ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

  Один за другим дети становились на указанное Сестрой место и их восхищенные возгласы свидетельствовали о том, что из хаотичных красочных пятен удавалось вычленить божественный силуэт.

  Богиню увидели все. Кроме меня. Сколько я не смотрела, до рези в глазах, до головной боли, до дурноты - яркие мазки оставались беспорядочными ляпами. И только.

   - Смотри внимательнее, Одиф*фэ. Разве ты не видишь? Вот же она? Как ты можешь не видеть?

   - Она ничего не видит, потому что она грязное отродье Слепого Ткача, - выкрикнул кто-то из мальчишек.

  ***

  Ненавижу чувствовать себя исключенной. Ненавижу!

  Стоя посреди впечатлённой, восторженной толпы, накрытой бешеным восторгом; среди горящих глаз, разгоряченных тел, я чувствовала себя одинокой как в далеком детстве, когда все, кроме меня, узрели Богиню, подающую благодать, а я тупо уперлась носом в глухую стену. И ни как не понять, в чем секрет.

  Не дожидаясь, пока смолкнут овации, я накинула плащ и покинула ложу в состоянии крайнего раздражения.

  'Смотри внимательнее, Одиф*фэ... вот же она?'

  Одиф*фэ...?

  Голова закружилась. Я остановилась, придерживаясь за перила.

  Одиф*фэ!

  Меня звали Одиф*фэ Сирэн*но. И что из этого? Выходило, что ничего. Больше ничего, кроме имени, как не старалась, вспомнить не могла.

  ***

  Двери распахнулись. Толпа хлынула, стекая вниз по лестнице. Гомон голосов, звук стучащих каблуков заполнили пространство. Стало совершенно неважным, кем я была или не смогла стать в прошлом. Нужно выполнить то, зачем пришли.

  Лицо мужчины средних лет из толпы удалось выхватить сразу. Рядом с ним вышагивала привлекательная брюнетка в лиловом платье, одной рукой опираясь на спутника, а второй придерживаясь за витые, кованые перила. Толпа была настолько плотной, что люди, как солдаты в строю, спускались вниз плечом к плечу.

  Сердце стучало в ускоренном ритме. Рука крепче сжала кинжал, запрятанный в длинном рукаве. Расправив складки пышного капюшона из легкой газовой материи, покрывающей голову наподобие шлема, я нырнула в людскую гущу. Оказаться рядом с намеченной жертвой, направить в сердце сталь и Силу казалось не сложным. Острый клинок нашел сердце. Быстро свернувшаяся в сгустки под действием исходящего от руки жара, кровь закрыла рану, как тампоном.

  Через мгновение людской поток увлек меня в сторону. Спутница убитого не сразу поняла, отчего он остановился, охнув. Раздались крики, послышался пронзительный визг.

   - Что происходит? - продребезжал чей-то голос.

  - Да кому-то стало плохо. Немудрено. Здесь душно, - прозвучало в ответ.

  Миа*рона я дожидалась в карете. Оборотень не заставил себя долго ждать.

  - Трогай, - велел он вознице.- Сработанно чисто, - это прозвучало уже для меня. - Потребовалось время, чтобы дурачье сумело понять: с Даринь*оном приключился отнюдь не сердечный приступ, - посмеиваясь в пышные фестоны кружевного шейного платка, произнес недюдь. - А ты, как всегда умница, Красный Цветок.

   - Меня зовут Одиф*фэ.

  - Что? - нахмурился он.

   - Одиффэ - мое имя. Мое настоящее имя...

   - Двуликие! Да какая разница, как тебя зовут? - дёрнул он бровью. - Кому это надо?

  ***

  На следующий день Миа*рон предупредил:

   - Готовься. Вечером предстоит сдать небольшой экзамен.

  Ближе к десяти часам принесли черную одежду, 'обливающую' тело с ног до головы, словно вторая кожа. Фигуры, одетые в точно такие же наряды, жестом приказали следовать за собой, как только я облачилась в мрачное, вызывающее одеяние.

  Меня привели в зал.

  Внизу лежала уже знакомая арена с изображением звероподобного Пожирателя Плоти. По обе стороны статуи молчаливо застыло с полсотни черных фигур.

  Зверь возлежал на подушках, обтянутых чёрным атласом, в беспорядке разбросанных по полу. Жестом он приказал мне сесть рядом. Я повиновалась.

