ЛитМир - Электронная Библиотека

Сгэйль плыл на боку, одной рукой поддерживая женщину, плашмя лежавшую на воде. Он был изможден и очень бледен.

— Сюда! — крикнул Лисил. — Оша, скажи, чтобы ялик подвели к нему.

Сгэйль на миг замешкался, приподнял голову. И, увидев ялик, стал грести с удвоенным усердием.

Оша, бросив гребцам несколько слов по-эльфийски, втиснулся рядом с Лисилом.

— Мы втащим женщину на корму, — бросила Магьер, оттеснив от борта Мальца и Винн, — а вы поднимайте Сгэйля.

Матросы-эльфы резко развернули ялик, скатившийся с очередной волны, затем подняли из воды весла. Сгэйль, сделав еще пару гребков, приблизился к ялику вплотную.

Магьер перегнулась через борт, но спасенная Сгэйлем женщина совсем обессилела и даже с чужой помощью не могла забраться в ялик. Один из эльфов опустился на колени рядом с Магьер, и вдвоем они переволокли женщину через борт.

Лисил ухватил Сгэйля за руку, Оша за пояс, и так они втащили его в ялик. Анмаглахк без сил рухнул на дно ялика, дрожащий и промокший до нитки.

— Одеяло, куртку! — рявкнул Лисил. — Хоть что-нибудь, чтобы его прикрыть!

Оша сорвал с себя плащ и укрыл им Сгэйля, а Магьер меж тем рылась в дорожных мешках. Одну куртку она перебросила Лисилу, а в другую закутала спасенную женщину. Винн начала было снимать с себя куртку.

— Не надо, — остановила ее Магьер. — У тебя под ней одна рубашка.

Матросы снова взялись за весла и стали усердно грести к берегу.

Лисил не без труда стянул со Сгэйля мокрую тунику и завернул его в куртку. Сгэйль, по-прежнему дрожа всем телом, откинулся на ящик под форштевнем, и Лисил укрыл его плащом Оши. Сквозь непрерывно стучащие зубы Сгэйль выпалил длинную тираду по-эльфийски.

Оша так и застыл, ошеломленно уставясь на него. Лисил не понял ни слова, но тон Сгэйля был понятен и без слов.

— Оша не виноват! — крикнула с кормы Винн. — И он нас не бросил!

— Не бросил, — почти сердито повторил Оша. — Мы нашли тебя… йоин.

— Не смей его винить! — рявкнул Лисил на Сгэйля. — Это ты, балбес этакий, в разгар боя прыгнул за борт! И Оша был не единственным, кто решил отправиться на поиски твоего бренного тела.

Сгэйль с трудом сел. Взгляд его скользнул по гребцам-эльфам и остановился на Магьер. Эльф смотрел на нее так, словно что-то искал в ее лице, а затем снова откинулся на ящик и обессиленно обмяк.

Лисил плюхнулся рядом с Ошей и помотал головой. Мгновение он наслаждался восхитительной идеей — швырнуть Сгэйля назад в море.

Но передумал.

* * *

Винн сидела, съежившись, на корме рядом с Мальцом и Магьер. Оглушительный треск, раздававшийся позади ялика, прекратился — пиратское судно уже скрылось под водой, но эльфийский корабль все так же медленно плыл, увлекаемый волнами… и все так же сгорал заживо.

Винн закрыла лицо руками, стараясь удержать слезы.

Опустив руки, она увидела, что остальные то и дело угрюмо оглядываются назад. Винн услышала шипение воды, соприкоснувшейся с пламенем, но не нашла в себе силы оглянуться.

Эльфийка, лежавшая у ее ног, хрипела и кашляла, но, судя по всему, должна была оправиться. Она легла на бок, свернувшись клубком, и начала почти беззвучно плакать.

Слезы были почти незаметны на ее треугольном лице, залитом морской водой.

Весь оставшийся путь до берега все сидевшие в ялике провели в молчании.

Когда эльфы-матросы сунули весла в уключины и выпрыгнули в полосу прибоя, Винн увидела на песчаном берегу еще три ялика. Неподалеку от них горели воткнутые в землю факелы. Лисил и Оша тоже выскочили из ялика. Подошли другие матросы, и ялик общими усилиями вытащили на песок.

Малец одним прыжком оказался на берегу, и Винн выбралась из ялика вслед за ним.

Она видела вокруг знакомые лица, хотя имен этих эльфов не знала. И очень обрадовалась, увидев, что хкомас жив. У него были обожжены левая рука и щека, но он этого, похоже, не замечал. Двое матросов поспешили помочь спасенной женщине выбраться из лодки.

