ЛитМир - Электронная Библиотека

Даэрос вернулся к почти пустому листу. Песни в примитивном орочьем стиле сочинялись с трудом. Первую песню орки уже выучили, и она им нравилась. Под хороший извинь она им тем более нравилась, но если эти поедатели капусты выпьют еще, то вторую точно не запомнят. Муза извивалась и сопротивлялась, не желая заниматься таким непотребством. Ар Ктэль то и дело отвлекался на всякие побочные мысли и ловил себя на том, что хочет писать о звездах. Вот никогда не хотел и считал это примитивным, но стоило только попытаться сочинять что-нибудь ради дела, как они тут как тут — на небе ещё не появились, а в голове так и сверкают. Орки все втроем трагически подвывали припев первой песни и окончательно сбивали с нужного настроя. Вторая песня должна была стать апофеозом орочьей кровожадности, но упрямо не складывалась. Даэрос решил, что с них хватит и одной на первый раз.

Пелли сидела в бывшей комнате Даэроса, которая теперь именовалась книгохранилищем, и дочитывала очередной труд Сестер Оплодотворительниц. Книга на сей раз попалась не полностью бесполезная. В отличие от многочисленных описаний всякой живности и растительности, эта касалась разумных существ и называлась "Сравнительные характеристики народов". До прочтения этого труда, Пелли представляла себе народы несколько иначе и думала, что их гораздо больше. А сочинительница научного труда полагала, что народов всего два: мужчины и женщины. Похоже, что этот или подобный трактат лежал в основе тех взглядов, которые вбивала в голову своей дочери Достойная Кербена. Пелли как раз продумывала, как бы покороче изложить Полутемному брату мысли некоей Сестры Ниармиссе, когда пришел Аэрлис. Младший Арк Каэль закончил сборы — оставалось только получить кулон.

— Не помешаю?

— Нисколько. — Пелли перелистнула последнюю страницу. — Я уже дочитываю. Даэрос должен вот-вот прийти.

Аэрлис устроился на подоконнике и с удовольствием потянулся. Костюм Властелина ему уже изрядно надоел, зато без него сразу становилось легко и свободно. В этом неудобном одеянии он чувствовал себя чуть ли не узником. Спокойно поразмыслить об узнике образа Властелина Темный не успел. Он вспомнил об орках, томящихся в тюрьме и прислушался. Они пели. Пьяные голоса, доносившиеся снизу от Цитадели, множило горное эхо. Похоже, что Даэрос оказался не таким жестоким, как хотел выглядеть. Мяса он оркам, конечно, не дал. Но в их положении выпивка — тоже радость. Аэрлис прислушался и понял, что заунывная песня исполняется не на орочьем и имеет вполне понятное содержание с поправкой на эхо и неумение орков выговаривать длинные непривычные слова.

— Пелли, Вы тоже это слышите? — Темный был поражен таким неслыханным коварством.

— Слышу, конечно. Не слышать громкие вопли в вечерней тишине было бы странным… Мне сидеть еще сто лет причитается… на обед опять трава ожидается… где ж ты воля?… Ой, ты доля моя грустная… Где ж вы эльфы мои мягкие и вкусные? — Пелли повторила то, что смогла разобрать и попыталась снова погрузиться в свои мысли.

— Почему за тонкий вкус гастрономический… стал теперь я заключенный политический? — Закончил Аэрлис. — Но они же не сами это сочинили! Даэроссс! — Младший брат Амалироса шипел не хуже старшего брата.

— Да, и что? — Ар Ктэль вошел в комнату. — И не надо на меня смотреть как на злодея, Арк Каэль. Я предоставил заключенным полную свободу выбора: какие песни петь. Например, я предложил балладу Ар Гаэля "Темная верность", народную Светлую песню "Вечные звезды" и любимую песню твоего брата "Смерть в подгорьях".

— Да каждую из них надо учить месяц! — Аэрлис кипел от негодования.

— А они даже начало слушать не стали. Тогда я предложил им две других. Кто бы мог предположить, что они не выберут первую, с оправдательной мотивировкой?

— Это как?