  Низкий грудной голос Миа*рона заполнил гулкое пространство:

   'Ну, Тени, сегодня я представляю вам шанс немного развлечь меня. У меня этакий душевный зуд, можете назвать его капризом: хочу видеть хорошую драку, в которой противник зубами отрывает противнику уши. В вашей партии шестьдесят человек. В то время как мне нужно не больше пяти боеспособных новобранцев. С самого начала я предупреждал: в 'Дом Теней' ведёт много дорог, но выйти можно только одним путем. Тогда никому не захотелось уточнять, каким именно, правда? Но думаю, не стоит скрывать правды теперь: выходят отсюда вперед ногами. Что-то подсказывает мне, что желающих пойти добровольно на тот берег Вечной Реки, нет? Что ж? Тогда деритесь. Деритесь, как демоны или как боги. Деритесь, как умеете. Деритесь за свою жизнь! Используйте приемы, которым обучали вас здесь или где-то ещё. Мне, если честно плевать, что вы станете делать. И безразлично, кто из вас выживет. Скажу напоследок ещё: настоящий воин всегда помнит, что бой это не танец, рассчитанный на зрителя или сбор аплодисментов. Бой это проще, азартнее и страшнее. Суть боя проста. Нужно выжить и для этого уничтожить противника. Обнажить сталь! Вы больше не товарищи и не братья. Вы - враги. Врага нужно уничтожить! Убить! Да придет Светлая Ярость!

  Судя по тому, как яростно схлестнулись между собой мальчишки, Светлая ярость не пришла, а прилетела.

  Это был ужасно. Молчаливая и беспощадная борьба. Клинки, кинжалы, стилеты, голые окровавленные руки, смертоносные выпады, отходы и новые выпады.

  Сталь свистела и - нет, - не визжала - пела, входя в плоть. Кто-то падал. Кто-то продолжал драться.

  Поначалу кровь вызывала во мне вполне понятное отвращение. Дурнота накатывала тяжелыми волнами. Но потом стало происходить что-то совершенно невероятное, непонятное, неожиданное и неприемлемое. Чужая боль пьянила как вино; поднимала, словно крылья. Чужая ярость, чужая смерть дарили непередаваемую остроту ощущений. Никогда в своей жизни я не принимала дурманящих средств, но думаю, что те, кто грешил этим, испытывали нечто подобное: экстаз, радость, бешеный прилив сил и энергии.

  Жадно наблюдая за сражением, я жалела о том, что одежда на темных альфах черная. Ткань скрывала то, что мне казалось видеть в первую очередь: кровь!

  Алое, расплывающееся на белом, - что может быть прекраснее?

  В то мгновение все Тени виделись сильными, смертоносными, прекрасными и желанными. Сама Смерть не могла хотеть их сильнее, чем хотела я.

  Не помню, как оказалась на арене, в самой гуще драки. Возможно, что увлеченная событиями, сама шагнула за парапет. Но очень может статься, что мой злой гений помог мне спуститься вниз.

  Оглушенная падением, неожиданным поворотом событий, рывком превращенная из зрителя в действующее лицо я с диким криком рванулась вперед. Ножи свистели и едва удавалось уходить в сторону, скользить на ту сторону мира, где люди двигались медленнее, кинжалы передвигались со скоростью улитки, будто рассекали не воздух, а кусок теста. Но даже там, в замедленном режиме, клинков было много. Слишком много. Все не отвести.

  И тогда вокруг меня плотной стеной вырос огонь. Он разбегался в стороны, словно круги по воде. При соприкосновении с ним железо легко плавилось и шипело, стекая на пол, оставляя после себя черные пятна.

  Стоя в эпицентре огромной ветровой воронки, я чувствовала, что замерзаю. Холод рвал тело на части, в то время как по сторонам разбегался не лёд, а пламя. Один огненный вал, второй, третий...

  Огонь уничтожали все: сталь плавилась, плоть обугливалась.

  Никто не дрался между собой. Все сплотились против единого врага - меня. Кое-кто делал попытки отступать, но проснувшийся во мне демон был неутолим и беспощаден.

  Перешагнув очерченный огнем рубеж, ловко выхватив оружие у нападающего, я воспользовалась им в рукопашной, слишком окрыленная Силой, чтобы думать о последствиях. Сталь упоенно вошла в тело. Горячая жидкость потекла по отливающему синевой острию, коснулась пальцев и, зашипев, исчезла - поры жадно впитали её в себя.

9
{"b":"167230","o":1}