ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Говорит и показывает искусство. Что объединяет шедевры палеолита, эпоху Возрождения и перформансы
Профиль без фото
Поступки во имя любви
Стиль Мадам Шик: секреты французского шарма и безупречных манер
В команде с врагом. Как работать с теми, кого вы недолюбливаете, с кем не согласны или кому не доверяете
Психбольница в руках пациентов. Алан Купер об интерфейсах
Не плачь
Катарсис. Старый Мамонт
Институт неблагородных девиц. Чаша долга
A
A

– И что же делать? Сдаваться? – спросила Николь. – Я никогда не приму условия бонтонцев. Лучше уж смерть…

– Надо сбить мерзавцев со скал, – задумчиво проговорил Аято. – Но как это осуществить? От снайперов толку мало.

– Я отправлю тридцать человек наверх, – предложил капитан. – За час они сумеют взобраться по стене.

– Сомневаюсь, – возразил самурай. – У гвардейцев нет соответствующих навыков. Кроме того, наблюдатели мутантов сразу заметят солдат. Наши действия послужат для противника сигналом к атаке. А провоцировать врага не стоит.

– Придется ждать, – подвел итог Храбров. – Надежда умирает последней. Помощь может придти в самый неожиданный момент. Брендон, прикажите готовиться к наступлению. Кто дрогнет – будет казнен на месте. Вперед поставьте лучших стрелков. Больше одного залпа они сделать не успеют.

– У вас есть план? – удивленно вымолвил унимиец.

– Нет, – отрицательно покачал головой русич. – У меня есть огромное желание выжить. В любом случае драки не избежать.

Путешественники отвели лошадей в сторону и приступили к проверке снаряжения. Надо подтянуть подпругу, поправить стремена, перезарядить оружие.

Между тем конвой неторопливо перестраивался. В первый ряд выдвинулись лучшие гвардейцы. Пятеро всадников полностью перекрыли все ущелье. Бесстрастное выражение лиц, сосредоточенные взгляды, застывшие в напряжении фигуры. Даже те мендонцы, что не верили в бога, сейчас тихо шептали молитвы.

Все понимали – головная часть колонны обречена. Она примет на себя основной удар противника. У солдат нет шансов уцелеть в подобной мясорубке.

Нервозность людей передалось и животным. Пытаясь нарушить строй, лошади непрерывно топтались на месте. Однако, руки воинов крепко держали поводья, а плеть безжалостно наказывала за непослушание.

Полчаса пролетели, словно одно мгновение. Вокруг царила тревожная гнетущая тишина. Эскорт был готов к прорыву и лишь ждал команду капитана. Разместившуюся в центре колонны принцессу защищали надежные телохранители.

В какой-то момент время остановилось. Последние минуты текли невероятно медленно. Так всегда бывает перед боем. Страх уже преодолен, и хочется побыстрее устремиться в атаку. Сомнения и раздумья безжалостно гонятся прочь.

– Надо наступать, – произнес властелин. – Гвардейцы на пределе. В таком состоянии они сметут с пути кого угодно. Чего мы ждем?

– Удачи, – грустно улыбнулся Олесь.

Неожиданно на скалах начали происходить странные события. Сверху послышалась стрельба, крики, звон мечей. Вскоре в ущелье посыпались камни, оружие и мертвые человеческие тела.

– Брендон, пора! – громко закричал Храбров.

– Вперед! – воскликнул унимиец.

Тотчас затрубил сигнальщик. От сильных болезненных ударов заржали лошади. Теснина превратилась в сущий ад.

С дикими воплями и ненавистью в глазах кавалеристы ринулись на врага. Ведя беспорядочную стрельбу из карабинов и арбалетов, растерявшиеся бандиты обратились в бегство. В ответ раздался дружный залп конвоя. В лучах Сириуса сверкнули мечи всадников.

Описать словами происходящее невозможно. Падающие сверху глыбы, обезумевшие люди, встающие на дыбы кони – все смешалось. Передние животные, даже потеряв седоков, упорно неслись вперед.

Остановить табун лошадей не сумели ни пики, ни колья. Это было ужасное кровавое побоище. На узком участке ущелья образовалась огромная куча трупов. И она продолжала неуклонно расти…

План Жонини не удался. Его солдаты не смогли завалить колонну камнями. После короткой схватки эскорт вырвался на открытое пространство. И хотя бандиты имели преимущество в численности, инициатива постепенно переходила к мендонцам.

Азарт боя настолько захватил гвардейцев, что они не собирались покидать злополучное место. Спустя четверть часа сражение закончилось. Спасшиеся от истребления разбойники укрылись на склонах гор. Изредка оттуда доносились одиночные выстрелы. Но кавалеристы не обращали на них внимания.

