ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Что это? — удивленно спросил Лучиано. — Откуда взялся этот отвратительный туман? Он кажется таким липким и воняет еще хуже, чем Темза.

— Он поднимается из ручья, нижняя часть которого когда-то была рекой и носила название Флит, — объяснила Ровена.

— От нее и получила свое название Флит-стрит? — спросила Иви.

— Именно, — кивнула наследница Вирад. — Раньше Лондон пересекало множество ручьев и рек, которые постепенно превратились в канализационные каналы. Прежде Флит играла важную роль в жизни города. Эта речушка служила границей между Вестминстером и Сити и являлась частью оборонных сооружений города. Во время гражданской войны, начавшейся в семнадцатом веке, после того как королю Карлу Первому отрубили голову и к власти пришел Оливер Кромвель, для защиты города по обеим сторонам реки Флит были насыпаны земляные валы. Но позже от речки остался лишь зловонный канал сточных вод, который омывал стены тюрьмы Клеркенуэлла и протекал дальше вдоль Саффрон-хилл — которая и по сей день является одной из самых бедных улиц Лондона, — и вдоль Тернмилл-стрит. Да, этой реке пришлось повидать немало ужасов и смывать в Темзу не только уличную грязь и помои. На Чик-лейн, где промышляло немало убийц и всяческого сброда, в мутные воды реки то и дело сбрасывали мертвые тела. Их обычно прибивало к стенам второй тюрьмы, где заключенные умирали как мухи. Говорят, они погибали от зловонных испарений Флита, и это предположение, по словам современных ученых, не такое уж абсурдное. Хотя дело, конечно, было не в самом запахе, а в грязной воде, кишевшей побудителями различных заболеваний. В шестнадцатом столетии чума сильнее всего неистовствовала в переулках, которые то и дело затоплялись водами Флита.

— Но здесь больше нет реки, — сказал Лучиано, показывая на затянутый туманом переулок. — Ни здесь, ни на Флит-стрит.

— Вода еще тут, — возразила Иви, — я ощущаю ее, и мы все слышим запах ее испарений, не так ли? Но видим мы лишь туман.

Ирландка посмотрела на Ровену.

— Ты права, реки превратили в канализационные каналы, пустили их под улицами и теперь сливают туда всевозможные нечистоты. Из этих подземных сточных вод поднимается туман. И не только туман. Время от времени старые реки напоминают о себе, заливая улицы и подвалы грязно-коричневыми водами. О6ычно это происходит во время паводка.

Наследники поспешили продолжить путь и покинули улицу, где ядовитые клубы тумана быстро поднимались вверх и застилали взор прохожих.

Ровена повела наследников дальше, и вскоре они очутились у стен тюрьмы, которая успела сменить множество названий, но всегда оставалась ужасным местом для заключенных. Вампиры обошли ее по кругу и стали наблюдать за привратниками.

— И как мы теперь проберемся внутрь, чтобы узнать что-нибудь о фениях? — озвучил мысль наследников Лучиано.

Мэрвин окинул взглядом стены тюрьмы.

— Превратившись в летучих мышей, мы сможем спокойно попасть во двор, а там решим, что делать дальше.

— Да, хорошая мысль, — кивнул Лучиано.

В первый раз молчание нарушила Кларисса.

— Ты умеешь превращаться в летучую мышь? — спросила она, глядя на Лучиано с восхищением и ужасом.

— Э-э-э... да, — немного смущенно ответил Носферас.

Лишь теперь он сообразил, что его спутница не обладает такими способностями.

— Я не умею этого, да?

— Нет, ты одна из Носферас.

Вампирша выглядела сбитой с толку. Ну да, это было неудачное объяснение. В конце концов, Лучиано тоже принадлежал к этому клану.

— Превращаться в различных животных — это способность, которую в течение веков развивали и довели до совершенства вампиры семьи Лицана. Представители остальных кланов не обладают таким умением. Зато мы обладаем другими магическими способностями. Для этого и была создана академия: чтобы наследники приезжали друг к другу и постепенно освоили способности всех кланов. На второй год обучения мы были в гостях у Иви и Мэрвина, и Лицана научили нас призывать животных, управлять ими и превращаться в них.

— Значит, вы все можете это делать? Даже Иви, хоть она и нечистокровная? — спросила Кларисса, окинув взглядом членов группы.

— Да, — сконфуженно ответил Лучиано. — Но, знаешь ли, Иви — особенная вампирша, и ей уже довольно много лет. Она умеет больше, чем мы все.

