ЛитМир - Электронная Библиотека

— А почему они тогда птицееды? Раз они сами — «птички»? — Расти передергивал лопатками. Когда такое за спиной бегает, как-то зябко становится.

— Потому, разумный ребенок, что на Скальном материке ничего кроме птиц не водится. Там огромные гнездовья в скалах, но не до всякого гнезда можно добраться. Вот и выживают. Птички. Если бы птицы не умели летать, то птицееды вымерли бы от голода, съев все, что движется. Почему самцов не приручают, рассказывать?

— Не. Я понял. Ноги не спрячешь.

— Правильно, Расти. Именно поэтому. Как думаешь, Нэрьо, гномы могли пойти на такое… преследование? С последующим обедом?

— Вряд ли. Смотри, впереди телеги.

— Это мы все видим. Наши дорогие и незабвенные «плащеносцы», наконец-то! — Ар Ктэль подобрался в седле и поторопил Пегаша. — Есть у меня одна идея. Но времени её излагать нет. Давайте-ка их нагоним.

Отряд нагнал телеги. Дорога не располагала к поездкам толпой. В этом месте и две встречные повозки с трудом бы разминулись. Один из возниц хлестнул хворостиной мерина и покатил вперед и в сторону, давая дорогу всадникам. Даэрос придержал коня, пропуская спутников вперед, и обернулся к любезным плащеносцам, которые дружно желали доброго дня проезжим господам.

— Добрый, добрый. Знать бы еще насколько этот день — добрый… — Полутемный вел себя, если не вызывающе, то очень странно. Обозникам его пристальное внимание не нравилось. Но он пошел и дальше. — Расти, прими коня, я хочу поговорить с этими людьми. — Даэрос спешился и пошел рядом с телегой.

«Опять что-то „решил“». Нэрнис смотрел на брата и восхищался. «Сейчас что-то новое вытворит». Он не ошибся. Полутемный шел рядом с телегой молча, никакого разговора не начинал и не сводил глаз с возниц. Плащеносцы почувствовали себя совсем неуютно. Один из них, тот что был на второй телеге, все-таки не выдержал.

— И что тебе… — Начал он, но запнулся: сосед-возница немедленно пихнул его локтем в бок.

Даэрос хмыкнул — вот и еще одно доказательство: ни один здешний человек так к эльфу не обратился бы. Пришлось сделать вид, что оговорка осталась незамеченной:

— Глупый вопрос задавать? Вы в Дрешт?

— В Дрешт. Благороднейший. Куда же еще? — Ответил тот, что договаривался в трактире с гномами. Он натянул вожжи. Вторая телега тоже остановилась. — А что Вас так заинтересовало? Вы как-то уж так на нас смотрите… Пристально очень. Может, спутали с кем?

Вдалеке раздался топот копыт. Кто-то несся по дороге бешеным галопом. Такой всадник точно остановиться не успеет. Всадник и не успел бы. А Айшак успел. Он вылетел из-за поворота, почти вспахал дорогу всеми четырьмя копытами и ткнулся Полутемному мордой в живот. На плече кровоточила свежая рана. Кто-то распорол Айшака, и Даэрос прекрасно понял кто. Расти вовремя прикусил язык. Сульс остолбенел. Нэрнис удивленно поднял бровь. Да и сам Даэрос не выглядел невозмутимым. Просто замечательно, что Айшак не умеет говорить и не орет «Здравствуй, Ар Ктэль, давно не виделись!» Удивление, оно везде и всегда — удивление. Попробовал бы кто не удивиться, если в живот тычется невесть откуда взявшийся лошак.

Нэрнис воспользовался случаем, спешился и сделал то, что и надо было сделать — изобразил впечатлительного Светлого:

— О! Это несчастное животное ищет защиты у эльфов! Ты сможешь ему помочь? Или мне посмотреть, что у него за рана?

Возницы тоже были удивлены. Самый разговорчивый, их предводитель, не удержался и высказался вслух:

— Ну, надо же, старый знакомый! Видели мы уже этого лошака. Только тогда он почти дохлый был. Видно, сбежал от хозяев. Что же это его так сильно пугануло-то, а?

— От хозяев, говорите? — Даэрос смотрел на плащеносца с деланным подозрением. — А сколько было хозяев? И, кстати, как Ваше имя? Назовите любое, надо же к Вам как-то обращаться.

— Сорэад. — Не долго думал возница. — Четверо их было. А лошак… вроде как девица ему хозяйка.

Нэрнис чуть не ойкнул. Хорошо ещё, что ни Сульс, ни Расти понятия не имели под какими именами эльфы и Пелли покидали Малерну. Как-то к слову не пришлось.