С болью и горечью русич осмотрелся по сторонам. Куда бы Олесь не бросал взгляд – всюду лежали мертвые тела. Хромая и истекая кровью, лошади бродили по ущелью в поисках погибших хозяев. То и дело раздавались стоны раненых.

К счастью, никто из путешественников серьезно не пострадал. В гущу битвы наемники старались не лезть, впрочем, и от противника не бегали. Убитых врагов земляне не считали.

Николь стояла чуть в стороне. Ее лицо побелело от ужаса. Девушка никак не могла отвести взор от выхода из теснины.

Зрелище действительно было кошмарным. Сотни копыт буквально размолотили трупы людей. Лишь обрывки одежды указывали на принадлежность воина к эскорту. Из первых десяти гвардейцев не выжил ни один. Солдаты честно выполнили свой долг.

Разбираться в кровавом месиве тасконцы не стали. Не теряя времени, они приступили к поиску раненых друзей. Найденных мутантов мендонцы без жалости и сострадания добивали. На войне человеческие сердца черствеют.

– Отличная драка! – радостно проговорил Брендон, подъезжая к чужестранцам. – И мы в ней победили!

По лицу капитана текла кровь, мундир разорван, в руке зажат обломанный клинок. Меч разбойника отсек офицеру левое ухо, но унимиец не обращал внимания на подобные мелочи.

– Боюсь, вы торопитесь с выводами, – возразил Тино. – Через полчаса бандиты придут в себя и снова устремятся в погоню. Задерживаться здесь не стоит.

Храбров слез с лошади и передал поводья Карсу. Быстрым шагом русич двинулся к месту наиболее жаркой схватки. Где-то у входа в ущелье землянин видел Жонини. Смерть генерала значительно поумерит пыл преследователей. Если же бонтонец уцелел, то проблемы эскорта еще далеко не решены. Жонини умеет держать удар и выпутываться из сложных ситуаций. Да и люди Кидсона вряд ли помогут во второй раз. Они понесли большие потери и отступили. Это стало ясно, когда в теснину посыпались камни. Бандитам удалось отбить внезапную атаку мендонцев.

Перешагивая через трупы, Олесь внимательно разглядывал изуродованные лица. Занятие не для слабонервных. Остекленевшие глаза, вывернутые челюсти, сломанные носы и реки крови. Чуть в стороне хрипела в агонии умирающая лошадь. Бремя от времени несчастное животное дергало ногами, пытаясь встать, однако, сил уже не было. Землянин посмотрел на измученного скакуна, поднял автомат и нажал на курок. Лошадь вздрогнула и замерла навсегда.

Найти нужного человека в груде тел оказалось непросто. Лишь спустя десять минут Храбров наконец обнаружил генерала.

Бонтонец находился у каменной стены, сверху на нем лежал убитый гвардеец. Догадаться о произошедшей в ущелье драме труда не составило. Выставив длинную пику, Жонини сбил кавалериста с коня, но тут же получил клинок в сердце. Достойная смерть для солдата. На всякий случай русич пощупал пульс унимийца. Рассеялись последние сомнения – генерал мертв.

– Еще одного мерзавца настигла справедливая кара, – негромко произнес Олесь, направляясь к друзьям.

Между тем события на поле боя развивались своим чередом. Брендон прислушался к словам Аято и приказал подчиненным отлавливать лошадей. На них перегружали снаряжение, продовольствие и воду.

Раненых животных, чтобы они не достались врагу, пришлось пристрелить.

Ситуация с людьми была гораздо сложнее. Одного солдата товарищи буквально привязали к седлу. Сам бедняга держаться не мог. На его голове, груди и руках виднелись окровавленные повязки.

– Как успехи? – поинтересовался самурай.

– Бонтонец погиб и больше не будет доставлять нам хлопот, – ответил Храбров, запрыгивая на коня.

– Хорошая новость, – кивнул головой японец. – Здесь дела значительно хуже. Из всего эскорта уцелело чуть больше тридцати человек. Двое из них в очень тяжелом состоянии. Длительный переход тасконцам не выдержать. О скорости движения даже не говорю. И лошади, и гвардейцы нуждаются в отдыхе.

В этот момент сигнальщик вновь затрубил. Отдаваясь гулким эхом, призывный звук разнесся по флорским горам.

Невольно мендонец почтил память погибших. Еще час назад лежащие на камнях люди строили планы и мечтали о будущем. Никто не хотел умирать. Но жизнь распорядилась иначе. Война безжалостно ломает человеческие судьбы.

8
{"b":"1710","o":1}