— А я могла бы этому научиться? — не унималась Кларисса.

— Черта с два мы будем учить этому нечистокровных! — вмешался в разговор Карл Филипп. — Тебе давно уже пора понять, где твое место. Ты всего лишь обычная служанка, что бы там...

— Карл Филипп, закрой рот! — одновременно воскликнули Франц Леопольд и Лучиано, при этом венцу пришлось схватить друга за рукав, чтобы он не затеял драку с Карлом Филиппом прямо посреди улицы. Во-первых, сейчас это было ни к чему, во-вторых, Лучиано наверняка проиграл бы в этом поединке, что не возвысило бы его в глазах Клариссы, а в-третьих, они могли привлечь внимание охранников тюрьмы, и тогда наследникам пришлось бы отступить.

— Итак, мы превратимся в летучих мышей и перелетим во двор, — вернулся к прежней теме Мэрвин. — А Кларисса подождет нас здесь. В этом ведь нет ничего сложного, верно?

Франц Леопольд ощутил страх вампирши, напоминавший и том, что еще совсем недавно она была человеком. Приличной девушке из хорошей семьи не пристало оставаться ночью одной и подобном месте. Ни одна женщина из высшего общества не заходила в такие районы. Вероятно, Клариссе еще никогда не приходилось видеть что-либо подобное. Она судорожно сглотнула и с мольбой посмотрела на Лучиано. А он, как обычно, совершенно не понимал, в чем дело.

— Мне жаль. Мы пробудем там совсем недолго, а потом я подробно расскажу тебе обо всем, что нам удалось выяснить.

— Она не беспокоится о том, что пропустит что-то интересное. Ей страшно!

Лучиано недоверчиво посмотрел на Франца Леопольда, а затем на Клариссу.

— Что? Но почему? Быть этого не может. Лишь потому, что ты на несколько минут останешься одна?

— Возможно, сначала ей нужно понять, что вампирам не стоит бояться темноты? — усмехнулся Франц Леопольд. — А также злых мужчин, которые могут поджидать ночью прохожего за каждым углом.

Лучиано все еще не мог поверить в услышанное.

— Ты смеешься надо мной, Лео? — подозрительно спросил он.

— Нет, просто я хорошо разбираюсь в тонкостях женской натуры, — ответил венец.

— Именно ты! — насмешливо фыркнул Лучиано.

— Я не собираюсь участвовать в этой дурацкой затее с летучими мышами, — заявил Карл Филипп.

— Почему? У тебя есть предложение получше? — поинтересовался Мэрвин.

— Может быть, нам стоит оглушить охранников и пройти в ворота? — с иронией спросил Лучиано.

— Почему бы и нет? — ответил Карл Филипп.

— Потому что это может привлечь слишком много ненужного внимания, к тому же у охранников может и не быть ключа от ворот, — сказал Носферас.

В разговор вмешался Франц Леопольд:

— Мой кузен не хочет участвовать в этой «дурацкой» затее лишь потому, что не сможет самостоятельно превратиться в летучую мышь.

И хотя Карл Филипп возмущенно запротестовал против этого предположения, всем остальным стало ясно, что Франц Леопольд сказал правду. Его кузен не особо усердствовал в Ирландии и наверняка не продолжал развивать эту способность дома. Наследникам Вирад тоже нелегко давалось умение Лицана. Ровена быстрее всех его освоила. Но и она вынуждена была признаться, что уже давно не пробовала превращаться в какое-либо животное.

— Мне просто не подворачивалось случая применить эту способность на практике, — попыталась оправдаться вампирша. — Но если Мэрвин мне поможет, я непременно справлюсь, — продолжила она и вопросительно посмотрела на наследника Лицана.

— Мы справимся, — кивнул ирландец. — В случае чего нас поддержит Иви. С ее помощью даже камень способен превратиться в летучую мышь.

— Не нужно преувеличивать, — сказала Лицана, которая, как и Лео, увидела надежду, вспыхнувшую в глазах Клариссы.

В конце концов наследники решили, что Лучиано, Франц Леопольд, Мэрвин и Ровена перелетят через стену тюрьмы, а Иви, Сеймоур, Карл Филипп и Кларисса останутся здесь. Ведь волк тоже не мог превратиться в летучую мышь. Кроме того, друзья были уверены, что Иви сможет сдерживать враждебные порывы Карла Филиппа и не позволит ему обидеть Клариссу.

38
{"b":"170861","o":1}