ЛитМир - Электронная Библиотека

Зрение окончательно восстановилось и Мердок, медленно обернувшись, увидел, наконец, тех, кто так стремительно захватил его корабль. Их было трое. Один человек и два громадных мутанта. Человека, впрочем, тоже можно было принять за киборга. Тем более что у него осталось своих только по одной руке и ноге. Вторые ему заменяли вживленные механические протезы, также впрочем, как и глаза, вместо которых стояла высококачественная оптика. В правой полусогнутой руке он держал, направив ствол в потолок, тяжелый штурмовой «Тагет Эф-Эс 20». Оснащенная множеством сервоприводов эта помесь ружья, пулемета и лазерной винтовки имела еще и автоматический подствольный гранатомет, являясь хоть и довольно тяжелым, но весьма серьезным оружием. Прелесть же ведения огня в тесноте корабельных помещений заключалась именно в возможности использования «Тагет Эф-Эс 20» как автоматического ружья стреляющего «мягкими» пулями большого калибра. Пуля сделанная из свинцово-графитной смеси и покрытая керамической оболочкой с линиями разрыва в ближнем бою имела довольно высокий останавливающий эффект, являясь в тоже время безопасной для внешнего корпуса корабля. А возможность использования зарядов со свинцовой или пластиковой картечью превращало «Тагет Эф-Эс 20» в жестокое и разрушительное для всего живого и внутренних переборок орудие. Спутники человека, одинаковые словно близнецы, походили скорее на огромных сказочных троллей с гипертрофированной мускулатурой и покрытыми рогами кевларовыми шлемами, прячущими под собой маленькие головы на коротких шеях.

– Мы уже здесь. А вы даже не понимаете, где находится ваш корабль. Вам не откуда ждать помощи. У вас маленький выбор, – человек улыбнулся, и улыбка эта была искренне дружественной, – И, как я уже сказал, мы не имеем ничего против вас.

* * *

Утро принесло изменение погоды. Влажность стремительно повысилась. Сильный, близкий к ураганному ветер, закручивал хоботы смерчей, перемешивая коктейль из черных, тяжелых туч. Его порывы, дико завывая у входа в пещеру, забрасывали укрывшихся там крупными маслянистыми каплями измороси. Резкое падение температуры воздуха заставило гурян одеть тонкие термокостюмы с системами климатического контроля. Хаттар, распаковав строительных роботов, дал им несколько заданий. Компактные механизмы засуетились по пещере, спиливая выступы, устраивая удобные для хранения оборудования ниши и сужая огромный вход в пещеру.

– Распакуй систему связи со сканером частот, а я прогуляюсь, – Толл, проверив свой карабин, поднялся, – Посмотрю, может, в такую непогоду они сидят по домам.

– Поешь сначала, – Майти распаковывал комплект сухого пайка.

– Нет. Я пойду пешком, а натощак лучше бегается.

