ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Тогда все понятно, – промолвила она. – Мне следовало самой догадаться, что вряд ли вы осмелились бы пожаловать сюда по своей воле.

– Да, пожалуй, вы правы, – согласился он и шагнул к ней с таким самоуверенным видом, что она невольно попятилась.

– Очевидно, вы намерены вновь извиниться за свое неприличное поведение в тот вечер, сэр? – отойдя к окну, спросила она, испытывая легкое головокружение.

Кейд тихо рассмеялся и ответил:

– И вновь вы угадали! Дедушка опасается, что мой неловкий поступок омрачит его добрые отношения с вашей семьей.

– Что ж, будем считать, что вы исправили свою оплошность, сэр, – холодно произнесла Лора, раздосадованная его смехом. – А теперь прошу вас немедленно удалиться!

– Вы даже не угостите меня холодным вином, сеньорита? – нарочито обиженным тоном спросил Кейд. – Боюсь, что вашей доброй репутации будет нанесен ущерб, если слухи о вашем негостеприимстве просочатся в город…

На щеках Лоры проступил румянец. Мысленно проклиная незваного гостя, она дернула за шнурок звонка, чтобы вызвать служанку. Тотчас же явилась Серита, и Лора велела подать во внутренний дворик закуски и вино. Кейд ухмыльнулся, довольный таким поворотом дела, но не произнес ни слова до тех пор, пока не накрыли стол.

Лору подмывало смутить его вопросом о его супруге и детях, однако она так и не решилась спросить. Кейд же, усевшись напротив нее в кресло, бархатным голосом заметил:

– Ваши золотистые локоны кажутся особенно прекрасными в лучах солнца, сеньорита!

– Вы так считаете? Благодарю за комплимент, – пролепетала она. – А вы, сэр, при дневном освещении еще сильнее напоминаете мне дьявола!

– Рад слышать, сеньорита! Вы мне польстили, – отозвался Кейд. – Вы с каждой минутой все больше поражаете меня своим редкостным тактом и неповторимыми манерами.

Выронив из рук чашку, Лора возмутилась:

– Прекратите паясничать! И не стройте из себя джентльмена. Я помню, как вы вели себя в тот вечер в саду, но не собираюсь никому рассказывать о вашем позорном поведении! Можете сказать своему дедушке, пусть он не тревожится о чести своей фамилии. Однако я уверена, что вы найдете способ нанести ей урон и без моей помощи.

Кейд помрачнел и, подавшись вперед, с угрозой прошептал:

– На вашем месте, моя милая маленькая притворщица, я бы обуздал свое высокомерие! Я тоже прекрасно помню, как пылко ответили вы на мой поцелуй. Так что еще неизвестно, кому из нас следует позаботиться о своей репутации, мне или вам!

Ответить ему достойным образом Лоре помешало внезапное появление во внутреннем дворике Карлотты. Окинув обоих изумленным взглядом, она подошла к столу и произнесла:

– Служанка сказала мне, что вы почтили нас своим визитом, сеньор Колдуэлл. И я поспешила сюда, чтобы поприветствовать вас.

Кейд встал с кресла, почтительно поцеловал ей руку и ответил:

– Рад вас видеть, донья Карлотта. К сожалению, я вынужден откланяться, поскольку мой дедушка дал мне множество поручений, не терпящих отлагательства. До свидания, сеньорита, – добавил он, поклонившись Лоре. – Было приятно с вами побеседовать.

– До свидания, – в один голос ответили по-испански обе дамы, с трудом скрывая свою радость по поводу его ухода.

Карлотта заметила, что падчерица чем-то раздосадована, однако не успела расспросить ее о причине внезапного визита Кейда Колдуэлла, потому что служанка доложила о прибытии нового посетителя. Им оказался привлекательный молодой человек Фелипе Эррера, с которым Лора познакомилась на приеме в усадьбе дона Бенито. Он явно был ею очарован и приехал с большим букетом чудесных ароматных цветов.

– Благодарю вас! – радостно воскликнула Лоретта, принимая его, и с наслаждением вдохнула сладковатый головокружительный запах цветов. – Присаживайтесь к столу, сеньор! Угощайтесь! Серита, принеси чистые приборы и поставь букет в вазу, живо!

