ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Обрученные холодом
Справочник здоровья для всей семьи
Пёс по имени Мани
Книга радости. Как быть счастливым в меняющемся мире
Вранова погоня
Школа Добра и Зла. В поисках славы
Кастинг на лучшую Золушку
Избранница зимы
Детектив для всех влюбленных
A
A

С 1972 года он оставил работу в фирме и стал редактировать издававшийся в Бэррингтоне (штат Иллинойс) торговый журнал «Plant Engineering», название которого, скорее всего, переводится как «Заводское оборудование».

В Бэррингтоне он живет, насколько мне известно, и по сей день. Уже следующий год принес Вулфу первую литературную премию — «Небьюла» — за повесть «Смерть доктора Острова»; а роман «Пятая голова Цербера» в том же 1973-м был включен в номинацию на «Хьюго». Единственное, что смазало радость от литературных успехов, было известие о смерти отца. Мать пережила мужа на четыре года.

Писать, причем не только фантастику, Вулф начал еще работая в «Проктор энд Гэмбл». Как он сам вспоминал, первоначальным стимулом была острая нехватка денег на покупку мебели для новой квартирки… Первой профессиональной публикацией Вулфа стал рассказ «Мертвец» для журнала «Сэр», и в том же 1966 году увидел свет первый научно-фантастический рассказ — «Горы как мышь».

А с 1984 года он окончательно расстался с журналом, со всеми другими внелитературными затеями, чтобы полностью посвятить себя делу, в котором, оказывается, преуспел больше всего, — литературному труду.

«Не думаю, что литература — удачное поле для развития философских взглядов, — говорил Вулф в одном из интервью, — если только не понимать под «философией» нечто, что определяет действия персонажа».

Герои и сюжеты Вулфа, если не впрямую, так завуалированно, но обязательно имеют точки соприкосновения с его собственным жизненным опытом. Дети, выросшие в изоляции, и взрослые, «лишенные корней» в виде нормального детства, одиночки, вроде героя «Зиккурата», или люди, попавшие в бесчеловечную машину правил и запретов.

Все критики, писавшие о Вулфе, в один голос утверждают, что он не из тех писателей, чье творчество легко поддается аннотированию, но зато по его произведениям любо-дорого писать диссертации. Итак, его творчество можно разделить на три неравные части. Первая — это добротное коммерческое «развлечение», часто с юмором и тонкой словесной игрой; вторая — произведения «социологические»; и третья — «психологические». Последние две группы составляют произведения серьезные, не побоюсь этого слова — элитарные.

И публиковаться Вулф начал в серии элитарной, а в свои годы и авангардной — в антологиях «Орбита», собираемых и редактируемых Даймоном Найтом. Именно в них Вулф заявил о себе как о тонком стилисте, эрудите и смелом экспериментаторе в области формы.

Успех пришел к нему с первыми опубликованными повестями и рассказами, из которых выделяется утонченной символикой цикл-триптих: «Остров доктора Смерти и другие рассказы» (1970), «Смерть доктора Острова» (1973), завоевавший премию «Небьюла», и «Доктор Острова Смерти» (1978). Эти повести вместе с четвертой, «Смерть острова Доктор» (1983), составили сборник «Архипелаг Вулфа» (1983). Герой первых двух — психически травмированный мальчик, изолированный от окружающих и постепенно привыкающий к новому, специально созданному для него окружению (любимый мотив Вулфа, которому в детстве самому пришлось помотаться по стране и который лишь изредка проводил время с родителями). В третьей повести разбуженный после анабиоза заключенный узнает, что обрел бессмертие.

Многие рассказы Вулфа вошли в ежегодники «Лучшего…». В «Civis Laputus Sum» (1975) развивается тема романа Брэдбери «451° по Фаренгейту». В новелле под длинным и откровенно издевательским названием — «Как я проиграл вторую мировую войну и помог остановить немецкое вторжение» (1973) — построена очередная альтернативная история. Наконец, в рассказах «Женщина, любившая кентавра Фолуса» (1979) и «Женщина, любившая единорога» (1980) дается квазирациональное объяснение мифических существ: они всего лишь результат генной инженерии. Эти и другие произведения короткой формы составили сборники Вулфа, в частности: «Книга Дней Джина Вулфа» (1981), «Библиоманы: двадцать персонажей, ожидающих свои книги» (1984).

