ЛитМир - Электронная Библиотека

Она распутывала свою длинную косу, зацепившуюся за ремень ранца.

— Здесь очень жарко, — пожаловалась Хиллари. — Я не думала, что репетиция продлится так долго. Мне надо сделать тонну французского. — Потом, прищурившись, посмотрела на меня и спросила: — Почему ты так устало выглядишь, Джули?

— Плохо спала прошлой ночью, — объяснила я, удивляясь, что это заметно. И тут рассказала ей про мой сон и тот жуткий лязг роликов.

Хиллари содрогнулась.

— Я тоже не могу не думать об этом, — призналась она. — И знаешь, каждый раз, когда сталкиваюсь с Сэнди, мне становится не по себе. У меня начинает сводить желудок.

— Знаю, — согласилась я, прижимаясь спиной к стене, чтобы дать возможность пройти другим. Потом продолжила:

— Когда я вижу его, то думаю: «Ты больше не Сэнди, ты — убийца. Ты больше не тот парень, которого я знала и который мне нравился».

— Я… я полагаю, мне хуже всех, — запинаясь, призналась Хиллари, — потому что Сэнди думает, что сделал это ради меня. Считает, будто я хотела, чтобы кто-то убил Ала. — Она вздохнула. — Мне казалось, что мы знаем Сэнди. Как мог человек, которого мы так хорошо знали, стать убийцей?

У меня не было ответа на этот вопрос.

— Теперь я согласна с тобой, — сообщила я подруге. — Конечно, ему не следовало нам признаваться. Сначала я думала, что все нормально, но сейчас сожалею, что он нам рассказал.

— Эта тайна поселилась внутри меня, — поделилась Хиллари. — И растет… растет. Рвется наружу. Это было очень нечестно с его стороны. Очень нечестно.

— И теперь он пришел на выпускную репетицию, дурачился со всеми, шутил… Ведет себя так, как будто все прекрасно, ничего не случилось, — продолжила я. — Если он с этим справился, почему мы не можем?

Хиллари начала отвечать, но замерла с открытым ртом.

На нас упала тень.

Кто-то стоял наверху на сцене. Мы поняли это с ней одновременно.

Я повернулась, подняла глаза и увидела Тейлор.

Она выглядывала из-за тяжелого темно-бордового занавеса. Но увидев, что я повернулась, быстро спряталась.

Мы с Хиллари переглянулись. Я знала, что в наших головах вертятся одни и те же вопросы. И сколько времени она там стояла? Что слышала?

Слышала ли все, что мы говорили про Сэнди? Расскажет ли ему? Я почувствовала, как по моему телу пробежали мурашки.

Если расскажет, то как он отреагирует?

Глава 7

— Вот теперь я действительно боюсь Сэнди, — призналась я Хиллари. — Боюсь его мыслей и действий.

Мы шли домой по Парк Драйв, решив не дожидаться автобуса. В такое позднее время он ходил только раз в полчаса. И вдруг мне очень сильно захотелось уйти из школы.

— И как он только может спать по ночам? — продолжила я. — Как может желать доброго утра своим родителям, зная, что совершил? Как может ходить в школу и шутить? Как ему удается сосредотачиваться на занятиях? Если бы… если бы я убила кого-нибудь, то была бы не в состоянии что-либо делать. Моя жизнь просто кончилась бы.

— Я знаю, что ты хочешь сказать, — подхватила Хиллари, поправляя свой ранец. — Теперь очень трудно ему верить. Трудно считать его другом, потому что в нем есть какая-то тайна, о которой мы не знаем. Тяжелая, холодная часть его, которая… действительно пугает.

Какое-то время мы шли молча. Только наши ботинки фирмы «Доктор Мартинс» глухо стучали по тротуару. Мимо проехала машина с одной зажженной фарой. Молодые листья слегка покачивались на деревьях от теплого ветерка. Полумесяц низко висел над домами. Я замечала все эти вещи потому, что была очень насторожена. Все мои чувства как бы обострились.

— Мы больше не можем быть его друзьями, — так тихо проговорила Хиллари, что я подумала, будто она разговаривает сама с собой. — Я хочу сказать, больше никогда не будет так, как было прежде. Для всех нас.

Я покачала головой.

— Если Тейлор передаст Сэнди, что мы про него говорили, он сам больше не захочет с нами дружить.