На лице юноши отобразился щенячий восторг. Фелипе был облачен в обтягивающие темные брюки и коротенький жакет. Он рассыпался в слащавых комплиментах по адресу Лоры, восхваляя на все лады ее золотистые волосы, глаза, розовые губки и шелковистую кожу. С замирающим сердцем она ждала, когда он заговорит стихами, вспомнив, как читал ей стихи один ее знакомый француз в Париже. К счастью, Фелипе не стал утомлять ее избитыми поэтическими строчками, а только пригласил на совместную верховую прогулку по живописным окрестностям.

Притворно потупив глаза и чувствуя себя обманщицей, Лора ответила, что составит ему компанию лишь с согласия своей мачехи и в сопровождении гувернантки. Если бы ее услышали парижские приятели, они бы покатились со смеху. Как-то раз ее подруга Мишель Деверо заметила, что лишь Лоретта способна отправиться на прогулку в компании самого беспутного герцога в Европе и вернуться с нее, удачно избежав скандала. Разумеется, она преувеличивала, однако Лора действительно позволяла себе время от времени весьма смелые поступки. Теперь ей очень недоставало прежней свободы, но, имея дело с назойливыми кавалерами, подобными сеньору Эррере, она с легким сердцем укрывалась за рамками строгой общественной морали.

Поклонники досаждали ей еще на протяжении трех дней, однако Кейд Колдуэлл так и не дерзнул вновь ее потревожить. Лора не только не ждала его, но даже поклялась, что никогда не станет искать с ним встречи. Он держался слишком заносчиво и глядел на нее чересчур многозначительно – так, словно бы видел ее насквозь. От его взгляда ей становилось неуютно, и яркие воспоминания о жарких поцелуях на мосту сами собой оживали в ее сердце, заставляя его тревожно колотиться в груди. Да как он посмел намекать ей на то, что она спровоцировала его тогда на смелые ласки! Вот уж чего она ему никогда не простит – бесстыдного навета на нее!

Порой мысли о нем посещали Лору в самые неподходящие моменты, например, когда к ним в гости приходили родственницы Карлотты, суровые дамы с каменными лицами, по-прежнему смотревшие на Лору свысока. Лора не осмеливалась поднять глаза от вязанья, пока гости не ушли, и еще долго молча сидела после их ухода. Карлотта догадывалась о причине ее подавленного настроения и в качестве лекарства предоставляла ей свободу действий, разумеется, весьма условную.

Лора воспользовалась ее поблажками, чтобы совершить верховую прогулку с некоторыми своими кавалерами – доном Фелипе Эррерой, Хуаном Батистой, капитаном Хосе Гарсиа, служившим в личной охране алькальда, а также с неким американцем из Лос-Анджелеса по имени Пол Андерсон.

Последний производил на нее наиболее благоприятное впечатление. Высокий улыбчивый блондин приятной наружности, он смотрел на нее без тени насмешки, но с искренним обожанием. Пол делал ей маленькие подарки и всячески подчеркивал свое уважение к ней. Карлотта заметила его внимание и как-то раз сказала, беседуя с падчерицей, вернувшейся домой после очередной прогулки в горы:

– Мне кажется, что тебе симпатичен сеньор Андерсон.

– Да, ты права, – ответила Лора. – А где папа? Дома?

– Нет, он поехал в деревню, выяснить причину вспыхнувших там беспорядков, – известила Карлотта.

– Вероятно, что-то серьезное? – в свою очередь, спросила Лора, перестав размышлять о том, какое платье ей лучше надеть на завтрашнее свидание с Полом, пригласившим ее на пикник.

– Алькальд велел наказать одного батрака за неуплату налогов, и солдаты его убили, – помрачнев, объяснила Карлотта. – Вот вся деревня и взбунтовалась.

– Какой ужас! – Лора всплеснула руками. – Человека убили за то, что он не сумел уплатить налоги? Неслыханная жестокость! Неужели и теперь алькальду все сойдет с рук?

Карлотта кивнула и, склонившись над вязаньем, пояснила:

– До прибытия сюда дона Луиса ничего подобного никогда не случалось. Местные землевладельцы пытались жаловаться на него в Мехико, но безрезультатно. Алькальд же, узнав о жалобах, занес имена недовольных в черный список. Поговаривают, что он собирается с ними расправиться.

– Он не вправе чинить самосуд! – возмутилась Лора.

13
{"b":"170712","o":1}