А повесть «Пятая голова Цербера» (1972), к которой — следуя диктату издателя — писатель специально сочинил две других, «Рассказ, сочинение Джона В. Марша» и «ВРТ», послужила основой первой значительной книги Вулфа, названной точно так же — «Пятая голова Цербера» (1972). В ней сложным (даже несколько манерным) образом соединены многие научно-фантастические и общефилософские темы и проблемы.

Герой первой повести, Номер Пятый, растет в необычной семье на далекой планете, где обосновалась земная колония. Необычность ее в том, что и брат Номера Пятого, и тетка, и дед, и сам центральный персонаж, суть клоны некоего прадеда, чей мозг был «заключен» в электронную схему компьютера-наставника. Поколение за поколением клоны повторяют себя, не допуская ни малейшего отступления от первоначального плана. И поскольку семья не способна изменяться, словно застыла во времени, она претерпевает неизбежную стагнацию…

Вторая и третья новеллы, на мой вкус, уступают первой — они утонченны, изящны, рафинированны и… ни о чем! К концу книги мы словно «вспоминаем о будущем» писателя, чьи главные книги — тетралогию о

Земле Нового Солнца — критика не случайно сравнила со стилем барокко. То есть предельная шлифовка и изящество деталей, богатство, помпезность которого уместна во дворце… А вот в открывающей книгу повести — какая-то, если уместно продолжить аналогию с архитектурными стилями, величавая строгость и подлинная страсть готики и Возрождения. А кроме того — нечто, не относящееся к стилю, к антуражу: живая, пульсирующая мысль и обнаженное человеческое сердце.

Думал ли Вулф, что спустя четверть века этические проблемы клонирования (пока еще теоретические, покуда дело не зашло дальше клонирования овец и свиней!) захлестнут вовсе не страницы научно-фантастических романов, но первые полосы весьма респектабельных газет?

Творчество писателя разнообразно. В нем встретишь и просто фэнтези — роман «Дьявол в лесу» (1976); и произведения «исторической» фэнтези — дилогию, построенную на античном материале: «Солдат тумана» (1986) и «Солдат Ареты» (1989), и сборник рассказов в жанрах фэнтези и «ужасов» — «Этажи старого отеля» (1989), который был награжден Всемирной премией фэнтези. Но, наверное, самая неожиданная в более чем пестрой коллекции трофеев Вулфа — премия имени Райслинга за 1978 год. Она присуждается за достижения в научно-фантастической поэзии (кто такой Райслинг, полагаю, подробно объяснять не нужно — помните хайнлайновские «Зеленые холмы Земли»?). Но, на мой вкус, лучший Вулф остался там — в 1970-х, в сборниках «Орбита». В его рассказах и повестях — в том числе и новых (взять хотя бы тот же «Зиккурат»!), оказавшихся слишком сложными для массового читателя фантастики.

* * *

Однако не только массовый читатель, но и многие критики думают иначе. Потому что главный рыночный успех пришел к Вулфу после публикации в 1980 году романа «Тень пыточных дел мастера», открывшего серию «Книга Нового Солнца». В последующие три года писатель с завидной регулярностью выдавал продолжения: «Клешня Миротворца» (1981), «Меч ликтора» (1982), «Замок автарка» (1983); а четырьмя годами позже издал пятую книгу, содержащую как бы «дополнительный материал по теме» — «Урт под Новым Солнцем» (1987). Эти книги не только сделали Вулфа писателем-бестселлеристом, но и принесли ему внушительный урожай премий — первый роман завоевал Всемирную премию фэнтези и Британскую премию научной фантастики, второй — «Небьюлу» и премию журнала «Локус», третий — Британскую премию фэнтези и еще одну премию «Локуса», четвертый — Мемориальную премию имени Джона Кэмпбелла.

Научно-фантастическая эпопея, удачно «замаскированная» под фэнтези, развертывается на некоей планете Урт, освещаемой старым, затухающим светилом. И цивилизация на Урте — древняя, «загнивающая» и «декадентская», давно забывшая достижения технического прогресса (место которого закономерно заняла магия). Только ожидание второго пришествия местного мессии — Миротворца, способного заново зажечь Солнце, — дает обитателям планеты импульс к жизни. Словом, этот мир — достойный наследник всех подобных Старых Миров фантастики, от Берроуза до Муркока и Вэнса. И неизмеримо превосходящий их в богатстве деталей и глубине.

55
{"b":"168855","o":1}