Один из матросов чуть заметно склонил голову, когда Сгэйль, пошатываясь, выбрался из ялика, и Оша провел его на сухой песок.

Винн попробовала подсчитать уцелевших. Рядом с хкомасом держалась девушка с толстой косой и в несуразно больших башмаках — Винн уже знала, что это стюард хкомаса.

— Сгэйльшеллеахэ… — начал было хкомас и смолк.

Он не стал ни благодарить Сгэйля, ни рассыпаться в похвалах его отваге. Анмаглахки не ждут благодарности — уж это Винн усвоила за то время, которое провела в компании Сгэйля.

Далеко в море еще плясали над водой последние язычки пламени, пожравшего эльфийский корабль. Потом погасли и они. И Винн ощутила, как резко изменилось общее настроение, — на смену радости пришла глубокая скорбь.

— Да примут тебя предки и да сохранят, — прошептал хкомас, глядя в безжизненную темноту, которая простиралась за полосой прибоя.

Остро ощущая собственное бессилие, Винн одними губами повторила эту эпитафию живому кораблю.

Лицо хкомаса помрачнело, и он повернулся к Магьер.

— Кто это был? — резко спросил он. — Даже илладонцы не смеют так безрассудно нападать на нас… только для того, чтобы такой дорогой ценой убить Первенеан.

Магьер не поняла ни слова, однако ответила ему таким же гневным взглядом. Сгэйль не без труда поднялся на ноги и, заметно хромая, встал между ними.

— Ей известно не больше, чем нам, — сказал он.

— Я видел ее на палубе! — огрызнулся хкомас. — Она что-то чуяла на этом судне… и маджай-хи тоже.

— Теперь этот спор бесполезен, — отпарировал Сгэйль. — Ты успел отправить сигнал бедствия?

Хкомас не сводил с Магьер подозрительного взгляда:

— Да. Я связался с кораблем-побратимом нашего клана. Он почти в двух днях пути от Гайне Айджайхе… далеко к северу отсюда.

Сгэйль кивнул с некоторым облегчением:

— Они отправят сообщение в ближайший порт и найдут корабль поближе к нам. Помощь придет.

При этих словах девушка с толстой косой, стоявшая за спиной у хкомаса, беспокойно переступила с ноги на ногу и украдкой глянула на север.

Подошел Оша и сказал, обращаясь к хкомасу:

— Нам нужно спрятать ялики и увести всех подальше от берега, а еще позаботиться о раненых. Все прочее может подождать до утра.

После этих слов, сказанных спокойным, но твердым тоном, все притихли. Наконец хкомас кивнул. Магьер и Лисил молча наблюдали за этой сценой, и Винн вдруг стало совестно — она и забыла, что для них нужно переводить эльфийскую речь.

— Перескажу потом, — сказала она. — Оша хочет, чтобы мы убрали ялики с берега и укрылись подальше от моря.

Лисил окинул взглядом водную гладь:

— Он прав. Особенно если с того судна кто-то спасся и добрался до берега.

* * *

Оказалось, Чейн не позабыл, как нужно плавать. Когда-то, в детстве, этому его обучал отец, если только можно назвать «обучением», когда тебя швыряют в ледяное озеро, обвязав талию веревкой, чтобы вытащить в случае чего.

Чейн плыл на север вслед за Вельстилом, двигавшимся в нескольких метрах впереди. Плыл, надеясь, что, когда они выберутся на сушу, их никто не увидит и не учует. В плаще и с грузом за плечами плыть было нелегко, зато его не беспокоили ни холод, ни недостаток воздуха. Вначале Чейн по привычке, как когда-то при жизни, задерживал дыхание. Когда он все же нечаянно сделал вдох и открыл рот, в легкие хлынула вода. Чейн в панике закашлялся, однако это было всего лишь неприятное ощущение — никакой опасности для мертвеца.

И вот наконец в морской воде стало различимо дно.

По примеру Вельстила Чейн пробирался вперед, упираясь руками в дно, пока не стало совсем мелко. Тогда они вынырнули на поверхность, в полосу прибоя, — и насквозь промокший плащ стал в несколько раз тяжелее. Чейн вскарабкался на каменистый берег, согнулся в три погибели и изрыгнул из мертвых легких морскую воду. Когда он отвязал со спины дорожный мешок и снимал плащ, из воды вышли дикие вампиры.

54
{"b":"166657","o":1}