ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Depeche Mode
Мое проклятие. Право на счастье
Машина правды. Блокчейн и будущее человечества
Безмолвные компаньоны
Бешеный прапорщик: Вперед на запад
Притворись моей женой
Отвергнутый наследник
Эмпайр Фоллз
Кулинарная кругосветка. Любимые рецепты со всего мира

Тепшен освободил клинок и сделал шаг назад. Второй его противник, шатаясь, пошел на него. Лицо воина перекосилось от боли, щит высоко поднят, рука все еще сжимала тяжелый меч, но разрубленные мышцы вряд ли позволили нанести удар. Он повернулся к Кедрину вполоборота, и юноша видел, что нижняя часть куртки и меховые штаны варвара побурели от крови. Лицо Тепшена по-прежнему казалось восковой маской. Опасность, гибель противника — все это, казалось, не вызывало в нем никакого отклика. Похоже, это еще больше разъярило Рагнала. Он заревел, как бык, и снова бросился в атаку. И снова уроженец востока застыл и поднял меч.

На этот раз движения Тепшена были еще более скупыми и отточенными. Позволив Рагналу начать разворот, он лишь сделал шаг в сторону, уходя от его меча. Узкое лезвие опустилось и, обогнув снизу щит противника, по косой вошло в живот варвара. Задыхаясь, Рагнал беспорядочно взмахнул руками, и тут кьо снова развернулся и почти небрежно опустил клинок на незащищенную шею варвара. Голова Рагнала дернулась, опускаясь вперед, куртка мгновенно потемнела, напитываясь кровью, сквозь красные края раны показалась кость. Он упал на четвереньки, длинные волосы рассыпались, закрывая лицо и почти касаясь снега. Казалось, варвар смотрит на алую лужу, которая растекается под ним. Потом он упал и растянулся во весь рост. Его ноги некоторое время дергались, потом тело замерло.

Тепшен повернулся к Калару, и во взгляде друга Кедрин увидел угрозу.

Впрочем, не ему одному в этот миг показалось, что уроженец востока намерен разделаться с воинами Дротта. Калар сделал шаг назад, его руки сжали рукоять меча.

Кедрин видел, как Уайл повернул лук и прицелился в Тепшена. Вперед… одного прыжка хватит, чтобы, по крайней мере, помешать варвару пустить стрелу. И тут зловещую тишину прорезал сердитый хриплый рык. Смуглое лицо Калара посерело — это не могла скрыть даже грязь. Уайл заметно вздрогнул и опустил лук, его глаза округлились. Он что-то крикнул, Калар ответил, и Кедрин услышал в его голосе страх. Потом коротышка упал на колени, и руки его протянулись к Тепшену. Уайл ослабил тетиву. Варвары залепетали, перебивая друг друга, сначала указывая на Тепшена, потом на Кедрина.

— Они говорят — ты и правда хеф-Аладор, — перевела Уинетт. — Тепшен, твой гехрим, победил. Там, за деревьями — лесной кот. Он сказал им, что ты имеешь право ездить по Белтревану, и пригрозил, что возьмет их души этой ночью, если они не приведут тебя к Корду. Они клянутся тебе в верности… и верят, что только с тобой будут в безопасности.

Кедрин улыбнулся, но увидел, как варвары обнажили мечи и протянули ему на раскрытых ладонях. Это был знак высшего уважения.

— Скажи, что я принимаю их клятву, — ответил Кедрин. — Но не беру на себя обязанность кормить этого кота.

— Сегодня он получит свое в избытке — пробормотал Тепшен, косясь на трупы.

— А мы, — отозвался принц, — получим проводников к кургану Друла.

*

— Ты уверена?

Дарр был потрясен. Он бы с радостью отказал дочери, но не мог найти ни одной достаточно веской причины… кроме неприязни, которую он испытывал к Хаттиму Сетийяну.

— Да, уверена, — Эшривель склонила светловолосую голову. Как она похожа на сестру… и как ей не хватает здравомыслия и уравновешенности, которой отличается его старшая дочь.

— Я думал, тебе приглянулся принц Тамура, — проговорил король. Он надеялся выиграть немного времени, чтобы привести в порядок мысли. — В последний раз ты смотрела на него так благосклонно…

Едва он переступил порог Белого Дворца, как его словно подхватил безумный поток. И самое страшное, что он был не в состоянии хотя бы остановиться и обдумать происходящее. Сначала в Андурел прибыл правитель Усть-Галича — куда раньше, чем его ждали. Это напоминало магию — но в его свите не было ни одной Сестры. Кто мог поддерживать попутный ветер на Идре? Потом правитель слег… Вспомнив, как рано утром к нему прибежал с извинениями Мейас Селеруна, Дарр густо покраснел. Король так и не смог простить себе радости, которую при этом испытал. Но Сестра Тера каким-то образом исцелила Хаттима. Теперь она занимает почетное место в его свите. А галичанин, только встав на ноги, принялся с такой страстью ухаживать за Эшривелью, что привлек ее на свою сторону.

