ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Ну? Говори прямо.

— О, я хотел только сказать, что мне все это дело кажется удивительным. Если бросать куда камни, то лучше попасть в горшок соседа, чем моей матери! — Но, сударь, приказание есть приказание, и ничего больше!.. Послушай, Гвинея, приготовь пару лишних пыжей.

Гвинея молча кивнул только своей черной, курчавой головой.

Пират отошел задумавшись. Его предположение, по-видимому, имело основание. Этим людям было тяжело сражаться против прежних своих товарищей, и, конечно, только многолетняя привычка к слепому повиновению удерживала их на своих местах.

Вильдер в эту минуту сходил по лестнице вниз. Морской Разбойник позвал его.

— Вильдер, — сказал он, дружески обращаясь к молодому человеку, — я понимаю ваши чувства и ценю их по достоинству. Находящиеся на том корабле, может быть, ни в чем не повинны перед вами, и вам тяжело выступать против них как раз на этом судне. Я хочу кое-что для вас сделать. Я готов пожертвовать тем удовольствием, какое мне доставила бы победа над этим крейсером, и соглашаюсь с вами: мы уклонимся от встречи с ним, если это нужно для вашего душевного спокойствия.

— Вы уже не можете этого сделать, капитан, — возразил молодой человек, грустно покачав головой. — Теперь уже поздно.

— Вы ошибаетесь, мистер Вильдер, вы увидите. Этот маневр нам будет чего-нибудь стоить, но мы достигнем цели. Проводите дам в каюту, и вы увидите, как все переменится, пока вы успеете вернуться.

Вильдер молча удалился исполнять приказание. Меньше чем через десять минут он вернулся назад.

Он не поверил своим глазам, когда увидел, какая перемена произошла на палубе. На "Дельфине" теперь вместо французского флага развевался другой, с гербами Англии, и между обоими кораблями происходил обмен сигналами. Куда девалась вся огромная масса холста, перед тем укрепленного на мачтах и реях; оставались только брамсовые, а все прочие были убраны или висели вдоль мачты.

"Дельфин" переменил в это время свой курс и шел теперь прямо навстречу крейсеру, который в свою очередь убирал паруса. Но уборка производилась медленно, так как экипаж, вероятно, не доволен был тем, что от него уходил такой богатый приз.

— Без сомнения, — сказал капитан Вильдеру, — там не довольны тем, что враги становятся друзьями и что мы лишаем их удовольствия захватить нас в плен, как они, в свою очередь, надеялись. Но вы видите, как мы их водим теперь за нос. Они идут нам навстречу с полным доверием, и, право, очень соблазнительно было бы для нас этим воспользоваться, но, Вильдер, я этого не сделаю ради вас.

Молодой человек как-то странно взглянул на него, но ничего не сказал.

Между тем расстояние между этими двумя суднами уменьшалось с каждой минутой. Мало-помалу можно было различать не только общие контуры, но и отдельные предметы на борту. Так, постепенно выделялись пушки, люди, канаты и т. д., вплоть до некоторых мелочей.

Прошло еще немного времени, на крейсере засуетились, ход его замедлился, и тяжелый корпус окончательно остановился. Приблизительно тот же маневр был произведен и на "Дельфине". Каждый из членов экипажа спокойно и уверенно исполнял свое дело, несмотря на то, что "Дельфин" находился теперь прямо под выстрелами сильного противника.

Таким образом, разбойничий корабль, плавно покачиваясь на волнах, приблизился к англичанину на расстояние около ста футов.

Вильдер заметил, что бушприт "Дельфина" находится в уклончивом положении по отношению к крейсеру, и в этом он тотчас увидел обычную предусмотрительность пирата. Последний имел, таким образом, преимущество перед англичанином в том отношении, что имел возможность свободно маневрировать, если бы он был узнан, и вместе с тем мог всегда первый начать стрелять из своих орудий.

Едва только "Дельфин" поравнялся с крейсером, как с королевского судна был сделан запрос о названии и назначении корабля.

Морской Разбойник взял в руки трубу и сделал знак Вильдеру, предлагая ему присутствовать при разговоре.

