ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

ГЛАВА 14

Откуда-то издалека доносился собачий лай. Адам взглянул на часы на столике рядом с кроватью: стрелки близились к пяти, должен был пройти еще час, прежде чем небо посветлеет перед рассветом.

Он спал чутко, просыпаясь от каждого движения Миранды. В голове крутились кровавые, жуткие образы, когда он пытался представить себе, каково Миранде было видеть смерть мужа, дочери и друзей. Только сейчас Адам понял, что горе оставило в ней рану, которая не затянется до тех пор, пока Миранда не найдет способ избавиться от чувства вины. Адам не знал, как помочь ей.

Неудивительно, что новость о болезни Джейсона так перепугала ее. Каждый день для Миранды становился личной битвой за выживание, она пыталась убедить саму себя, что дальше будет лучше. Но как она могла поверить в лучшее, видя медленную смерть друга? Ничего странного, что она прыгнула с утеса — странно то, как ей удалось продержаться в битве так долго.

Миранда задвигалась рядом, переворачиваясь с боку на бок. Рубашка Адама собралась на ее талии и поднялась выше, к груди от лихорадочных движений. Секундой позже, издав приглушенный стон, Миранда подтянула колени к груди и свернулась в позе плода. Внезапно она проснулась. Даже глядя в стену, она поняла, что Адам наблюдает за ней.

— Адам!

— Я здесь. — Он привлек ее к себе на плечо.

Она охотно поддалась, прижимаясь к его боку.

— Я не могла вспомнить, где это я.

Она все еще пыталась скрывать от него мысли.

— Видела плохой сон?

— Да, — с запинкой проговорила она.

— Ты часто видишь такие сны?

— Каждую ночь. — Она положила ладонь ему на грудь. — Возьми меня, Адам.

В этой просьбе слышалось скорее отчаяние, чем призыв. Он стал ее наркотиком, ее спасением, тем, что прогоняло прочь кошмары. Но чтобы предоставить событиям идти своим чередом, на карту было поставлено слишком многое.

— Расскажи мне про Кейта, — попросил Адам.

Ее тело напряглось.

— Почему ты хочешь узнать о нем?

— Потому, что он — часть тебя.

— Кое-что из моего прошлого тебя не касается, Адам. Эта ночь была...

— Только началом, Миранда. Я не отступлюсь.

— Ты хочешь слишком многого.

— Расскажи про Кейта, — настойчиво повторил он. Миранда постепенно расслабилась. Ее плечи обмякли — в смирении или усталости от долгой борьбы.

— Он был терпеливым, непритязательным, прекрасным отцом... — Миранда проговорила это почти механически. В своей повседневной жизни она делала все возможное, лишь бы удержаться от мыслей о Кейте. Она знала, что, если позволит подлинным мыслям всплыть на поверхность, чувство вины парализует ее.

— Совсем не похожим на тебя, — заметил Адам. — Почему же ты не развелась с ним?

Миранда попыталась взглянуть ему в глаза, но Адам лежал спиной к окну, а в комнате царил полумрак. Неужели этот вопрос задан случайно? Вполне возможно. Адам никоим образом не мог узнать, что происходило между ней и Кейтом.

— Я любила его.

— В самом деле? Его, по твоим описаниям, простецкого человека?

Миранда отвернулась и перекатилась на противоположный край кровати.

— Что тебе от меня нужно?

— Я хочу, чтобы ты доверилась мне, Миранда.

Она ощущала страх, подобный тому, что испытала во время гибели Кейта и Дженни. Адам совсем не похож на знакомых Миранде людей. Его нравственный кодекс и забота казались здесь не к месту и не ко времени. Откуда ему понять энергичную, поглощенную работой женщину, какой Миранда была до их встречи?

— Я любила его, — с вызовом повторила она. — Просто не понимала этого, пока не потеряла. Пока не стало слишком поздно.

Она потянула одеяло, укрываясь до подбородка. Ей стало холодно, но холод шел изнутри тела. Теплое одеяло не могло ее согреть. Адам придвинулся, прикрыл ей плечи, но не прикоснулся к ней.

— Я была отвратительной женой, — произнесла Миранда. — Наверное, это ты хотел услышать?

— По чьим меркам?

