ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Хуже некуда, – проговорил русич. – Линия обороны создана на одиннадцать процентов. А это главный козырь противников экспедиции. Они опасаются за безопасность планет. И не напрасно… Их доводы весомы и неопровержимы. Космические базы и звездный флот не в состоянии отразить массированную атаку насекомых. Часть кораблей горгов обязательно прорвется к Маоре, Алану и Тасконе. Число погибших будет измеряться миллионами.

– Тем более надо провести разведку, – заметил Байлот. – Мы должны четко знать, откуда на нас надвигается лавина врагов. Тот, кто владеет информацией, тот владеет миром. По уровню развития твари ничуть не превосходят человечество, но на их стороне внезапность. Каждый раз насекомые появляются неожиданно. Пора поставить мерзавцев на место.

– Генеральный штаб тоже так считает, – согласился с Аргусом Олесь. – Пауза в войне несколько затянулась. В любой момент армада горгов может обрушиться на систему Сириуса. К сожалению, в Совете этого не понимают. Одни боятся спровоцировать новое вторжение, вторые пребывают в эйфории от достигнутой победы. Но и те, и другие не желают менять сложившуюся ситуацию. Покойный Дойл как-то рассказывал о птице, которая в случае внезапной опасности сует голову в песок. Она абсолютно уверена, что надежно спряталась. Наша политика ничем не отличается от поведения глупого существа.

– Пожалуй… – усмехнулся старик.

– Времени на споры не осталось, – вымолвил землянин. – Рассмотрение вопроса и так откладывалось уже дважды. А что подумают эданцы? Переговорный процесс ведь всего лишь приостановлен. Нельзя давать повод жителям Валкаала заподозрить людей в трусости.

– У тебя есть конкретные предложения? – спросил тасконец.

– Нет, – честно признался Храбров. – Яне знаю, как убедить членов Совета. Прислушиваться к мнению военных они не хотят. В средствах массовой информации наши предложения преподносятся как лоббирование интересов армии и флота. Некоторые журналисты предлагают урезать финансирование программы. Чего бояться слабых уродливых горгов?

– Все так, – утвердительно кивнул головой Байлот. – Однако под лежачий камень и вода не течет. Если человек не понимает по-хорошему, придется прибегнуть к другим методам. Операция началась два часа назад. Мы постараемся устранить ненужные преграды.

– Не понимаю, о чем ты? – произнес русич.

– Расслабься, – ответил генерал. – У каждого своя работа. Мутанты охраняют базу, пилоты управляют звездными крейсерами, а служба контрразведки делает так, чтобы им никто не мешал. Ситуация в Совете завтра резко изменится. Подробности Тино расскажет при встрече.

– Сплошные тайны, – иронично улыбнулся Олесь.

– Я не доверяю каналам связи, – проговорил Аргус. – После случая с Бертом Расселом пришлось перенастраивать почти двадцать ретрансляторов. А подобных умельцев в Союзе немало.

– Мне готовиться к экспедиции? – землянин задал прямой вопрос.

– Не торопи события, – возразил старик. – Все в руках божьих. Увидимся во Фланкии. И следи за новостями. Сегодня будет интересный вечер.

Экран голографа погас. Байлот не любил долгих прощаний. Догадаться о какой операции идет речь, труда не составляло. Агенты Аргуса постоянно собирали компрометирующий материал на высокопоставленных чиновников правительства. Шантаж – один из самых эффективных методов для достижения цели. Время уговоров закончилось. Вопрос лишь в том, по кому ударит старик?

Невольно Храбров вспомнил последнее заседание Совета, на котором он присутствовал. Русич закончил доклад и терпеливо ждал итогов голосования. В состав руководящего органа Союза Свободных Планет входило одиннадцать членов. Пять человек представляли подземную Таскону, пять – Алан, и Зенда Тиун, выражавшая интересы мутантов. Маора пока в работе Совета участия не принимала. До сих пор стороны не договорились о квоте. Колония требовала как минимум четыре места, ей предлагали только два. При этом все сразу вспоминали, при каких обстоятельствах планета вошла в Союз. В любом случае дискуссия затягивалась.

