ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Приняли предложение Михаила: составлять эвакуационные списки доверят искусственному разуму под контролем совместной германо-русской комиссии, которая в свою очередь войдет в прямое подчинение главам государств.

Разумно. По крайней мере, мы избежим коррупции, которой так опасался Удав Каа. Приоритет отдавался молодым людям до тридцати двух лет, женатым, имеющим детей и обладающим необходимым образованием или рабочей квалификацией. Семьи военных тоже должны быть вывезены в первую очередь: никто не желал бунта в армии. Интеллектуальная элита, крупные ученые, талантливые управленцы. Профессиональные полицейские — обязательно. Все они входили в приоритетный “список номер один”.

Было решено в обязательном порядке вывозить культурные ценности — осуществление этой программы возлагалось на специально создаваемый отдел при ведомствах адмирала Бибирева и рейхсминистра безопасности Эрнста фон Эшенбурга. Музеи, библиотеки, важные для национального самосознания памятники, зашла речь даже о разборе и эвакуации некоторых исторических зданий. Но это — потом, перво-наперво необходимо спасти тех, кто начнет выстраивать почти с нуля наши государства в чужих мирах.

Пригласили выступить Веню Гильгофа, как человека, отвечающего за “гермесское направление”. Ничего нового я не услышал — доктор всерьез опасался, что планета небезопасна и мы рано или поздно столкнемся на Гермесе с весьма значительными проблемами. Вечно настороженный Бибирев доктора поддержал и сказал, что, пока не будут проведены комплексные исследования, заселять Гермес довольно опасно, но тотчас столкнулся с оппозицией — победило мнение, что трудности следует решать по мере их возникновения.

Никто не воспринимал всерьез версию о том, что человечество в этой Вселенной не одиноко, — за столетия мы сами себя убедили в собственной исключительности. Феномен “чужого разума” в расчет не принимался. Инопланетян не существует или они живут слишком далеко — другого мнения быть не должно. Отряды сил обеспечения отправятся на Гермес уже в сентябре и начнут создавать необходимую инфраструктуру в незаселенных северных областях обоих материков.

— …Что, нет пророка в своем отечестве? — рассмеялся Бибирев, подойдя к нам по окончании конференции. — Вениамин Борисович, нельзя так пугать политиков. Вас сразу восприняли как врага народа. Точнее, как врага двух народов.

— Но ведь это правда, — огрызнулся Гильгоф. — Доказательства налицо, а игнорировать их — самоубийственно!

— Никто не спорит. Я тоже испытываю нешуточные опасения… Кстати, давайте заглянем в комнату отдыха и спокойно поговорим о ближайших планах. Идем. Сергей, вы отчего такой унылый?

— Шею натер, — честно признался я, коснувшись пальцами жесткого стоячего воротничка мундира. — Будто в ошейнике ходишь. И сабля эта долбаная… Извините.

— Да, морской кортик гораздо удобнее, — согласился адмирал. — Ничего не поделаешь, этикет. Впрочем, официальная часть закончилась, можете расстегнуть крючки на вороте и снять перевязь… Та-ак, а кто залезал в мой личный бар? Доктор, ваша работа?

— Конечно, моя, — непринужденно ответил Гильгоф. — Ваше высокопревосходительство сами указывали, что в экстренных ситуациях я могу свободно пользоваться неприкосновенным запасом.

— Что же такого экстренного случилось? — поднял брови Бибирев.

— Господин Казаков подал идею. Реализуемую.

— В таком случае садитесь к столу и рассказывайте! Я всегда с оглядкой относился к вашим совместным идеям, поскольку ничего, кроме неприятностей, они не приносят. Но чем черт не шутит!

— Зря вы так, Николай Андреевич, — ухмыльнулся Веня. — Господин капитан наделен даром связывать не-связываемое, а я умею выделить искорку разума даже из самого кромешного бреда!

— Еще посмотрим, кто именно тут бредит, — проворчал я в ответ. — Это ведь надо было додуматься — ловить зеленых человечков на живца!

