ЛитМир - Электронная Библиотека

— Скоро стемнеет, — отвлек его Странд, — так что не пора ли нам домой? А обо всем этом скажешь свое мнение, когда разберешься. Договорились?

— Хорошо, — с отсутствующим видом ответил Руффус.

По дороге они говорили ни о чем, старательно избегая скользких тем.

— Захвати-ка завтра снова с собой меч, — заметил маг на подходе, — хотелось бы посмотреть как ты им владеешь.

— А разве магам интересно заниматься такими обыденными вещами? — с попыткой изобразить сарказм ответил принц.

— Надо-надо, еще как, — на полном серьезе отреагировал Странд. — Если б ты только знал, сколько великих магов досрочно расстались с этим миром из-за подобного пренебрежения к вещам обыденным и приземленным. Один из моих компаньонов по войне с Селмением, кстати, погиб от того, что не подумал, обращаясь тетеревом и летая над полями, что на птицу могут охотиться. Короче, его подстрелили самой обыкновенной стрелой. Вообще, так уж выходит, что подавляющее большинство магов погибают от сущих случайностей, которых можно было бы избежать, относясь без презрения к обыденности.

На ужин было странное, но как и прежде очень вкусное блюдо из каких-то гигантских раков с гарниром из незнакомых злаков, приправленных мудреным соусом темно-коричневого цвета и напоминавшим на вкус жидкую соль. Странд назвал все это омарами с рисом и соевым соусом, но так как он не пускался в подробности и произносил все с видом декламации очевидного, Руффус порадовался хотя бы тому, что понятно как называется соус, а разбираться что было омарами, а что рисом, решил отложить до другого раза. Главное, что на вкус это было замечательно, особенно в сочетании со свежим пивом.

— Аврайа предложила мне полетать с ней.

— Нам всем очень повезло, что вам так быстро удалось найти общий язык. Это избавит нас от массы проблем и нервотрепки, — ответил маг между двумя глотками. — Обязательно соглашайся. Получишь кучу непередаваемых ощущений.

Главное, чтобы эти ощущения не оказались последними, без особого восторга подумал Руффус. По ходу всего ужина его все мучил один вопрос, но задать его все никак не удавалось.

— А какое место во всем этом занимают Валерий и Тиллий? — спросил наконец принц и почувствовал, несмотря на то, что прозвучало это как-то ни к селу ни к городу, облегчение.

— Валерий — мой бывший ученик, — сразу поняв, о чем, собственно, вопрос, ответил Странд. — Очень, кстати, талантливый, но ленивый. Он достаточно быстро стал великолепным чародеем, но почувствовав сложности в изучении других разделов магии, решил, что и чародеем быть неплохо, хотя я думаю, что он смог бы овладеть и магией силы. В общем, это я его попросил понаблюдать за происходящим в Эргосе, узнав, что там обосновался книжник Тиллий, перерывший все архивы и собрания магической литературы в Хаббаде, и явно что-то в них нашедший. Позднейшие события показали, что я, к сожалению, был прав. Этот недоучка нашел полное описание обряда овладения силой, сокрытой в вашей короне, и помог Серроусу пройти через это.

— Ты говоришь об этом, как о чем-то уже свершившемся, — удивился Руффус, — хотя, когда я уезжал, Серроус только получил корону и был совершенно нормален, разве что излишне нервозен. Ты уверен, что он уже успешно совершил обряд?

— Более чем, — на лице мага появилась недобрая усмешка. — Я получил что-то вроде привета от Селмения, так что сомневаться в его возращении к жизни не приходится.

— Ты… — принц не был до конца уверен, что хочет знать ответ на вопрос, который он не мог не задать, — хочешь сказать, что моего брата уже нет? Есть только наш общий предок?

— Это было бы слишком простым способом повлиять на формирование твоего мнения по поводу нашей сегодняшней беседы, — с наигранным сомнением поделился Странд, — но не хотелось бы заручаться твоей поддержкой с помощью лжи. Нет, твой брат все еще существует как личность, хотя Селмений и борется с ним. Все-таки отсутствие изумруда помогает Серроусу сохранять себя, но никому не известно, сколько он сможет сопротивляться. Я склонен полагать, что Селмений в конечном счете одержит окончательную победу. Это лишь вопрос времени. А сейчас — отправляйся спать, потому как завтра я не намерен тебе позволять отдыхать до вечера.