Когда Хаттар выбрался из-под прикрытия пещерного свода, беснующийся ветер едва не свалил его с ног. Поудобнее перехватив карабин, гурянин наклонился вперед и, превозмогая напор стихии, трусцой побежал в сторону замеченного ранее подъема на скалы. Вскоре начался дождь, переросший в ливень. Тяжелые капли буквально сливались в единый поток, обрушивающийся на землю. Каменное плато превратилось в мелкое озеро, с уровнем воды ниже человеческого колена. Но зато стих ветер и бежать стало даже легче. Поэтому Толл достиг цели быстрее, чем рассчитывал. Узкая расщелина с полого поднимающимся к вершине дном превратилась сейчас в бурный клокочущий поток. Гурянин попытался подняться, упираясь руками в противоположные стенки, но через десяток метров вода все же сбила его с ног и словно в желобе аквапарка вынесла назад на залитое плато. Хаттар нашел у скальной стены место повыше и, прислонившись спиной к камню, стал ждать. Архтанга была к нему сегодня милостива, потому как примерно через час ливень вновь сменился обычным дождем, и поток в расщелине сразу сник, потеряв свою мощь. Толл, неспешно перебирая руками начал аккуратно подниматься вверх. Как ни ослаб поток, гурянин прилично вымотался к тому времени, когда забрался на плоскую, отполированную ветрами и дождями площадку. Скала, образовав здесь некое подобие неширокой, но длинной террасы, поднималась дальше, но забраться выше не представлялось возможным. Не выпрямляясь, он, словно диковинная ящерица, прополз к краю площадки и залег там, рассматривая открывшийся взору пейзаж, знакомый по виртуальной карте созданной орнитоптерами. Нескончаемая гряда скал стоящих, словно крепостная стена вдоль побережья оказалась, несмотря на приличную высоту, совсем узкой в поперечине. А за этой грядой, спрятавшись в глубокой котловине, сквозь серую пелену дождя просматривался не то небольшой город, не то большая укрепленная база. Каменные строения, отчасти вырезанные в скалах, отчасти сложенные из составляющего их камня, почти сливались с окружающими природными высотами. Не было видно никакого движения, лишь ветер трепал редкие, чахлые растения, чудом росшие среди камней то тут то там. Однако Хаттару не оставалось ничего другого, как наблюдать, в надежде получить хоть какую-нибудь информацию о противнике. Поэтому он, поудобнее устроившись, приготовился к долгому ожиданию.

* * *

Майкл лежал на огромной кровати умиротворенный и «растекшийся» после бурного утреннего секса. Соя, положив голову на его плечо, выглядела сейчас сытой кошкой, даже что-то тихонько напевала, словно мурлыкая. Выбравшись из ее нежных объятий, Стингрей на подгибающихся ногах поплелся в душ. Тугие, холодные струи смыли приятную слабость, возвращая утраченные силы. Выключая воду, Майкл почувствовал приступ волчьего голода.

– Я приготовил тебе маленький сюрприз, – он достал полученную накануне от Гаррета новую электронную книжку и снова прилег к остающейся в постели жене, – Его звали Хельгмар. Здесь еще один его стишок. Посмотри.

Перевернувшись на живот, Соя активировала книжку.

Свечка горит на столе, в доме тепло.
Собака лежит у ног, виляя хвостом.
Кажется, будто бы все как всегда хорошо,
Но мысли мои не здесь и совсем не о том.
Мысли и чувства кружатся листвою в осеннем саду.
Разум – садовник напрасно пытается их победить,
Ночью, как волк я готов долго выть на луну,
Днем понимаю, что некого в этом винить.
Ветер – бродяга коснется тихонько щеки,
Дым сигарет, как мечты на клочки разорвав.
Счастья мгновения неповторимы и страшно редки.
Понял я это, лишь жизнь на гроши разменяв.
Свечка сгорит, и дома ей не согреть,
Для этого нужен большой и жаркий камин.
Но души людские способна она отпереть,
Теплее их сделать, сама превратившись в дым.
Хотел бы я быть той свечкой в твоих руках,
Что сердца коснется теплом своего огонька.
Дыханье твое ощутить у себя на губах.…
Но вновь ты с другим, и опять как Луна далека.

– Слушай, мне уже жаль этого бедолагу. Он, видимо, слишком закомплексован. Или у него другие проблемы. Что, он с ней напрямую поговорить не в состоянии? – Майкл про себя подумал, что не зря попросил Роя поискать еще какие-нибудь данные биографии, кроме полученных имени и еще одного стиха.

– Может, она не свободна. Может они в разных жизненных слоях. Да мало ли причин, – женщина отложила книжку, вновь переворачиваясь на спину, – Спасибо за подарок. Ты не сможешь присылать мне известия о себе?

– Если все пойдет хорошо, то нет, – мысли о начинающейся уже сегодня миссии, словно холодный душ смыли воспоминания об утренних минутах счастья, – Не волнуйся. Все будет как всегда хорошо. Просто мы немного побудем в разлуке.

16
{"b":"167179","o":1}