Полутемный даже не вздрогнул:

— Какое интересное имя. Похоже, что — настоящее, Почтенный Сорэад. Так вот, что я Вам скажу, Вам и вашим друзьям… — Даэрос принял к сведению: фантазия у людей бедная. А брать имена недавних встречных еще и глупо. — Это несчастное животное чудом избежало смерти. И не берусь утверждать, кто из его четверых хозяев остался в живых. Возможно, что — никто.

Возницы переглянулись. Третий мужчина покинул дальнюю телегу и подошел поближе. Полутемный распорядился:

— Расти! Не трясись! Отдай Сульсу Черенка, садись на Чалого и уводи Пегаша в поводу. Жеребцы сбесятся, если мы будем стоять на месте. Видишь, у них не то настроение.

Настроение у жеребцов и впрямь было «не то»: явился поганый лошак, значит сейчас будет лягаться и гонять.

— Странно жеребцы себя ведут. — Заметил новый Сорэад.

— Ничего странного. — Полутемный счел, что все складывается удачно и плащеносцы достаточно заинтригованы. — Жеребцы чувствуют запах. Лошака пытался задрать птицеед. Но, видимо, еды было слишком много, вот счастливчик и спасся. Несчастный, его до сих пор трясет! — Даэрос с удовольствием отметил, что люди побледнели. Эти четверо путешественников знали гораздо больше о разных тварях, чем Сульс и Расти. Тем лучше.

Он трепал Айшака по холке и размышлял. Айшака действительно трясло: бока в мыле, дыхание заполошное. Айшак, конечно — диковинная тварь, но походить ему после скачки не помешает. Интересно, «девочка» получила копытом или нет?

— Здесь… птицеед? — «Сорэад» уставился на Даэроса.

— И недалеко. — Ар Ктэль решил, что остановка затянулась. — Поторопитесь! Трогайтесь. Поэтому я к вам и подошел. Мне, вообще-то, нет до вас никакого дела. Но если речь идет о таких тварях… Я сначала подумал, что охотятся на вас. Но, видимо, ошибся.

— Премного, премного благодарны! Конечно, ошибочка — не на нас. Что на нас охотиться? Но… нет, не хотелось бы повстречаться! — Возница нахлестывал мерина, телеги покатились быстрее. Сульс и Расти пылили далеко впереди.

— Не смущайтесь, погоняйте. Мы пробежимся рядом. Разминка совсем не повредит. Наши кони слишком тряские. — Даэрос прихватил за холку Айшака и сам выдал замечательную рысцу, выровнявшись с темпом тяглового мерина. Айшак с удовольствием бежал с ним «в ногу». Он затем и скакал всю ночь, обнюхивая навозные кучки, оставленные жеребцами — по таким меткам не собьешься — чтобы присоединиться к своему, самостоятельно выбранному хозяину.

Нэрнис старался не отставать и бежать плавно. Светлый делал вид, что ему тоже просто побегать захотелось, и вообще: его всё это мало волнует.

Даэрос продолжал пугать «плащеносцев» не сбивая дыхания.

— Хорошо, что вам не надо объяснять, кто такие птицееды. А наши слуги приняли проводника с самкой за дядю с племянницей. Вы разве эту пару не встречали? Не каждый человек сразу разберется…

— Нет, нет, не встречали. Еще чего не хватало. Хотя… встретили бы, так и ошиблись бы. Это вы ост… осторожные и догадливые. — «Сорэад» очень сильно нервничал.

Даэрос не сомневался: конечно, догадливые. И возница собирался сказать «остроухие» и никак иначе. Похоже, сородичи там, за Пределом, живут совсем не той жизнью, что здесь. Там они «ты» и «остроухие». И тарлы попадают к людям. Узнать бы — как.

— Ну, что же… Значит, цель птицееда где-то впереди. А хозяева этого лошака — случайный ужин. Теперь понятно, чем он свою тварь кормит. Обычно проводники разрешают только лесного зверя драть или отбившуюся скотину. Но этому, похоже, всё равно. А давно вы с попутчиками расстались?

— Да не попутчики они нам вовсе. Так, по дороге встретились и разминулись. Они далеко вперед ушли. Судя по следам… — Возница замялся. Не кстати он про следы сказал. Какое дело обозникам до следов… — Они вроде как в Руалон собирались.

— Ах вот как! — Даэрос «стелился» над дорогой мягким шагом. — Значит… значит, все-таки проводник отпускал птицееда на случайную еду. За кем же он так охотится, что идет на риск? — Ну, не эльф, а просто сама бегущая задумчивость.

76
{"b":"167268","o":1}