ЛитМир - Электронная Библиотека

— Выпьем. Только лучше не из бочонка.

Разведчик развернулся на голос. У ствола в полный рост стоял Светлый, одетый в нечто невообразимое, с лицом перемазанным буро-зеленой краской.

— И я, наверное, зеленый, но — не червяк. Ланис Аль Наэль, личная охрана Озерного Владыки. — Представился Светлый, усаживаясь на соседнюю ветку.

— Пэрос Ар Дэль, Разведчики Повелителя Амалироса. — Тёмный подозрительно озирал верхние ветви.

— Нет, наших здесь больше нет. Остальные в других местах. — Светлый протянул Ар Дэлю стаканы из бересты. — Свежие. Только что доплел. Кстати, о Вас весь лес пересвистывается. Обсуждают. — Зеленый гость издал заливистую соловьиную трель. На его сигнал откликнулись сразу из нескольких мест и даже с озерного острова. — Просят передать, что очень профессионально, особенно для работы в первый раз на чужой территории. Идея с тростником и закопанной емкостью — замечательная. Ну, так как, за успех? Нам тут почти до утра сидеть…

Ар Дэль был несколько раздосадован. Хотя, посмотрел бы он на Светлых в Тёмных подгорьях. В камень не закопаешься.

— Почему до утра? — Разведчик зачерпнул багрянку стаканом и передал новому знакомому.

— На острове четверо наших и восемь бочонков. Не повезло им: дурман цветет. Завтра голова болеть будет. — Светлый помолчал. — Семь бочонков. С острова отсвистели: первый отстрелялся.

— Точно болеть будет. — Ар Дэль представил грядущие сложности с учетом того, сколько Правители уже выпили. — Сами из лодки не выйдут. Демаскировка.

— Никакой демаскировки. Багрянка не пахнет. А дурман очень хорошо цветет.

— Удачно… Значит, это растение может вызывать некоторую… нетвердость походки? — Темный не очень хорошо разбирался в местной растительности, но предполагал, что понял всё правильно.

Светлый подтвердил:

— Значительную нетвердость. Вплоть до полного усыпления.

— Очень удачно. Хорошо, что именно сейчас цветет.

— Никакой удачи. Позавчера высадили — сегодня цветет. — Аль Наэль покопался в своем диковинном одеянии, достал два свертка и протянул один из них Темному. — Мясо. Вяленое.

Ар Дэль поразмыслил и зачислил охранников Озерного Владыки и дурман во временные союзники. Потом вспомнил, что в лодке есть еще один Светлый. А к союзникам надо проявлять уважение и понимание, особенно, если они родственники Повелителя Амалироса:

— Аль Арвиля жаль. Он вряд ли собирался до утра плавать.

— Ничего страшного. — Аль Наэль поспешил успокоить Темного. — Он у нас сильный. За Пределом сидеть в засаде против Черного Властелина кто попало не смог бы. А Владыка Тиалас никого насильно поить не будет.

"Владыка, может быть, и не будет" — подумал Ар Дэль, но вслух говорить не стал.

Глава 3

Нэрнис открыл глаза и сразу же зажмурился от яркого весеннего солнца. Кто-то злой выложил его на солнце, но кто-то добрый умудрился подсказать, что класть несчастного надо на сквозняк. Сквозняк оказался везде, воздух был свежим, а лёгкая качка настойчиво намекала, что сквозняком на самом деле был морской ветер. Ничего себе отплыл! Даже с родителями не попрощался. Аль Арвиль нисколько не предполагал, что его не смогли добудиться. Захотели бы, разбудили бы. Скорее всего это была прощальная шутка Повелителя Амалироса, который частично перенёс на него свое не слишком любезное отношение к Даэросу. Получалось, что его тихо-мирно отгрузили среди ночи, как бочонок багрянки. Хотя, он им на тот момент и был. Хорошо, что этот напиток хотя бы не вызывал дурных утренних впечатлений во всем организме и в самой главной его части.

Нэрнис приподнял голову и оглядел свое ложе. Походная парусиновая кровать была установлена на корме. Впереди виднелись мачты, снасти и пять спин сопровождающих, которые отгородили собой его бесценную персону от корабельной суеты. Шестой спины не наблюдалось. Лэриас, старший сын Владыки Тиаласа вряд ли будет изображать из себя стража. Он наверняка спокойно сидит в каюте и как обычно читает, пока доблестные Светлые воины морально готовят себя к подвигу. Нэрнис чуть не застонал. Очередные герои. Вот пусть Лэриас с ними потом и разбирается, он не меньше осведомлен о том, кто с каким злом собирается бороться.