Он уже предлагал ей выход. Миранда могла бы успокоиться на этом и сохранить в памяти прежний образ Адама. Но отказ от признания навсегда остался бы между ними.

— Не пытайся защитить меня, Адам. Сделав первый шаг, я пойду до конца.

— Правильно. Только начни с самого начала. — Он передвинулся на середину кровати и накрыл ладонью ее руку.

Миранда поняла: Адам пытается облегчить ее участь, высвобождая ее из одинокого чистилища, но это чистилище стало уже знакомым, и Миранда нехотя покинула его. Наконец она приподнялась и оперлась спиной на его бок.

— Вначале мы были счастливы, впрочем, как и большинство молодых пар. Полагаю, помогло то, что нам вечно не хватало времени. Я либо была занята в школе, либо со своей группой, а еще чаще — в библиотеке. Потом мне пришлось все лето готовить выпускную работу. Казалось, мое свободное время никогда не совпадет с его свободным временем, особенно потому, что Кейт взялся сразу за две работы, чтобы оплачивать наши счета и помочь мне закончить школу.

— Кем он работал?

— Днем — архитектором, по вечерам — официантом. — Желая за что-нибудь схватиться, Миранда стиснула в кулаке угол подушки. Этого оказалось недостаточно. Она взяла руку Адама, переплела пальцы с его пальцами и крепко сжала их.

— Кейт становился слеп, когда речь заходила обо мне. — В горле у Миранды вырос ком. — Он не уставал повторять всем и каждому, как он гордится мною... даже когда я срывалась и осыпала его оскорблениями...

С тех пор, как погиб Кейт, она часто просыпалась, слыша слова, которые швыряла ему в лицо. Миранда отчаянно пыталась убедить себя, что память исказила эти случаи, преувеличила их, прибавила жестокости. Но этот способ никогда не действовал. Мысленно она извинялась перед Кейтом, вновь и вновь просила у него прощения. И ни разу не получила его.

— Ты намеренно хотела уколоть его или просто срывалась, не задумываясь?

Поразительная прозорливость Адама в том, что касалось ее прошлого, уже перестала изумлять Миранду так, как в начале их знакомства. Постепенно она пришла к выводу: все участие Адама в жизни исчерпывалось наблюдением.

— Тогда я не понимала, что происходит, но позднее, оглядываясь назад, осознала — я просто стеснялась Кейта. Видимо, мне казалось, что сумев как следует вывести его из себя, я заставлю его измениться. — Миранда взяла руку Адама и сильнее прижала ее к груди, но тут же поняла, что чувствует под его ладонью биение собственного сердца, и ослабила захват. — Сколько знакомых тебе отцов согласились бы распрощаться с карьерой, остаться дома и ухаживать за ребенком — не считая героев комедий и комиксов?

Адам задумался.

— Ни единого.

— Среди моих знакомых таковых тоже нет. Кейт был единственным. Он стал притчей во языцех для всего офиса. Конечно, при мне над ним никто не смел смеяться, но иногда из вкрадчивых вопросов и замечаний я узнавала, что творится за моей спиной. Я не знала, как оправдываться перед Кейтом, мне не хватало силы воли, чтобы защищать то, чего я не понимала. — Отец Миранды не отличался деликатностью ее коллег. Он без обиняков заявлял ей, за каким мужчиной она замужем и какую обузу представляет для нее Кейт. Миранда и сама не могла понять, что за человек ее муж — любовь пришла к ней позднее, после смерти Кейта.

— Зачем ему понадобилось отказываться от всего, что считается важным в обществе, чтобы стать персоной, не заслуживающей ни малейшего уважения? — Она не ожидала ответа на свой вопрос.

— Ни от кого? — спросил Адам.

— Ни от кого из моих знакомых.

— Полагаю, эти люди отнеслись бы точно так же к женщине, которая согласилась бы стать домохозяйкой и растить детей? — Адам помедлил, уже зная ответ. — Похоже, твои знакомые одержимы карьерой. Довольно странные убеждения для образованных людей, не находишь?

Эти слова она могла бы услышать из уст Кейта. Как она могла не замечать столь очевидных вещей? У Адама с Кейтом так много общего. Неужели это сходство стало причиной привязанности Миранды? Неужели она воспользовалась Адамом как заменой Кейту, надеясь заслужить долгожданное отпущение грехов?

37
{"b":"171960","o":1}