Мы перешли улицу и остановились в полной темноте. Два ближайших фонаря не горели. Дом на лужайке стоял без освещения.

Не помню, когда я осознала, что за нами следят. Думаю, чуть раньше, еще на углу, услышала позади какой-то скрип, но тогда не обратила на это внимание. А теперь, когда мы заколебались, прежде чем пройти по темному кварталу, снова услышала этот звук. И стало совершенно очевидно: позади нас кто-то идет. Кто-то за нами следит.

Проходя в кромешной тьме мимо пустыря, я уловила шорох сорняков и схватила руку Хиллари.

— За нами кто-то есть, — прошептала я.

— Знаю, — тоже шепотом ответила она.

И вновь зашуршала трава. Что-то тихо скрипнуло.

Я почувствовала, как рука Хиллари напряглась. Потом увидела, как она стиснула зубы. Мы обе обернулись.

И обе открыли рты от удивления — за нами никого не было.

Глава 8

Высокий забор на углу раскачивался от ветра. Какое-то крошечное существо тихо пробежало через дорогу. Бурундук? Мышка? Мы с Хиллари приросли к месту, глядя на пустую улицу.

Задержав дыхание, я напряженно вслушивалась, стараясь различить дыхание, кашель, вздох… Но вокруг лишь шелестели молодые листья да где-то далеко выла сирена машины «скорой помощи».

Не знаю почему, но вдруг мы с Хиллари взорвались от смеха.

— По-моему, мы обе сходим с ума, — отсмеявшись, заключила я.

— Теряем над собою контроль, — подтвердила Хиллари. — Определенно теряем.

— И вообще, зачем кому-то за нами следить? — задала я вопрос. — С чего бы это? — Я еще раз покосилась на забор, спокойно стоящий на месте, затем повернулась и пошла вперед. — Давай позанимаемся у меня дома, — предложила я Хиллари. — Поучим французские глаголы вместе. Вдвоем будет легче. — Я все еще ощущала какое-то напряжение, какую-то путаницу в голове и страх. И действительно не хотела остаться одной.

Хиллари поколебалась, но согласилась.

— Только я не смогу задерживаться у тебя надолго, Джули. И ты должна мне кое-что пообещать.

— Что? — удивилась я.

— Мы больше не будем говорить про Сэнди и Ала.

— Даю слово, — быстро согласилась я.

Но мне не удалось его сдержать.

Повернув на улицу Страха, мы сразу же увидели у моего дома белую полицейскую машину. Из нее как раз вылез полицейский и медленно направился к парадной двери.

— Что ему нужно? — проговорила я, чувствуя, как пот выступает на лбу. — Почему бы им не оставить меня в покое?

— Думаю, мы скоро об этом узнаем, — тихо отозвалась Хиллари.

Неожиданно у меня появилось огромное желание повернуться и убежать, пока полицейский нас не заметил. Но мы с Хиллари не убежали. Вместо этого пошли прямо по лужайке и догнали его, когда он поднимал руку, чтобы позвонить в дверной звонок.

Я узнала офицера Рида.

— Моих родителей нет дома! — крикнула я. Это была ложь. Слова как-то просто вырвались у меня. Я хотела, чтобы он ушел, потому что больше не желала отвечать на вопросы.

Офицер Рид повернулся к нам. На его лысине отражался свет лампочки. Он был в синей полицейской униформе — мятых брюках и таком же мятом пиджаке, запачканном на локте. И оказался еще толще, чем я думала. Пиджак сильно обтягивал его живот. Темный галстук криво свисал. В одной руке офицер Рид держал фуражку.

Я посмотрела на его пистолет, торчащий из коричневой кобуры, и мне вдруг стало интересно, приходилось ли ему из него стрелять.

— Надеялся вас увидеть, — сказал он мне и кивнул Хиллари. — Мне нужно задать вам еще несколько вопросов.

— Да, но моих родителей нет дома, — опять солгала я. — Так что не думаю, что это возможно.

«Пожалуйста, пожалуйста, уходи!» — взмолилась я про себя, но вслух добавила:

— Я не буду с вами разговаривать, если их нет.

Он заморгал, поджал губы. И в этот момент парадная дверь открылась. Моя мама высунула голову.

— Мне показалось, я услышала голоса, — произнесла она, улыбаясь, но, увидев офицера Рида, тут же встревожилась: — Все в порядке? Джули? Хиллари?

12
{"b":"169759","o":1}