— Сейчас комедия начнется, — сказал он вполголоса и затем проговорил в ответ:

— Крейсер его величества "Антилопа" — капитан Говард. Крейсирует в Вест-Индских водах без специального назначения.

— Ага, — прозвучало с крейсера. — Я так и думал, судя по вашим сигналам.

— А ваше назначение? — спросил в свою очередь Морской Разбойник.

— Военный корабль его величества "Дарт", возвращаемся из плавания к берегам средней Америки… Испанское море. Капитан… (имя трудно было разобрать) просит капитана Говарда сделать ему честь своим посещением.

— Что скажете, мистер Вильдер? — проговорил, смеясь, Морской Разбойник. — Каких-нибудь четверть часа назад вы считали невозможным не вступать в бой, а вот, как видите, мы дружески беседуем, и нас приглашают почтить корабль нашим присутствием.

Но Вильдер, по-видимому, еще не был уверен в том, что события складываются вполне благоприятным для них образом. Кто знает, какие последствия их ожидают, а потому он ответил с некоторым сомнением.

— На мой взгляд, это любезное приглашение создает нам только лишние затруднения. Не знаю, что вы предполагаете сделать. Неужели вы решитесь на такую безумную выходку и захотите в самом деле принять это приглашение?

— Ну, вот опять вы представляете себе все в каком-то невозможном виде. Невозможного вообще мало на свете, а в данном случае все очень просто, как вы сейчас убедитесь. Если хотите, милости просим с нами, если же вы боитесь…

Молодой человек прервал его и сказал, покраснев.

— Я ничего не боюсь, но одно я знаю наверное: в тот момент, когда меня увидят на крейсере, тотчас станет известно, что представляет собою "Дельфин" и какое его назначение.

— Да, это правда, я и не подумал об этом. Конечно, вы останетесь здесь. Я один нанесу визит легковерному капитану его величества. С этими словами он ушел в свою каюту.

Когда он появился снова, Вильдер не сразу его узнал и от удивления сделал шаг назад.

Морской Разбойник был одет теперь в форму настоящего командира королевского судна, со всеми отличиями, подобающими его рангу. Волосы его были причесаны иначе, чем всегда, лицо слегка загримировано. Вся его фигура приняла до такой степени иной вид, что даже Вильдер мог узнать его только по голосу.

Капитан тотчас заметил удивление Вильдера и улыбнулся.

— Не правда ли, меня трудно узнать? — сказал он. — Да, я сумею обмануть и более острые глаза, чем глаза честного Бигналя.

— Как? Вы знаете имя командира крейсера? — воскликнул Вильдер с удивлением.

— Напрасно вас это поражает, мистер Вильдер. Моя профессия такого рода, что я должен интересоваться многим таким, чем другие не интересуются. Может быть, нет такого офицера, который был бы так, как я, до мельчайших подробностей, осведомлен во всем, что касается королевского флота. Я знаю, что на борту "Дарта" нет ни одного человека, который бы знал корабль, носящий имя "Антилопа".

Этот крейсер недавно только приобретен и оснащен, а в настоящую минуту он находится на дороге в Ост-Индию. Между тем "Дарт" уже несколько лет как оставил Европу и крейсировал все время у американских берегов. Ну а что касается меня лично, то, конечно, я сумею не возбудить подозрений. Если вы хотите заглянуть вот в эти бумаги, то увидите, что я принадлежу к знатной английской семье и что мое производство в капитаны состоялось уже после отплытия "Дарта" из Англии.

— Да, все это прекрасно придумано… Но скажите, капитан, с какой целью вы находите нужным разыграть эту комедию?

— Вы хотите знать, с какой целью, — повторил он задумчиво. — Может быть, я имею в виду при этом посещении убедиться, что я немного потерял, отказавшись от битвы в угоду вам. Может быть, тоже… впрочем, об этом я пока умолчу. Но это приключение, во всяком случае, меня особенно интересует.

— Но оно представляет и особую опасность, капитан?

35
{"b":"167161","o":1}