Спорить не приходилось и оставалось только последовать указанному пути, не углубляясь в обсуждения. Наверху он долго бродил по комнате уже раздевшись, не в силах заставить себя улечься. Слишком неуютно было в его голове новым мыслям и сведениям. Все эти идеи о том, что его брат может оказаться совершенно другим человеком, что правление бертийской династии было вовсе не столь прекрасным и безоблачным, как о том свидетельствовали пристрастные хроники, хранившиеся в Эргосе, а Строгги оказывается вовсе и не были узурпаторами трона, но только орудием, которое маги использовали для своих целей.

Неожиданно Руффус поймал себя на рассматривании книжной полки, стоявшей около кровати. На ней покоился среди прочих том, озаглавленный «Краткая история Хаббада». Почему-то ему показалось присутствие ее здесь совершенно неслучайным, но не желая разбираться, что и как надо делать, чтобы что-то получилось в чьих-либо интересах, он поддался этому неявному проявлению чужой воли, равно как и собственному информационному голоду. В конечном итоге, вряд ли будет хуже, если он просто получит несколько больше информации из другого источника. И он улегся на кровать с книгой в руках.

Чтение быстро захватило его. Было удивительно наблюдать, как события, с детства ему знакомые по Эргосским летописям, начинают выворачиваться наизнанку, представая совершенно в другом свете. Наивно было бы предполагать, что в этой книге все представлялось совершенно правильно, как впрочем и в знакомом уже варианте хаббадской истории, скорее всего, истина располагалась где-то посередине, но и при таком предположении принцу стало очевидно, что он не хотел бы оказаться подданным кого-нибудь из бертийских императоров. Похоже, что свержение его династии и впрямь следовало расценивать, как освобождение от очевидного зла, хотя освобождение это далось Хаббаду слишком уж большой ценой, а вину за это автор напрасно полностью возлагал на Гендера Третьего. (Эргосские летописи, естественно, придерживались совершенного противоположной точки зрения, но сегодняшние слова мага подтверждали тот факт, что его сторонники тоже не были безгрешны.) Забавно было читать, каким светлым и животворящим пытался автор изобразить образ Малойана. Все, конечно, понятно, что его нельзя было не показать героем-освободителем, тем более, что так оно, видимо, и было, но предавать ему черты непогрешимости — было явным перебором. Руффус склонен был полагать, что в той войне обе стороны не были особенно разборчивы в выборе средств и оценке последствий для конкретных людей, но история есть история. Она всегда рассказывается кем-то, отыскивающим в горах фактов лишь те, которые подтверждают его изначально сформировавшееся мнение, и для кого-то, кому надо внушить вполне определенный набор идей. Поэтому обычно так и выходит, что правда никого особенно и не интересует.

Остановившись лишь дойдя до описаний идиллической эпохи, наставшей после свержения бертийской династии, Руффус отложил книгу и погасил лампу, стоявшую в изголовье. Сказать, сколько сейчас времени он бы не смог, но явным было то, что попробовав завтра проверить, как он владеет мечом, Странд может удивиться, откуда у столь молодого человека может быть такая замедленная реакция, а посему он попытался заснуть побыстрее, не пытаясь сегодня же разложить все в своей голове по полочкам. К тому же он втайне надеялся, что может оно само все за ночь утрясется.

Засыпая, он вновь почувствовал разливающееся в голове приятное тепло, но на этот раз ему показалось, что у этого тепла есть лицо, черты которого ему знакомы, хотя разглядеть их никак не удается. В этот момент сон как-то очень уж резко навалился на него, не дав зацепиться за эту мысль, так что надеяться на то, что удастся ее запомнить, не приходилось.

* * *
24
{"b":"167103","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Прежде чем я упаду
До того как
Межконтинентальный узел
Не держи в себе
FreshLife28. Как начать новую жизнь в понедельник и не бросить во вторник
Икигай. Как обрести смысл вставать по утрам
Ниндзя с Лубянки
Большая книга японских узоров. 260 необычных схем для вязания спицами
Магия зеркал