ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Его ребёнок! Его дочь или сын. Кровь от его крови – его и Эдриен.

Эдриен была беременна.

Хоук онемел.

Адам злобно оскалился – и Ястреб видел это.

Он не потеряет Эдриен. Он должен ещё многое прочитать. Железной силой воли Хоук отвёл взгляд от своей любимой жены.

Это было самой тяжёлой вещью из всего того, что он сделал за всю свою жизнь.

Глаза Эдриен пожирали его.

Она боялась помешать, боялась двинуться. Каким-то чудесным образом её выдернули прямо из библиотеки, а Муни, которая была через всю комнату у камина, уютно свернулась в её руках. Она всё ещё видела испуганное лицо Марии, растворившееся прямо перед её глазами.

И был Ястреб, любимый муж и сама её жизнь.

“Как ты могла устоять передо мной, Красавица?” Адам вдруг снова стал кузнецом, одетым в килт и мерцающим. “Я столь же красив, как и Ястреб и могу понравиться тебе так, как ты и не мечтала. Я могу вывернуть тебя наизнанку и заставить рыдать от экстаза. Как могла ты отвергнуть меня?”

“Я люблю моего мужа”. Она провела много месяцев, цепляясь за надежду о ребёнке Ястреба, растущего внутри неё, и изучая все кельтские традиционные знания, которые она смогла заполучить в свои руки, в надежде найти дорогу обратно. Но Ястреб, как оказалось, сам нашёл этот путь для неё.

“Любовь. Что это за вещь такая, что вы, смертные, так высоко её цените?”, насмехался Адам.

Достаточно, шут, долетел серебристый звон вздоха Эльфийской Королевы.

Даже Хоук, проигнорировав его слова, замер на полуслове, услышав этот голос.

И с тебя тоже достаточно, красивый, легендарный Хоук.

Слаще, чем звон колокольчиков, её голос был чувственной лаской небес. Но Хоук продолжал, не прерываясь, “…и используемое в этом приказе слово личность будет подразумевать и включать, где должно, индивидуума или другое существо; множественное число будет заменять единственное, а единственное в пользу множественного, где должно; и слова любого рода будут включать другой род…”

Эдриен смотрела на своего мужа, и её глаза сверкали любовью и гордостью.

Шут подчинится мне. Я его Королева.

Хоук помедлил с намёком на вздох, недостаточный для того, что нарушить целостность, но достаточный для того, чтобы осознать.

И кроме того, ты вышел за пределы приказа. Ты словно служишь мессу и воистину многословен. Тем не менее, сделано на славу, смертный. Она в безопасности, вы оба. Я буду следить за этим с сегодняшнего дня и до конца.

Хоук продолжал. “…все элементы, объединённые словами если, и, или но, или другими связующими словесными выражениями в случае кажущегося противоречия не будут действовать как исключения или ограничения никоим образом, но будут функционировать как связующие, частично совпадающие и предоставляющие широчайше возможное определение способов выражения, использованных при сём…”

Эльфийская Королева вздохнула. Аааах, понимаю. Ты не прекратишь нести этот бред, пока я не предложу гарантий. Умный мужчина. Ты добиваешься моего обещания. Я дарую его. Ты получаешь неизменную клятву Эльфийской Королевы по договору Туата Дэ Данаан. И не будет она нарушена, дабы не исчезла наша раса.

Хоук отпустил свиток, и тот свернулся, звучно щёлкнув. Только тогда Эдриен увидела, как дрожат его руки, когда он встретил её взгляд с торжеством в глазах.

“Она подарила нам защиту и верность”. Его улыбка могла зажечь костры Самайна. Его глаза скользили по ней с ног до головы, любовно задерживаясь на каждом дюйме её тела.

“Мы в безопасности?”, прошептала Эдриен, со слезами, струящимися из её глаз.

Я буду следить за этим сама, пропел серебристый голос. Сейчас и всегда. Шут?

Адам зарычал.

Так как я не в состоянии удержать тебя от неприятностей, у тебя будет новый компаньон. Эйн проведёт следующих пятьсот лет с тобой. Она постарается держать тебя в узде.

Не Эйн! Обращение Адама имело тон, далёкий от нытья. Эта маленькая любопытная девчонка увлечена мной! Я мог провести это время, доставляя удовольствие тебе, моя Королева! Позволь мне!

