ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Дикий дракон Сандеррина
Элегантность в однушке. Этикет для женщин. Промахи в этикете, которые выдадут в вас простушку
Иномирье. Otherworld
Судьба из другого мира
Экспедиция Оюнсу
Вурд. Богиня вампиров
Воскресная мудрость. Озарения, меняющие жизнь
Я куплю тебе новую жизнь
#ЛюбовьНенависть

— Кхм, это… — неопределенно бросил ему Василий. Колдун чуть расслабившись вопросительно посмотрел на богатыря. — В животе у меня это… Почитай сутки не ел.

Взгляд Маргаста стал уважительным. Это ж надо так громко… рыкнуть. Молча сойдя с дороги, скинул заплечный мешок, достал небольшую белую скатерку, расстелил на придорожной траве. Сглотнув обильную слюну, Василий мигом присел с краешку, голодным взглядом косясь на объемный мешок. В такой много всего влезет! Вопреки его ожиданиям, колдун вновь завязал горловину мешка. Улыбнувшись, сел рядом, расправил складочку на, ослепительно белеющей на фоне ярко-зеленой травы, скатерти.

— Ну, чего примолк? — он заговорщицки подтолкнул Василия локтем. — Чего жрать изволишь?

Издевается что ли? Но лицо колдуна оставалось непроницаемым. С трудом сдерживая закипевшую в груди злость, Василий язвительно буркнул:

— Порося жаренного, да каши, да перепелов. И запить вином хиосским. Теперь можем дальше идти?

Не обращая внимания на иронию, Маргаст почесал чисто выбритый подбородок.

— А я пожалуй гуся, но тоже с кашей, пирог с белорыбицей, да сбитнем запью.

От этих слов, в животе бедного богатыря завыло громче прежнего. Не сдерживаясь, он вскочил, голос аж звенел от негодования:

— Тебе что, поиздеваться захотелось? Так я живо могу объяснить что к чему!

— Не кипятись, не кипятись — хитро улыбнулся Маргаст. — Сядь.

Все еще вне себя, Василий присел.

— Вот, так лучше. Теперь закрой глаза… закрой говорю, — плюнув в сердцах, богатырь исполнил веленное. — Так, а теперь представь перед собой все чего пожелал. Только не перепутай.

От нечего делать, Василий представил истекающего сладким соком небольшого поросеночка набитого распаренной гречневой кашей. Тонкая румяная корочка лопалась, не в силах сдержать выступающие капельки жира. Пасть поросенка украшало небольшое печеное яблоко. Рядом представились небольшие коричневые тушки перепелов, плавающие в горячем масле. И, конечно, небольшой кувшинчик холодного вина… Не в силах вынести такой пытки, желудок с низким рычанием начал бросаться на ребра, так и норовя куснуть изнутри. С каким-то нездоровым удовольствием, Василий начал дразнить его, представляя кушанья еще подробнее. Даже запахи представил. Поднимающийся от поросенка, только снятого с вертела, аромат…

— Эк, ты как. Надо было и мне поросенка, — влез в мечты рокочущий голос Маргаста. — Ну да ладно, и гусем обойдусь.

Только тут, до Василия дошло, что уже не представляемый, а вполне настоящий запах щекочет раздувающиеся ноздри. Не веря носу, с опаской приоткрыл глаза, и обомлел — на пустой доселе скатерке, расположилось вместительное блюдо с исходящим паром поросенком. На соседнем блюде в масляной подливе горка перепелов, из-за нее робко выглядывает узкое горлышко кувшина. С другой стороны лежит объемистый гусь, средних размеров пирог, да большая братина до краев наполненная сбитенем. Все еще с опаской, как бы не исчезло такое великолепие, Василий дотронулся до торчащего из румяного бока ножа. Под насмешливым взглядом колдуна, взрезал порося и взвыл. Из распоротого, сочащегося горячим соком бока, показалась исходящая паром, пропитанная жиром, гречневая каша. Этого он вынести уже не мог. Под незлые насмешки, неспешно жующего гуся, Маргаста, Василий спешно заработал челюстями. Тонкие косточки молочного поросенка весело захрустели на крепких зубах. Высасывая сладкий мозг, богатырь не забывал забрасывать в желудок нежных перепелов, запивая большими глотками восхитительного вина.

Наконец, урчание в желудке сменилось сытой тяжестью. С сожалением оглядев груду до бела обглоданных костей, Василий сыто откинулся от скатерки и переключился на вино которое на проверку оказалось не хиосским, а не крепким фряжским. Что, впрочем, было еще лучше.

— Здорово, — похвалил он закончившего трапезу, и теперь потягивающего сбитень, Маргаста. — Мне б так уметь, вот бы зажил!

