копуши — очень полезные и трудолюбивые сторожа? — напомнил Оллимун. — Теперь нам осталось только найти пещеру с сокровищами и вернуть Сосульку на место.

Пещеры на первом уровне оказались складами продовольствия и разных припасов. На втором этаже были длинные пустые спальни, где отдыхали копуши, работающие в дневную смену. На третьем этаже располагались мастерские, где при тусклом мерцании светящихся кристаллов множество копуш что-то чинили и полировали. Но ни разу друзья не встретили ничего, хотя бы отдаленно напоминавшего сокровищницы.

— Будем искать, пока не найдем, — вздохнул Оллимун.

Вокруг них по галереям сновали копуши, пронося какие-то ящики и сундуки с драгоценностями. Они слегка морщились от бледного света волшебной палочки, но ни разу не попытались преградить друзьям путь. Наоборот, Тэмми вскоре понял, что больше всего его утомляет необходимость постоянно расталкивать копуш, прокладывая себе дорогу. Ходить тут было все равно, что плыть против течения.

Наконец они добрались до четвертого уровня, и в первой же пещере что-то заманчиво блеснуло. Тэмми пристально всмотрелся во тьму.

— Да здесь полным-полно тронов! — недоверчиво воскликнул он.

Это была чистая правда. Зрелище и в самом деле было невероятное — даже для Агны, которая большую часть своей жизни провела во дворце. Троны из золота, серебра, нефрита и слоновой кости были расставлены в ряды, которые терялись во мраке, и каждый следующий трон был еще великолепнее предыдущего. Для того чтобы троны не потускнели, и пауки не вздумали затянуть их паутиной, множество копуш полировали ножки, подлокотники и великолепные высокие спинки, покрытые резными изображениями львов и щитов. Никто не обратил на друзей ни малейшего внимания даже тогда, когда озорной Каш вскочил на одно из шелковых сидений с кисточками. Не выказывая ни гнева, ни удивления, копуши принялись полировать трон вокруг медвежонка, как будто его тут и вовсе не было.

— Пора, Агна, — негромко сказал волшебник, останавливаясь рядом с девочкой.

Агна вытащила Сосульку. Она развернула носовой платок и увидела, что Сосулька погасла. Девочка бережно положила ее на ладошку и сделала шаг вперед.

— Давай! — подбодрил ее волшебник.

Агна кивнула. Но только она хотела положить Сосульку, как копуши разом прекратили работать и с шумом столпились вокруг девочки. Она испугалась. Их тоненькие, писклявые голоса звучали, как сердитый птичий хор. Копуши преградили Агне дорогу и медленно, без грубости, принялись выталкивать ее из пещеры.

— Я ничего не понимаю! — закричала она. — Разве им не нужна Сосулька?!

Оллимун и сам ничего не понимал.

— Пойдем, попробуем в следующей пещере.

Следующую пещеру они обнаружили по запаху.

Она пахла солью, водорослями и гнилым деревом, что было неудивительно, поскольку в ней хранился огромный, разбитый кораблекрушением галеон, с висящими клочьями парусов. Вместо матросов по палубам бегали копуши, и деловито сгребали груды золотых дублонов и других монет, высыпавшихся из длинного пролома в борту. Среди золота белели кости нескольких несчастных пиратов.

— За этим сокровищем Гримскалке, наверное, пришлось нырять на дно океана, — заметил Оллимун.

Награбленные пиратами дублоны, словно сугробы, высились вокруг корабля, и целые стаи копуш метались между ними и складывали откатившиеся монеты в аккуратные кучки. То тут, то там из золотого моря выглядывали части более крупных предметов. Короны, блюда, серебряные шлемы и кубки, почти все покрытые ракушками и оплетенные длинными нитями сухих водорослей.

— Попробуй еще разок, — велел Оллимун Агне.

Она попробовала — и опять то же самое. Не успела девочка отпустить Сосульку, как толпа копуш с шумом и писком вытолкала ее прочь. То же самое повторилось и в третьей пещере, где хранились драгоценные камни, которые в свете волшебной палочки заблестели, как глаза снежных барсов. Некоторые камни были холодные, как лед, другие так ярко сверкали, что казалось вот-вот вспыхнут огнем.

— Время уходит! — встревожилась Агна. — Если я немедленно не отдам Сосульку, проклятие никогда не будет снято!

— Должна же быть какая-то причина, — задумчиво протянул Оллимун, побарабанив пальцами по своей палочке. — Серебро — золото — драгоценные камни, — бормотал он и вдруг громко закричал: — Ну конечно! Сосулька во много раз ценнее всего этого добра! Где-то тут должна быть еще одна пещера, в которой Гримскалка хранит свои самые ценные сокровища. Надо отыскать ее!

Не успел он сказать это, как внизу поднялась какая-то суматоха. Копуши, которые полировали драгоценные камни, даже головы не повернули. Но когда Тэмми и друзья выбежали из пещеры и посмотрели вниз, они застыли от страха.

— Оловянный Нос! — вскричал Тэмми.

— И Ледокус с ним! — добавила Агна.

— А также, — печально закончил Оллимун, — как раз столько гоблинов, чтобы натворить бед на сотни лет!

Глава четырнадцатая

— Но как они узнали, что мы здесь? — растерялась Агна.

— Следы хорошо видны на снегу, — мрачно пробормотал волшебник.

Он был прав, но это оказалась только половина правды. Уцелев после подземного обвала, Оловянный Нос железной рукой погнал своих гоблинов через снег и горы; порой, чтобы двигаться быстрее, они скакали на спинах волков. Ледокус с остатками своей стаи тащили сани Оловянного Носа.

Дважды они едва не напали на след своих врагов. В первый раз это было в странном лесу, где дорогу им преградили снеговики. В конце концов, Оловянный Нос приказал гоблинам обойти их и выйти на след саней с другой стороны. Затем, откуда ни возьмись, налетела страшная буря, которая изменила все вокруг — сровняла с землей старые сугробы и намела новые, в два раза выше прежних. Но и на этот раз Оловянный Нос догадался, куда направляются беглецы — кроме драконьей горы идти все равно было некуда.

18
{"b":"166102","o":1}