Ты будешь доставлять удовольствие ей, шут, или проведёшь следующую тысячу лет у подножия гор в одиночестве. Ты думаешь, что тебе скучно сейчас?

Глянув на Ястреба уничтожающим взглядом, Адам исчез.

Так, на чём мы остановились? спросила Королева. Эдриен украдкой посмотрела в направлении её голоса. Она едва могла разглядеть сияющие очертания женщины, парящей в туманном воздухе позади Ястреба.

Ах, да. Вы двое собирались пожениться на холмах у моря. Шут ужасно грубо умеет выбрать момент. Я начну с того места, на котором вы остановились. Я, Эобил, Королева Туата дэ Данаан, называю вас мужем и женой. Ни смертный ни вечный да не разведёт вас порознь, дабы не навлечь на себя мой непреходящий гнев. Вас соединила в браке сама Эльфийская Королева. Никто не может предъявить права на такую легенду.

Эдриен и Ястреб всё ещё смотрели друг на друга через пространство сада, боясь сдвинуться даже на дюйм.

Ну? Поцелуй женщину, ты большой красивый мужчина! Давай.

Ястреб резко втянул воздух.

Он изменился, осознавала Эдриен. Время сделало его даже ещё более красивым, чем раньше. Она не знала, что то же самое он думал о ней. Его глаза скользили по ней, от серебристо-белокурых волос до её босых пальцев ног, выглядывающих из-под странных штанов.

А потом она была в его руках, свернувшись в этом сильном объятии, о котором мечтала каждую ночь все последние пять месяцев, пока лежала в постели, положив руку на свой округлившийся живот, умоляя небеса об ещё одном дне, проведённым со своим мужем.

Он легко касался её губ своими. “Моё сердце”.

“Твоё сердце…ох!” И она лишилась дыхания под его восхитительными губами.

“Ааах”, изумилась Королева, ибо даже Туата Дэ Данаан благоговели перед настоящей любовью. Вы достойны того, что я дам вам сейчас, прошептала она перед тем, как исчезнуть. Считайте это моим свадебным подарком…

ЭПИЛОГ

Эдриен дышала полной грудью. Ничто никогда не сможет сравниться с ароматом роз и весеннего дождя, с непрерывным рёвом волн , бьющихся о западные скалы и брызгами соли в неиспорченном воздухе. Она чуть наклонилась вперёд, чтобы увидеть надвигающиеся на море сумерки. Потом она вернётся к Лидии и продолжет подготавливать всё необходимое к появлению малыша. Она подавила смех своей рукой. Лидия в конечном счёте прямым текстом приказала Ястребу уйти, выражая недовольство тем, она не сможет должным образом порадоваться возвращению своей невестки домой и приготовиться как следует к появлению внука, если он не перестанет её всё время целовать. Не то, чтобы Эдриен возрожала.

Ястреб сердито смотрел, как наказанный мальчишка.

“У вас двоих вся жизнь впереди”, решительно отметила Лидия, “В то время как у нас женщин всего несколько коротких месяцев, чтобы подготовиться к появлению малыша”.

“Несколько коротких месяцев?”, ошеломлённо посмотрел Хоук. Потом заволновался. И куда-то побежал, что-то бормоча себе под нос.

Сейчас Эдриен стояла на каменных ступеньках, закинув голову назад и упиваясь безмолвной красотой бархатного неба. Её глаза ухватили мелькнувшее на крыше движение.

Гримм перегнулся к ней через перила, и его красивое лицо озарилось улыбкой. Она с Ястребом разговаривала в послеполуденные часы, и он в подробностях рассказал ей всё, что здесь без неё происходило, включая то, как Гримм помогал вернуть её обратно. Буквально за пару часов до этого Гримм приложил руку к сердцу и коленоприклонённо молил у неё прощения за свою ложь. И она с готовностью даровала ему его.

“Надеюсь, ты не ищешь падающую звезду, Гримм”, позвала она его снизу.

“Никогда снова”, горячо поклялся он.

Эдриен задохнулась, прямо в этот момент крохотное белое пятнышко заискрилось и засуетилось, прочертив спускающийся вниз виток через всё небо. “О, Боже, Гримм, смотри! Звезда промелькнула!” Она зажмурила глаза и яростно загадала желание.

“Что ты только что загадала?”, зарычал он на неё, застыв от напряжения.

68
{"b":"170867","o":1}