— Как? — переспросил Бибирев. —Значит, рыбалка прогрессивным методом Гильгофа? Я вас слушаю, господа…

* * *

Весь следующий день пришлось заниматься делами, а именно беготней между технической группой, управлением кадров и отделом снабжения. Тут попомнишь слова ненавидящего бюрократию Удава: “Империи губят не варвары, а чиновники и инструкции”. Вроде бы в бибиревском ведомстве вполне можно обойтись без долгих согласований и лишней волокиты, но попробуйте-ка сами сформировать новое боевое подразделение и поймете, что вашим главным врагом является отечественный бюрократ, а не слюнявые чудовища из фантастических фильмов.

Приказ адмирала о формировании группы под моим командованием был подписан еще весной, но его реализацию пришлось отложить в связи с событиями на Гермесе. К августу я все-таки составил списки людей, снаряжения и оружия, передал их по инстанциям, после чего всё и завертелось. Уму непостижимо, сколько требуется усилий для того, чтобы собрать вместе полтора десятка людей и оснастить их всем необходимым.

Насущный пример: поскольку мы числимся в штате министерства обороны, вооружение должно соответствовать утвержденным стандартам. Это невзирая на то, что арсенал “Франца-Иосифа” доверху забит любым оружием на выбор — для каждого бойца там отыщется наиболее удобный и привычный образец штурмовой винтовки или боевого костюма. На балансе, однако, они не числятся, следовательно, использовать — нельзя. Извольте получить снаряжение на всю компанию у снабженцев, поставить автограф под сотней бумажек, пройти дополнительный инструктаж, сдать технику безопасности, направить запросы на перевод нужных мне бойцов в их подразделения и так далее, и так далее…

Самое печальное в том, что даже адмирал пока не может мне помочь — он обязан подчиняться системе, созданной его предшественниками и им самим. Очень надеюсь, что в связи с чрезвычайностью нынешнего положения впредь подобные вопросы будут решаться гораздо быстрее. Бибирев уже подготовил надлежащие распоряжения. Никакой бюрократии, лишь четкое исполнение приказов — совсем как на принадлежащей Удаву “Кидонии”.

К вечеру я устал как собака и был зол на весь окружающий мир — если бы в моем присутствии еще хоть раз произнесли слова “директива”, “предписание” или “инструкция”, убил бы мерзавца на месте с особой жестокостью. Церемониальной саблей. Будто не XXIII век на дворе, а византийское средневековье.

Надо было срочно отвлечься, а потому я набрал на панели пневмотранспортера код тридцать шестого уровня “Кронштадта”, болид пронесся по тоннелю и остановился у терминала блока “Юпитер”, где располагался исследовательский центр.

Охрана солидная, все-таки здесь сосредоточено большинство самых важных тайн Империи. Отдел биологической безопасности похож на крепость — герметичные шлюзы, наблюдение осуществляется за каждым уголком, я заметил автоматические парализаторы, способные мгновенно лишить сознания любого непрошеного гостя, в случае если таковой вдруг прорвется через внешний периметр постов. Хранящиеся в ОББ материалы слишком опасны для того, чтобы допустить самый минимальный риск.

Я прошел в отдел беспрепятственно и едва не заблудился. Пришлось обращаться к охраннику:

— Где можно найти господина Крылова? Николая Крылова? Знаете, такой светленький с…

— Прямо, шестая дверь направо с надписью “Без специального допуска вход категорически запрещен”, — перебил блюститель, и, как мне показалось, в его голосе проскользнула скрытая неприязнь. — У вас, господин штаб-офицер, с допуском все нормально, любые отсеки доступны для посещения. Только будьте осторожны.

— Это почему? — поинтересовался я.

— Просто будьте осторожны.

Судя по всему, предостережение касалось именно Крылова. Господи, что он еще натворил?

Замок идентифицировал карточку, я приставил глаз к окуляру сканера, считывающего рисунок сетчатки, индикатор сменился на зеленый. Овальная дверь отошла в сторону.

Я подсознательно ожидал увидеть внутри чешуйчатого лупоглазого монстра, в которого превратился Русланыч, но реальность оказалась вполне прозаичной. Коленька, одетый в стандартную темно-голубую униформу сотрудника отдела, сидел перед голографическим проектором, увлеченно гоняя трехмерную игру-стрелялку. Обернулся на звук.

166
{"b":"167180","o":1}