В кармане что-то шуршало всякий раз, когда Нэрнис шевелился. Но он точно помнил, что ничего туда не клал. Это у Даэроса в одежде можно было найти всё на любой случай, а заодно и то, что никогда не могло пригодиться. Аль Арвиль ощупал карман. Письмо. Когда он его достал, то оказалось, что писем два. В один лист оказался вложен второй. Первым он решил читать письмо отца. Отец любезно разъяснял вчерашний вечер в той его части, которую Нэрнис пропустил. Как оказалось, Владычица Лаариэ нисколько на него не рассердилась. Она предположила, что он просто давно не нюхал озерный дурман. Похоже, что Правители надурманились не окончательно. Иначе записке от Повелителя Амалироса просто неоткуда было бы взяться, равно как и распоряжению Правителей о срочном ночном отплытии Нэрниса. То есть, приказы они отдавали самые веселые, некоторые с подгорным юмором, но всё это в целом намекало на то, что говорить они были в состоянии, писать тоже и, наверное — стоять. Если этот визит Нэрниса в Озерный Край чем-то и отличался от прошлогоднего в подгорья к Темным, то только оригинальными способами и ухищрениями доставки багрянки. У Амалироса всё было проще. Правители коварно заманили его на секретное совещание куда поглубже, прошлись пустынными подземными ходами, и тайный совет состоялся прямо в погребе. Похоже, они просто забавлялись. Точнее, Владыка Тиалас расслаблялся, а Повелитель Амалирос забавлялся. Он еще в прошлом году заявил Нэрнису, что отдыхать надо в компании себе подобных. И раз Аль Арвиль — Властелин, то пусть привыкает. Даэрос предупреждал, что Выползень ничего не забывает, а мстить не стесняется не только по-крупному, но и по-мелочи. Наверное, та попытка потягаться с ним силой и слегка потревожить внутренности смерчем не была им забыта. А гидрой Нэрнис лишний раз напомнил о таком, как выразился Амалирос, неприличном способе сражения.

Аль Арвиль развернул письмо Повелителя Темных. Ничего примечательного. Ни пожелания всяческих успехов, ни до свидания, а только просьба. Она же — совет, она же — приказ: "Забудь всё, о чём вчера говорили". Да он и так далеко не всё помнил. Когда в корму вонзилась первая стрела, и бочонок отправился вслед за лодкой в кильватере, Правители уже обсуждали ранее начатую тему. Причем, тема напрямую касалась Предела. Они говорили об Оплодотворительницах и даже не обо всех, а о какой-то одной. По мере того как ему наливали, не забывая и себя, у них почти разгорелся оживленный спор. Амалирос настаивал, что "она" вполне подходит на роль создательницы тайного Ордена. У этой загадочной персоны был, по его словам, подходящий возраст, много детей, а с целью оплодотворения она отлавливала юнцов, которые не могли ей сопротивляться. Нэрнис хотел полюбопытствовать насчет этой коварной персоны, но от него отмахнулись. Владыка Тиалас всё время повторял "не может быть", но Повелитель Темных настаивал, что очень даже может: орочьи кочевья отрезаны Пределом, на Темных ей плевать, черные тарлы подорожали, а люди — простые исполнители. При этом он называл неизвестную женщину гидрой и требовал опровержения хотя бы по одному пункту. Потом он назвал Нэрниса несчастным ребенком, который попал в двойственную ситуацию, обозвал героем и предложил выпить стоя. Пить стоя в лодке не получилось ни у кого. Потом в борт вонзилась вторая стрела, и Владыка Тиалас втащил еще один бочонок. Вот, дальше, Аль Арвиль уже почти спал. Значит, забыть требовалось то, что обсуждали оба Правителя. Догадаться, кого Амалирос счел опасной гидрой, было не так уж и сложно: Владычицу Лаариэ. Только Темный мог явиться в Озерный Край и попытаться доказать Владыке, что он Тиалас Аль Анхель Ат Каэледре — жертва коварного заговора. Видимо, Амалирос без заговоров совсем заскучал, раз додумался до такого нетипичного варианта.

17
{"b":"167269","o":1}