Колдун неопределенно хмыкнул. Василий с грустью тянул последние капли растягивая наслаждение. Хорошее вино, жаль мало. Внезапная мысль была настолько дерзкой, что пожалуй могла бы и удасться. Прикрыв глаза, он представил как ароматная жидкость плещется в узком горлышке, так и норовя выплеснуться… Не открывая глаз, поднес кувшин к губам, и — удалось! Кувшин вновь был полон. Будто ничего не случилось, Василий дружелюбно обратился к Маргасту.

— Ты б растолковал пока, что за древние, что за вещица. Да и что за земли вокруг?

— Земли эти принадлежат чуди, — не подозревая подвоха, охотно поведал Маргаст. — К вечеру аккурат на берег Свирь-реки выйдем, что впадает в саму Ладогу. А что касается Древних… я и сам не знаю. Не кривись, не кривись. Просто пришли они из далеких мест. Вроде из племен суми, но это вряд ли — уж больно разнятся с ними. Так что, никто не ведает кто такие. И боги у них странные, непонятные. Потому и власти над ними ни у хозяина, ни у меня, нет.

— А вещица? — не давая отвлечься от рассказа подсказал богатырь. Уж больно не хотелось от вина отрываться.

— Про это я много рассказать не могу. Сейчас во всяком случае, — развел руками Маргаст. Темная, почти черная, вороненая кольчуга негромко звякнула. — Только и могу сказать, что вещица та почитается у них дюже, потому берегут как зеницу ока.

Маргаст замолчал, а Василий судорожно начал придумывать очередной вопрос. Видя что колдун собирается встать, брякнул первое что пришло в голову:

— А как ты-то к Ящеру попал? Может расскажешь?

— Отчего не рассказать, могу… только, идти ведь надо.

— Да брось! — торопливо возразил Василий, сжимая кувшин словно чудодейственный талисман. — Ноги и так уже гудят. Заодно и передохнем малость.

— Ну коли так, — вздохнул Маргаст, — то слушай…

— Погоди, — богатырь поерзал, затем извлек из-под седалища острый камушек. Запустил им в далекие кусты и удобно устроившись, кивнул: — Продолжай…

Солнце начало клониться к закату, когда спохватившийся Маргаст почуял неладное. Василий, к этому времени успевший шестой раз повторить фокус с вином, пьяно заклевал носом. Выхватив из ослабевших пальцев кувшин, Маргаст витеивато выругался на нескольких языках. Пьяно улыбнувшись, богатырь, восхищенный такими загибами, поднял вверх большой палец, и громко икнул. Голова безвольно упала на грудь под громовые раскаты богатырского храпа. Рука колдуна в ярости судорожно хватанула рукоять двуручного меча. Наконец, его грудь поднялась и опала в глубоком вздохе, руки безвольно опустились. Плюнув в сердцах, Маргаст отправился собирать хворост — ночь обещала быть холодной.

Глава 17

Когда вдалеке игриво блеснула речная гладь, Василий ускорил шаг. Проклятый колдун на утро не дал не то что опохмелится, а и напиться не позволил. Нужно ли говорить, что настроение у мучимого головной болью и жаждой богатыря было неважное. Да еще перегар шибал так, что сам старался не дышать против ветра — воротило. Ехидно посмеиваясь, слуга Ящера всю дорогу рассказывал о хрустальных фонтанах Багдада, ледяных подземных ключах, да о бурных горных реках. Не в силах ответить пересохшими губами, богатырь многозначительно поглаживал рукоять меча. К сожалению на Маргаста это не производило ровным счетом никакого впечатления. Только насмешки становились язвительнее.

Последние шаги до соблазнительно журчащей воды, он даже не бежал — летел, ровно птаха лесная. Поднимая тучи искрящихся в солнечных лучах брызг, вбежал в реку и захлебываясь начал жадно пить прохладную воду.

Когда Василий, наконец, вышел на берег, каждый его шаг сопровождался громким бульканьем доносящимся из раздувшегося до неимоверных размеров живота. По прилипшей к губам блаженной улыбке, Маргаст сделал вывод что настроение у попутчика немного улучшилось.

— Эх, счас бы еще медовухи… — мечтательно протянул Василий.

Маргаст обречено вздохнул.

Феодосий устало прикрыл глаза. Когда же он последний раз спал? Усталость тяжким грузом навалилась на старческие плечи. Маг горько улыбнулся. Он, живущий многие сотни лет, знает столько, что и не снилось обычному человеку. Повелевает силами, при одном упоминании о которых, маг более низкого уровня побледнеет от страха… Но, несмотря на это, не может ни на миг вернуть себе молодость. Феодосий вздохнул. Можно, как многие собратья по ремеслу носить личину юноши, можно носить личину зрелого мужчины, но вот нужен ли этот обман? Обмануть окружающих можно, но как обмануть себя?

35
{"b":"166125","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Контрзащита
1793. История одного убийства
Оруженосец
Хранитель персиков
Пистолеты для двоих (сборник)
TED-эффект. Как провести визуальную презентацию на видеоконференциях, YouTube, в Facebook и других социальных сетях
Depeche Mode
Принцесса под прикрытием