— Это так: "Меня с детства даже мать не любила, что не день она меня скалкой била. Не любил меня с рождения папа. Папа тоже бил меня, но лопатой". А вот в конце как раз тот самый оправдательный элемент: "А вот если б нас любили и не били, то тогда б мы никого не убили". Но она им тоже не понравилась. Так что поют, что хотят. — Даэрос достал из тайника в стене шкатулку и поставил на стол. — Аэрлис, если тебе не нравится их выбор, сочини что-нибудь сам. Такое, чтобы им пришлось по душе. Но прояви сострадание к заключенным, не заставляй их учить твои песни насильно. А то знаю я вас, Тёмных… Вот, держи свое украшение.

Аэрлис схватил кулон и выскочил из комнаты, хлопнув дверью. Даэрос только пожал плечами.

— Видишь, Пелли? Насочиняют себе несчастных существ и сострадают почем зря, но при этом совершенно не учитывают интересы тех, кому сочувствуют. Типичный Темный эгоизм!

Горы многократно отразили орочьи вопли, и всё стихло. Кто-то не выдержал, вмешался и прекратил вечерний концерт.

— Аэрлис? — Пелли решила, что Темный сорвался и утратил всякую жалость к кровожадным оркам.

— Не успел бы. — Даэрос не рассчитывал на такую быструю реакцию. — Ни дойти, ни дойти до состояния правильного отношения к нашим страдальцам. Это кто-то другой. Если ты уже дочитала очередной кошмар из жизни растений, пошли, прогуляемся и посмотрим, что происходит. А то у нас тюрьма останется без населения! — Даэрос решительно отправился к выходу.

Пелли отложила книгу и поспешила за ним.

— Нет, книга не про растения. Это — сочинение про мужчин и женщин.

— Приличное? — Полутемный опасался, что сестре рано или поздно достанется что-нибудь не совсем подходящее для её девического ума.

— Ну… Если не считать, что мужчины рассматриваются как ущербные, вывернутые в некоторых местах наизнанку женщины, то — вполне. Сестра Ниармиссе полагает, что мужчины — это недоразвитые зародыши женщин.

— А не слишком ли много недоразвитых? — Даэрос с такой теорией еще не сталкивался.

— Для последующего размножения — в самый раз. — Пелли припомнила все обоснования и поразила брата новым выводом. — Печальная жизненная необходимость. Но ты не волнуйся, Даэр, я тебя не считаю печальной необходимостью, а так же Нэрниса и даже Аэрлиса и уж тем более Веиласа… Хорошо, Сульса, Жры и всех прочих тоже. В общем, я пытаюсь найти доводы против. Но меня смущает наличие у мужчин груди при её полной дисфункции. Явный отголосок начальной стадии развития…

Даэрос споткнулся и чуть не пересчитал ступени. Сестра не просто читала, а ещё и помнила достаточно точно, что она вычитала. Поправить эту самую дисфункцию он никак не мог. Но тлетворного влияния дурной литературы закономерно опасался.

— Как насчет мудрого замысла Творца, а?

Пелли кивнула.

— А замысла никто не отрицает. В этой книге как раз и доказывается, что замысел был продиктован необходимостью. Сестры считают, что необходимость заключалась в том, чтобы создать некое подобие женщины с чётко определенной задачей… М-м. Ну, это… чтобы оплодотворять — и всё!

Арк Ктэль шел к выходу из подгорий и размышлял. Слишком умная сестра шла и вздыхала следом. Похоже, проблема доводов пока еще была не решена. Ко всему прочему он теперь боялся, что сестра может случайно выдать себя чрезмерной образованностью. Вайола, роль которой ей предстояло сыграть, не читала такой литературы, да и не могла. Когда сзади раздался голос Пелли, Даэрос чуть не подпрыгнул.

— Я за равноправное решение, вот!

— В каком смысле?! — Эти нетипичные речевые обороты уже начинали его изрядно пугать.

— В том смысле, что Творец не та личность, чтобы сначала делать, а потом ломать или переделывать. Что создал, то и создал. Как есть!

Даэрос с облегчением выдохнул. Ну, хоть равноправное — и то неплохо, а то он сам уже задумался о своем неправильном телесном строении.

— Только, вот что, Пелли. Не вздумай при Сестрах говорить такими длинными умными фразами. Вспомни, как говорит наша Воительница: айшак, укроп, выбраковка, случка, жеребец, кобель, стойло. Это всё, что она усвоила и у тебя должно быть слов не больше. Ни каких дисфункций!

13
{"b":"167269","o":1}