Если бы только Кедрин поехал на юг, а не в Эстреван… Конечно, он хочет исцелиться… но, может быть, Эшривель снова проявит к нему интерес? Это заставит Хаттима охладить свой пыл. Без сомнения, из Кедрина получится прекрасный муж. Что же до Хаттима… Как ни посмотри, но Дарр находил мало приятного в правителе Усть-Галича. Красив — несомненно, и для Эшривели это, похоже, главное. Он умеет одеться, у него изысканные манеры… словом, жених хоть куда. Но его непомерное тщеславие… Дарр по-прежнему сомневался, что Хаттим ухаживает за Эшривелью лишь потому, что влюблен в нее. Нет, его желание разжигает не только ее красота, но и высокая кровь, которая открывает путь к престолу.

— Кедрин Кэйтин мне симпатичен, — согласилась Эшривель, не скрывая раздражения, — и когда он бился с Хаттимом на траджеа, я действительно почувствовала к нему интерес. Но Хаттим — он уже не мальчик… и я его люблю.

— Он… несколько старше тебя, — Дарр коснулся медальона, знака королевской власти, который висел у него на груди, и погладил рельефную трехзубую корону, однако никакого вдохновения не ощутил.

— Значит, можно жениться только на ровесниках? — язвительно возразила принцесса. — Всего несколько лет… по-моему, это в порядке вещей.

— Он уже правитель Усть-Галича, — устало проговорил Дарр, теребя бороду. За последние месяцы ему изрядно прибавилось седины. — А принцессе Андурела пристало выходить замуж за сына правителя или короля. Выйдя за Хаттима, ты соединишь Андурел и Усть-Галич. Это нарушит равновесие. Ты помнишь, откуда пошел обычай женить сыновей и дочерей правителей? Ни одно королевство не должно возвыситься над другими.

— Отец! — Эшривель всплеснула руками, на глазах у нее заблестели слезы. — Я все это знаю. Это все знают. Но я люблю Хаттима… и кого ты можешь предложить вместо него?

— Есть еще Кедрин Кэйтин, — с надеждой произнес король.

— Он слепой, — отозвалась Эшривель и продолжала, прежде чем отец успел возразить: — И он уехал в Эстреван. Он может никогда не вернуться. А принц Кемм кривоногий, как все кешиты, и от него пахнет конюшней… Я думаю, лошадей он любит больше, чем женщин.

Дарр не мог сдержать улыбки. Эшривель была не так далека от истины. Он и сам подозревал, что Кемм не покинет своих любимых скакунов даже для такой красавицы, как его дочь. Кроме того, наследник Кеша не имел способностей к государственным делам. В правителе должны сочетаться гибкость и твердость… да и многие другие качества, которые Кедрин уже успел проявить.

— Я сомневаюсь, что Кедрин останется в Эстреване навсегда, — Дарр попытался провести атаку с другого фланга.

Эшривель накрутила на палец медовый локон и разгладила незаметную складку на розовом платье.

— Он слепой, — повторила она, — и слишком молод.

— Он уже отличился в бою, — жестко напомнил король. — Он убил предводителя Орды и спас Королевства. А возраст… в его годы уже женятся.

— Но он не Хаттим.

— Ты не хочешь даже подумать?

Это было похоже на попытку победить в проигранном сражении. Порой в Эшривели просыпалось упорство, которому позавидовала бы ее сестра.

— Может, подождать немного?

— Подождать? — Эшривель выпустила локон и взяла отца за руку. — Я люблю Хаттима. Мои чувства не изменятся, сколько бы времени не прошло.

Дарр рассеянно погладил ее руку. Какая нежная у нее кожа… и загар ее не тронул… Он пытался возражать, когда Уинетт объявила о своем намерении остаться в Эстреване и стать Сестрой. Он проиграл это сражение. Теперь перед ним другая дочь — не такая разумная, но столь же решительная… и она тоже поступит по-своему, что бы он не говорил, что бы не делал.

— Остается еще одна проблема, — нерешительно сказал он. — Мы свяжем Андурел с Усть-Галичем. Может, Хаттим откажется от своего Королевства?

56
{"b":"166131","o":1}