ЛитМир - Электронная Библиотека

       - Нет, ваше сиятельство. - Ответил только что назначенный министр внутренних дел султаната Гурам. - По-моему, вы упомянули обо всем, чтобы маркиз Алистан мог бы немедленно приступить к работе.

       - Скажи, Борг. Обратился к министру Эль-Нассар, когда за маркизом закрылась дверь и они остались вдвоем. - Как тебе удалось создать службу дознания маркиза Алистана, и чтобы об этом не знали ни я и ни Файез? Мне это даже понравилось, иметь такую сильную сыскную службу в смутные времена.

       - Все очень просто, мой Повелитель. - Ответил бывший капитан призрачной стражи Борг, а ныне министр внутренних дел султаната Гурам. - Эта служба постоянно существовала в призрачной страже с давних пор и ее основной задачей была борьба с контрабандистами, бандитами, ворами в столице и населенных пунктах султаната. Но постепенно цели и задачи службы расширились и территория ее влияния охватила территорию всего султаната. Когда мне удалось отыскать Алистана, он тогда еще не был маркизом, и поставил его во главе этой службы, то эффективность службы резко пошла в гору. Ведь, вы сами, Повелитель, собственноручно подписали указ о его производстве во дворянство и даровании ему наследного титула маркиза всего полгода назад.

       - Не помню такого указа и такого имени. - Нерешительно мотнул головой Эль-Нассар. - В свое время приходилось подписывать столько подобных указов, многие сановники просили за своих родственников и протеже. И я не помню, чтобы среди них была и твоя просьба, обычно ты ни о чем не просишь, а все делаешь сам. Ну, да ладно. Я хочу поблагодарить тебя, Борг, за твою верную службу в призрачной страже, за маркиза Алистана и его службу. За все, чем ты помог мне в сохранении спокойствия и благоденствия в султанате Гурам. А главное, за то, что, когда наступает день испытаний для государства и меня лично, ты не бросаешь меня, а становишься рядом со мной. Если желаешь, то я могу исполнить любую твою просьбу, чего бы ты не попросил - новый титул, денег, поместье. Но об этом позже, а сейчас, пока мы вдвоем и нас никто не беспокоит, давай обсудим проблему превращения призрачной стражи в гвардию, новое воинское подразделение султаната Гурам. Призрачная стража сегодня одно из лучших подразделений, но пока это милицейское, добровольное формирование, а нам нужна армия и, желательно, профессиональная. Призрачная стража должна стать основным ядром этой новой, зарождающейся армии. И как ты верно догадываешься, Борг, у нас остается очень мало времени для этих дел.

Глава 14

       Постепенно я начал привыкать к работе раба-гребца биремы "Весенняя Ласточка", у меня хорошо развились мускулатура рук, ног, живота и плеч, но я не превратился в тягловое животное, способное только на одно - работать с веслом биремы. Когда эта бирема шла под веслами я работал в паре со своим соседом, с которым с момента своего появления в этой каморке и до настоящего времени так и не перемолвился ни единым словом. Рабский ошейник заставлял нас сгибаться и разгибаться в едином ритме вместе со всеми рабами-гребцами "Весенней Ласточки", которых насчитывалось более двухсот человек. Ошейник контролировал работу моего тела, но не мой разум, он наблюдал за тем, чтобы тело работало в полную силу и синхронно с остальными рабами гребцами, ни на секунду не выбиваясь из задаваемого ритма. В такие моменты возникала уникальная ситуация, тело функционировало под контролем ошейника, а разум, оставался свободным и независимым, он размышлял, получал информацию, ее анализировал и принимал решения, которые претворялись в жизнь, когда тело возвращалось под его контроль. В результате, тело накачивалось физической силой, а разум совершенствовал свои умственные и мыслительные способности.