Для принятия решения об отправке экспедиции требовалось две трети голосов. Вопрос слишком серьезный, жизненно важный. Кто тогда выступил против? Из аланцев – Кора Лейбвил и Кайл Эрвил. Лейбвил импульсивна, истерична и пуглива. Ее отказ прогнозировался заранее. Эрвил. Высокий полный мужчина. Не глуп, но чересчур самоуверен и надменен. За ним стоят крупные холдинговые компании. Им разорительная война не нужна. Спрос на предметы быта и так заметно упал. Поступок Кайла тоже вполне объясним.

Теперь тасконцы… Председатель Никлас Прайлот в последние годы стал излишне осторожен. Ответственные решения он старается в одиночку не принимать. Лиза Соул отвечает за социальную сферу. Все ее программы постоянно натыкаются на недостаток финансирования из-за военных заказов. Раздражение женщины понятно.

И, наконец, Торн Таунсен. Самая странная и загадочная фигура. Ни Аято, ни Байлот не сомневались, что именно он является воином Тьмы. Поддерживая офицеров на словах, тасконец, тем не менее, регулярно выступал против оборонных законопроектов. А ведь Таунсен возглавлял департамент военного производства. Где логика? Разумного объяснения поступкам Торна друзья не находили.

Итого пять человек. Кто-то из них станет сегодня жертвой Аргуса. Олесь терялся в догадках. Но в одном русич не сомневался: старик слов на ветер не бросает. Байлот не испытывает жалости и сострадания к врагам. Как настоящий хранитель тасконец был готов, не раздумывая, пожертвовать жизнью ради интересов человечества. Так же, не дрогнув, Аргус бросал на алтарь судьбы других людей.

Храбров встал с кресла, взглянул на часы и не спеша побрел к двери. Он что-то заработался. Завтра предстоит трудный день. Надо хорошенько выспаться. В коридоре с лазерным карабином наперевес застыл мутант-охранник. Внешний вид солдата мог напугать кого угодно. Нависающие на глаза надбровные дуги, совершенно лысый череп, зрачки ярко-желтого оттенка, нос широкий, расплющенный, из-под верхней губы торчат зубы.

Интересно, из какого племени тасконец? А что если борг из пустыни Смерти на Оливии? Часть этого рода каннибалов все же сохранилась. В первые годы аланской экспансии сражения с ними были очень жестокими и кровопролитными. Не исключено, что русич встречался с воином на поле боя при захвате Велона или Аклина. Олесь невольно остановился и негромко спросил:

– Откуда родом, рядовой?

– С Аскании, господин полковник, – отчеканил мутант.

– Я так и подумал, – солгал землянин и двинулся к лифту.

Сняв ботинки, Храбров удобно устроился на диване, налил себе пива и включил голограф. Холодный, пьянящий напиток приятно разливался по телу. Веки сразу потяжелели. Русича потянуло в сон. Давала о себе знать усталость. Последние дни выдались чересчур нервными и напряженными. Олесь поставил стакан на стол, снял китель и направился в ванную комнату.

Контрастный душ привел его в чувство и придал бодрости. Теперь у пива появился хотя бы вкус. Чуть горьковатый, терпкий, с характерным оттенком аланских трав. Состав неплох, но с напитком Нила Броуна в «Грехах и пороках» не сравнишь. То ли вода другая, то ли недостаточная выдержка, то ли оливиец использовал особый рецепт. Хранить тайны хозяин морсвилского заведения умел.

После длительного перехода по пустыне под палящими лучами безжалостного Сириуса глоток такого пива воспринимался, как живительная влага. В голове сразу начинало шуметь, а конечности наливались свинцом. Ни с чем не сравнимое состояние блаженства, свободы и безопасности. Как же давно это было. Небо бездонное, трава изумрудно-зеленая, вода прозрачно-голубая, а барханы огненно-рыжие. В юности мир воспринимается совершенно иначе.

Землянин иронично улыбнулся и прибавил звук голографа. По центральному каналу демонстрировался какой-то фильм. Типичная любовная мелодрама. Поиск более интересной программы ни к чему не привел. К массовой культуре Алана и Тасконе Храбров относился со снисходительным равнодушием. Она казалась ему слишком скучной и упрощенной. Лишь изредка русич смотрел спортивные передачи. В состязаниях есть элемент непредсказуемости.

8
{"b":"1717","o":1}