       Именно благодаря последнему, а также крупицам информации, полученной от болтовни проходящих мимо меня матросов экипажа биремы, я узнал, что головной мозг людей, населяющих Тринидад, имел некоторую специфику, он легко подчинялся звучанию ритмических звуков. Когда начинал бить барабан или петь свирель, то из-за их ритмического звучания отключались сила воли местного человека, мышление и, наслаждаясь ритмикой, головной мозг не принимал решений, ритмическая музыка была своего рода наркотиком, превращающая человека в животное. Но я не был рожден на этой планете и мой головной мозг был лишен такой специфики. Он в нормальном порядке функционировал при исполнении любой ритмической музыке, иногда, правда, если исполняемая музыка оказывалась шедевром музыкального искусства, то отключался на краткий период ее звучания. Поэтому моим головным мозгом сохранялась способность думать и размышлять, а когда бирема находилась на швартовке в портах и гаванях, то он восстанавливал контроль и над телом. Снять ошейник я не мог, любое действие, направленное на то, чтобы снять ошейник или попытаться испортить его, вело к немедленному наказанию или к смерти раба. Это в свою очередь позволяло мне внимательно наблюдать за всем, во что вовлекалась бирема "Весенняя Ласточка" и ее экипаж.

       Однажды, в одной из тихих гаваней, когда время приблизилось к полночи, я стал невольным свидетелем одного события, который надолго запал в мою память. После завершения трудового дня физических сил, особенно в первые недели рабства, оставалось только на то, чтобы поужинать и свернуться клубком на ночь на полу каморки и поспать. Сосед сворачивался клубком вдоль борта биремы, а мне приходилось укладываться к боковой стене палубы, места не хватало, чтобы вытянуться во всю длину тело, вот и приходилось сворачиваться в клубок. Сегодня, когда я уже устраивался на ночь на полу каморки, к этому моменту мой сосед уже негромко похрапывал у борта, когда с берега донесся непонятный и непривычный для слуха звук. Я посмотрел на соседа, его глаза были закрыты и он не прореагировал на этот звук, а продолжал свой негромкий храп. Я осторожно, чтобы случайно не звякнули кандальные цепи, поднялся на ноги и даже поднялся на чурбак-скамейку и, приподняв голову над бортом биремы, стал всматриваться в темноту ночи, в ту сторону, откуда прилетел звук. Но с биремы было невозможно рассмотреть, что происходило на берегу. Красавицу Эллиду прикрывали плотные облака, над морем и берегом стояла сплошная темень.

       В памяти всплыли некоторые рекомендации моей прекрасной Эллиды по отношению ночного зрения и дальневидения, после некоторых усилий головного мозга я начал видеть в темноте и увидел суетящихся на берегу людей. Небольшая группа людей толпилась потухшего костра, вдали виднелась коновязь с несколькими верховыми животными на привязи, а по берегу были беспорядочно разбросаны повозки и круглые дома. Меня удивили верховые животные, они очень напоминали земных лошадей, но имели более вытянутые шеи и рога вместо ушей на головах, а повозки и круглые дома оказались кибитками и юртами кочевников. Вместе со зрением обострился и слух - стал слышать биение волн о берег, гортанные возгласы людей, когда они общались между собой, рев верховых животных. И вновь послышался этот женский голос, полный тоски и отчаяния, отголосок которого не дал мне заснуть. Это был девичий голос или голос очень молодой женщины, наполненный страданием.

       - Я не хочу и никогда не хотела этого делать. - Прозвучал в моих ушах отчаявшийся девичий голосок. - Где мой отец? Что вы сделали с ним? Это неправильно и несправедливо по отношению ко мне и Ребекке, я не хочу и не буду так поступать, как вы хотите. Не заставляйте меня делать этого?!

       Только голоса того человека, который разговаривал с девушкой мне не было слышно, поэтому я не знал, что этот человек хотел от нее и что он заставлял ее делать. В этот момент люди на берегу внезапно засуетились и бегом стали переносить к берегу различные тюки, ящики и мешки, чтобы затем их перегрузить в только что подошедшую к берегу шлюпку. Они быстро перегрузили вещи в шлюпку, которая, как подсказали мои глаза, я знал знакомые лица матросов, сидевших за веслами, была с нашей биремы. Вскоре шлюпка отошла от берега и по волнам быстро побежала к биреме, помимо матросов в шлюпке были еще четыре человека, которые одеждой и лицами очень походили на восточных людей. Именно эта четверка и занялась разгрузкой шлюпки и переносом вещей в трюм "Веселой Ласточки". Когда шлюпку разгрузили, то восточные люди остались на биреме, а шлюпка отправилась за новой партией груза. Пять раз шлюпке пришлось ходить за очередной партией груза к берегу, а на шестой раз на бирему шлюпка доставила какого-то старика и молодую девушку. Я не видел лица ни старика, ни этой девушки, только бросились в глаза ее медно-рыжие волосы.

42
{"b":"170776","o":1}